Манипулятор. Плутократы - Чингиз Абдуллаев

Вернувшись в офис, Петровский прошел в свой кабинет. Былоуже достаточно поздно, шел восьмой час, но Инна терпеливо ждала его в приемной.Она знала, что не имеет права уходить, пока он ее не отпустит.

— Найди мне Глушко, — приказал СвятославОлегович, — хотя нет, подожди. Сначала пригласи ко мне Юлая и его новогозаместителя Наталью Андреевну. Срочно.

Секретарь не решилась сказать, что Наталья Андреевнауже ушла. Вместо этого она перезвонила новому заместителю финансового директорана мобильный телефон и попросила срочно вернуться на работу. Юлайпоявился в кабинете через несколько минут.

— Что-нибудь случилось? — спросил он, входя вкабинет.

— Случилось, — мрачно кивнулПетровский, — во-первых, у нас неприятности с Бронштейном.

Юлай изумленно поднял брови, усаживаясь на стул.

— Леонид Исаакович слишком много времени провел вАмерике, — пояснил Петровский. — Для него слова "миллиондолларов" имеют магическое звучание. В общем, он сорвался…

— В каком смысле? — не понял Юлай.

— Поехал на переговоры с Жуковским и решил прибавить кнашей цене еще два процента. Еще шесть миллионов долларов, и попросил ихперевести на компанию, президентом которой зарегистрирован его племянник.Жуковский, конечно, все проверил и сразу все понял. Он мне сказал, что такихсовпадений не бывает. Неприятно слышать, когда тебя обманывает твой собственныйсоветник.

— Ты узнал об этом от Жуковского?

— Нет, конечно. Леонид Исаакович бизнесмен, но недурак. Если бы я получил такую информацию от Жуковского, наш советник ужеразговаривал бы с архангелами. Такие вещи не прощаются, и он это прекраснознает. Нет, Бронштейн пришел ко мне и сообщил, что Жуковский согласился надвенадцать процентов, хотя мы определяли максимальную ставку в десять.

Тогда не страшно, — рассудительно произнес Юлай, —если он сам все тебе рассказал. Молодец Бронштейн. Чего ты комплексуешь? Тысвои десять процентов получишь, а все, что сверху, — это чистая прибыльЛеонида Исааковича. Пусть немного заработает, не вижу в этом ничегоплохого.

— А я вижу, что ты совсем перестал соображать, —заорал Петровский. — Как это ничего плохого? Из-за этих проклятых шестимиллионов я полетел в Лондон на переговоры с Жуковским, хотя не должен былэтого делать.

— Ты летал в Лондон? — изумился Юлай. —Почему же ничего не сказал мне? Или Глушко?

— Потому и не сказал, что ты даешь такие идиотскиесоветы. Я полетел в Лондон и встретился с Глебом Моисеевичем. Согласен, это былне лучший ход, но я не люблю, когда меня накалывают собственные сотрудники нашесть миллионов долларов. Тем более что это была моя идея отказать Алентовичу ипопытаться договориться с Жуковским. В общем, я совершил ошибку типичногокретина и вылетел в Лондон. За Жуковским, конечно, следят. Наши спецслужбыфиксируют все его контакты и все его встречи. Наш разговор записали…

Позвонила секретарь.

— Пришла Наталья Андреевна, — доложила она.

— Пусть ждет, — рявкнул Петровский.

— Откуда ты знаешь, что разговор записали? —удивился Юлай. — Может, это только слухи?

— Тебе нужно уходить на пенсию, — еще большеразозлился Святослав Олегович. — У тебя типичное размягчение мозга. Я самслушал наш разговор с Жуковским в кабинете у Климентьева. Все понятно? Большедурацких вопросов нет?

— Это плохо, — рассудительно пробасил ЮлайАбуталипович, почесывая лысую голову, — очень плохо.

— Спасибо. Наконец все понял. Мне нужно быловстречаться с Жуковским где-нибудь в другом месте, например в лесу или в парке.Хотя, думаю, и это не помогло бы. Нас все равно сумели бы записать. В общем,Климентьев узнал о нашем плане. Он обо всем узнал. И предложил перевести частьакций на счет его компании.

— Большую часть? — тревожно осведомилсяЮлай.