Бог мелких пакостей - Марина Белова

– В этом хламе нетрудно потеряться, – отметила Алина. – Пошли дальше.

Дальше по коридору была кухня, напротив нее спальня. Вещи, вывернутые из шкафа, горой возвышались на кровати. Мы переглянулись. Ситуация, в которую мы попали, все больше и больше переставала мне нравиться.

– Уйдем? – предложила я.

– Да, только заглянем в последнюю комнату.

Наверное, в этой комнате прежде жили Лариса и Нина. Веселенькие обои, прозрачные гардины с рюшами. Плательный шкаф у входа и множество цветочных горшков на подоконнике. Один письменный стол на двоих у окна и две софы, одна напротив другой.

Посреди комнаты на вертящемся стуле с веревочными петлями на ногах и руках сидел Анатолий Борисович. Связанный он бы и так никуда не смог уйти, но кому-то этого показалось мало – этот кто-то накрепко прибинтовал грудь хозяина квартиры к спинке стула клейкой лентой.

Голова Анатолия Борисовича как-то неестественно свешивалась набок. Рот бедняги был заклеен широким пластырем, а крылья носа сжимала прищепка, очень похожая на те, в которых выступают девушки, занимающиеся синхронным плаванием. Дышать ему было нечем. Да он и не дышал – он был мертв и, если судить по синюшному оттенку кожи, давно.

– Черт! – вырвалось у Алины. – Этого только не хватало. Сначала Лариса, теперь ее отец. Кому они помешали?

– Алина, посмотри, что у Красина на носу.

– Вижу. Убийца большой оригинал. Надо же для чего зажим для носа приспособил. Шутник! – фыркнула она.

– В квартире что-то искали. – Чтобы не смотреть на труп, я стала озираться по сторонам. В этой комнате тоже рылись. Дверцы шкафа открыты настежь, на полу ворох одежды.

– Что тут можно взять? Одно старье. – Алина двумя пальцами подняла с пола старую юбчонку, которую кто-то из сестер, скорей всего, носил в пятом классе.

– Может быть, деньги искали? – предположила я.

– Деньги? Марина, не смеши меня. Ты посмотри на обстановку. Той стеночке, – она кивнула головой в сторону, имея в виду мебель в гостиной, – сто лет в обед. Диван с пружинами. В каком веке его выпустили? Деньги! Ну ты скажешь!

– Тем не менее Анатолий Борисович купил дочкам по квартире, – напомнила я.

– По квартире? – задумалась Алина. – В центре города. Ой, все равно он на миллионера не похож. Ты посмотри на него.

На труп смотреть мне не хотелось, но я все равно пересилила себя и еще раз взглянула на Анатолия Борисовича. Разумеется, по внешнему виду не скажешь, что у Красина водились деньги. Но я не торопилась соглашаться с Алиной:

– Внешний вид еще ни о чем не говорит. Может, он просто не придавал значения своей одежде. И потом, он жил один, без жены. Это женщине нужен ремонт, новая мебель, красивая посуда. А мужчины… У одной моей приятельницы муж ушел из семьи только потому, что она решила через десять лет после очередного ремонта переклеить обои. Как тебе? Он, оказывается, не мог вытерпеть неудобств, связанных с ремонтом. И таких примеров уйма. Так что, Алина, чужая душа – потемки.

– Да ладно, у меня ремонт был, мой Вадим почти год терпел – и ничего. А я и полы снимала, и стены крушила. – Алина с иезуитской улыбкой вспомнила «веселенькое» время, когда она переехала жить в новую квартиру, одним из прежних хозяев которой был весьма интересный гражданин. Его в свое время посадили за то, что он с ювелирного завода выносил необработанные алмазы. Недостача обнаружилась, преступника посадили, а вот самих алмазов так и не нашли. Поначалу Алина не собиралась делать в квартире глобальной перепланировки, но, когда узнала историю об украденных камнях, в ее голове возник наполеоновский план – сделать евроремонт за счет найденных сокровищ. Но Алине не повезло – ни под полом, ни в стенах она так ничего и не нашла. Ремонт растянулся на год, а семья Блиновых на время разъехалась. Вадим переселился в лабораторию, Санька поселился у меня, а Алине я разрешила ночевать в «Пилигриме», в моем кабинете.

– Сравнила. Тебе несказанно повезло с мужем. Не все мужчины такие покладистые, как Вадим. Лучше скажи, что делать с трупом будем?

– Звонить Воронкову. Ни смыться, ни анонимно вызвать полицию мы не можем – только хуже будет. Он все равно знает, что мы собирались зайти к Красиным. Кстати, о Нине, – вспомнила Алина. – Где она?

У меня похолодело внутри. Грабители, как правило, свидетелей не оставляют. Неужели еще один труп? По всему видно, в квартире были настоящие отморозки. Остается молить бога, что в момент их визита Нины не оказалось дома.

– Мы всю квартиру осмотрели? – спросила Алина, голос ее подозрительно дрожал. Кажется, она подумала о том же, что и я.

– Нет, остались кухня и ванная.

К счастью, в ванной и в кухне трупа мы не обнаружили, но и живой Нины не нашли. Была ли она в квартире или нет, мы могли только догадываться.

Алина потянула меня в гостиную.

– Тут все перевернуто верх дном, – сказала она, переступая через разбросанные предметы. – И я не вижу ни одной женской вещи.

– Если Нина успела переехать к отцу, ее вещи могли забрать грабители.

– А ты в комнате видела чемодан? – спросила она, имея в виду комнату в которой мы нашли труп.

– Нет, не видела, но его могли вынести с вещами.

Алина задумалась, она водила туманным взглядом по комнате, что-то бормотала себе под нос, затем вдруг встрепенулась и хлопнула себя ладонью по лбу:

– Я, кажется, знаю, как узнать, переезжала Нина к отцу или нет. – Она повернулась ко мне спиной, перепрыгнула через ящик и выбежала из комнаты. Через минуту она заголосила из ванной: – Марина, здесь только одна зубная щетка! – Следом за этим последовало авторитетное заявление: – Нина здесь не была.

Я втиснулась за Алиной в ванную. На полочке над раковиной в стакане стояла только одна зубная щетка, крем для бритья, бритва, дешевый мужской одеколон и никакого намека на то, что здесь могла обитать женщина.

– Убедилась? – непонятно чему радуясь, спросила Алина.

«Все правильно, – мысленно согласилась я с ней. – Кремы и лосьоны – все это чепуха. А зубная щетка – это улика. Человек может переехать на другую квартиру без вещей, но без зубной щетки – никогда. Грабители могли вынести Нинины вещи вместе с чемоданом, но зубная щетка им ни к чему. Что-что, а чужую щетку они брать не будут. Если девушка здесь ночевала две ночи, щетка должна была остаться в ванной. Если щетки в ванной комнате нет, то и Нина у отца не была. Если только…»

– А вдруг она пришла и увидела то, что застали мы, испугалась и убежала.

– Нет, не получается, – Алина покачала головой. – Нину с чемоданом соседка видела позавчера, – рассуждала она. – Где бы она болталась ночь, если еще вчера Анатолий Борисович был жив? Не забывай, что мы видели его на похоронах. Если она все же ночевала здесь и по какой-то причине отсутствовала сегодня в момент убийства, а потом пришла и, как ты говоришь, испугавшись, убежала, тогда ей и в голову не пришло бы забирать свою щетку. Нет, Нина к отцу не приезжала, – уверенно заявила Алина.