Манипулятор. Плутократы - Чингиз Абдуллаев

— В нашей стране даже производство спичек имеетотношение к политике, — возразил Евгений Герасимович. — Так о чемименно вы говорили?

По его лицу Петровский понял, что ему лучше не лгать.Вполне возможно, что Климентьев даже прослушал пленку с записью их разговора.Тогда вообще ничего нельзя скрыть.

— Мы обсуждали проблемы Нижнебайкальскогокомбината, — признался он. — Вы, наверное, слышали, что там произошлоубийство директора. В наше агентство обратились за помощью в решенииинформационных вопросов, и я пришел к выводу, что лучше все детали уточнить ссамим Жуковским, который владеет контрольным пакетом акций этого комбината.

Климентьев внимательно посмотрел на него, затем резковстал, прошел к своему столу.

— Вы пытаетесь выкрутиться, — строгоконстатировал он, — и мне не нравится, как вы постоянно корректируете вашупозицию. — Евгений Герасимович протянул руку и нажал какую-то кнопку.

"Итак, — послышался характерный голосЖуковского, — вы решили сами прилететь в Лондон? Зачем вы захотели меняувидеть? Я думал, мы обо всем договорились с вашим представителем. Кстати, увас очень толковый и деятельный советник. У нас с ним оказалось много знакомыхпо Америке. Или вы хотите изменить наше соглашение?

— Нет. Двенадцать процентов более чем достаточно.Но я просил бы вас перевести эти акции в другое место…"

Петровский тяжело вздохнул. Нужно было исходить изтого непреложного факта, что за главным олигархом страны, находившимся ввынужденной эмиграции, следят сотрудники спецслужб.

— Вы все слышали, — угрюмо сказал он, —что я должен добавить?

Климентьев выключил магнитофон.

— А вы сами ничего не хотите больше сказать?

— Хочу,— Петровский достал носовой платок и вытерпотное лицо. Как глупо он подставился! Теперь нужно искать выход.

— Комбинат приносит огромную прибыль, —начал он. — Я считал нерациональным банкротить такое предприятие. Крометого, мои аналитики учитывали возможность независимой аудиторской проверки,которую бы потребовал осуществить американский банк "Голдман Сакс".Поэтому мы приняли такое ответственное решение и решили пойти на договоренностьс Жуковским. Речь шла исключительно об экономическом сотрудничестве. Вы можетепрослушать всю пленку до конца, мы не обсуждали никаких политических тем…

— За исключением того факта, что вы готовы взятьна себя информационное обеспечение интересов Жуковского…

— Не мы, — достаточно невежливо перебилхозяина кабинета Петровский, — а наш литовский филиал.

— Вы видите принципиальную разницу?

— Во всяком случае мое агентство не брало на себяникаких дополнительных обязательств перед Жуковским, — твердо заявилСвятослав Олегович. Он помнил, о чем они вчера договаривались, и теперь могтолько гордиться, что они уклонились от обсуждения многих щекотливых тем. —И я отказался обсуждать политические гарантии его возвращения.

— Верно, — впервые чуть усмехнулсяКлиментьев, — я полагаю, вас больше интересовали тридцать шесть миллионовдолларов, которые вы собирались получить в ходе этих переговоров.

— И деньги тоже, — строго согласилсяПетровский. — Я не альтруист и не обязан работать бесплатно. Мои аналитикипросчитали варианты и пришли к выводу, что Жуковский может заплатить этидвенадцать процентов.

— Десять, — напомнил Климентьев, — толькодесять. Два хотел получить ваш советник.

— Он их уже не получит.

— Верно. Но вы отказали группе Алентовича. СеменБорисович очень влиятельный человек и может обидеться на вас за такоенеожиданное решение. Он был уверен, что вы играете на нашей стороне, а вынеожиданно переметнулись на сторону Жуковского. Согласитесь, у Алентовича будутпричины вас недолюбливать.

— Я никогда не претендовал на особую любовьАлентовича, — начал злиться Петровский. Он почувствовал, что сейчаснаконец разговор выйдет на основную тему и ему придется платить за своюнегласную поездку в Лондон.

— Давайте без нервов, — холодно предложилКлиментьев. — По оценкам наших финансистов, ваше агентство заработало запоследние годы больше ста миллионов долларов. Вы очень не бедный человек,господин Петровский.

— А я и не говорил, что собираюсь сидеть передвашим зданием и просить милостыню, — позволил себе еще раз огрызнутьсяСвятослав Олегович. — Но, учитывая наши доходы, никто не учитывает и наширасходы. А они большие, очень большие.

— Вот о расходах я и хотел с вами поговорить, —подхватил Климентьев. — Группа Алентовича действительно собираетсяобанкротить комбинат и взять его в собственное доверительное управление либоскупить акции обанкротившегося предприятия. И вы, конечно, правы насчетамериканского банка. У нас слишком большие обязательства перед иностраннымиинвесторами. После того как мы демонстративно не поддержали американцев вИраке, делать нечто подобное и в экономике было бы слишком нерационально. Онивложили сто миллионов долларов и имеют право проверить, куда пошли эти деньги.Боюсь, что Семен Алентович несколько перестарался. Я понимаю его желаниеприсвоить комбинат, но сотрудники Алентовича, возможно, не смогли просчитатьвсе последствия такого шага.

— Приятно слышать, — пробормотал Святослав Олегович.

— Но расходы нужно нести всем сторонам, —невозмутимо продолжил Климентьев. — Я думаю, будет правильно, если выперечислите половину полученных вами акций в компанию, которую мы вам укажем.Например, в "Мостраст".

— Половину? — не поверил Петровский,вскакивая со стула. — Это же шесть процентов всех акций! Восемнадцатьмиллионов долларов! Что вы говорите? Я никогда не соглашусь.

Он хорошо знал, кому именно принадлежит компания«Мостраст». Это был секрет Полишинеля. Всем было известно, что упомянутаякомпания принадлежит самому Евгению Герасимовичу.

— Тогда комбинат будет подвергнут процедуребанкротства, — безжалостно заявил Климентьев, — и вы потеряете вседеньги. Мы не испугаемся даже скандала. Американцы ничего не смогут доказать.Мы остановим отгрузку продукции, введем таможенные ограничения, поднимем тарифына перевозки и электроэнергию. Вся прибыль комбината уйдет на эти платежи иплюс еще там найдут массу недочетов. Например, по налоговой линии.

Святослав Олегович понял, что его загнали в угол. Онсжал зубы и достаточно громко прошипел:

— Грабители.

— Успокойтесь, — посоветовалКлиментьев. — Мы подумали о вашем агентстве. Завтра вы встречаетесь спредставителем Украины. Они готовы выделить вам более пятидесяти миллионовдолларов на их новую избирательную компанию. Как видите, ваши интересы непострадают. Хотя и здесь вам придется перечислить на указанные нами счета околопяти миллионов. Но вы можете отнестись к этому как к обычному налогу.