Погоня - Клайв Касслер

— Да, мистер Раскин. Я сам прослежу за всем этим. Портье перегнулся через стойку и кивнул в сторону большого кожаного чемодана, который стоял у ног Раскина.

— Не хотите ли, чтобы я отправил вашу сумку наверх, в номер?

— Нет, благодарю. Я возьму ее с собой.

Раскин повернулся и вышел на тротуар, одной рукой сжимая трость, другой — ручку чемодана, вес которого оттягивал правое плечо вниз. Он втолкнул чемодан в такси и снова сел на заднее сиденье.

Портье показалось странным, что Раскин не оставил этот чемодан в такси. Он удивлялся, что приезжий тащил такой тяжелый кейс в вестибюль, а затем снова в такси. Видимо, внутри находилось что-то очень ценное. Но вскоре он забыл об этом, потому что к стойке подошел следующий гость, желавший зарегистрироваться.

Через восемь минут Раскин вышел из такси, заплатил водителю и вошел в вестибюль банка «Солт-Лейк-Сити Бэнк и Траст». Он обратился к охраннику, сидевшему на стуле перед дверью:

— Мне назначена встреча с мистером Кардоза.

Охранник поднялся и направился в сторону двери из матового стекла.

— Вы найдете мистера Кардоза здесь.

Раскину незачем было обращаться к охраннику. Он с таким же успехом мог и сам увидеть дверь офиса управляющего банком. Охранник не заметил, что Раскин внимательно изучал его: как он движется, сколько ему лет, как у него на бедре висит кобура с новым автоматическим пистолетом сорок пятого калибра. Это была модель 1905 года. Браунинг. Беглый осмотр свидетельствовал о том, что охранник не отличается особой бдительностью. Ежедневное наблюдение за клиентами банка, которые приходили и уходили, не доставляя никакого беспокойства, сделало его апатичным. Он не видел ничего необычного в огромном кейсе Раскина.

За стойками банка в своих кабинках сидели два кассира. Помимо охранника, из служащих в банке находились Кардоза и его секретарь. Раскин изучил огромную стальную дверь, ведущую в хранилище. Она должна была производить впечатление на клиентов, заставляя их думать, что их сбережения находятся в надежных и крепких руках.

Посетитель подошел к секретарю.

— Здравствуйте, меня зовут Элнах Раскин. У меня на два тридцать назначена встреча с мистером Кардоза.

Женщина лет пятидесяти с седеющими волосами улыбнулась и встала, не произнеся ни слова. Она подошла к двери с надписью «Альберт Кардоза, управляющий» и заглянула внутрь.

— К вам мистер Элнах Раскин.

Кардоза быстро поднялся, вышел из-за письменного стола и энергично пожал руку Раскина.

— Очень приятно, сэр. Не мог дождаться вашего прибытия. Далеко не каждый день мы принимаем представителя банка Нью-Йорка, который открывает такой значительный депозитный счет.

Раскин поставил кейс на письменный стол Кардозы, открыл замки и затем крышку.

— Вот, пожалуйста, полмиллиона долларов наличными, предназначенные для депозита на срок, который мы определим позднее.

Кардоза благоговейно уставился на аккуратно упакованные и перевязанные пятидесятидолларовые золотые сертификаты, словно они были его пропуском в обетованную землю банкиров. Затем в его взгляде появилось удивление.

— Не понимаю. Почему не принести чек, подписанный кассиром, вместо пятисот тысяч долларов наличными?

— Директора нью-йоркского банка «Гудзон Ривер» предпочитают работать с наличными. Из нашего письма вам должно быть известно, что мы предполагаем открыть филиалы банков в городах по всему западу. Мы считаем целесообразным, чтобы у нас в руках были наличные деньги, когда откроем двери своих филиалов.

Кардоза хмуро посмотрел на Раскина.

— Надеюсь, ваши директора не собираются отрыть конкурирующий банк в Солт-Лейк-Сити.

Раскин широко улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Феникс в Аризоне и Рено в Неваде станут первыми городами на западе, где откроются филиалы нашего банка.

Кардоза почувствовал облегчение.

— Безусловно, Феникс и Рено — процветающие города.

— В Солт-Лейк-Сити когда-нибудь грабили банк? — вскользь бросил Раскин, внимательно глядя на хранилище.

Кардоза насмешливо посмотрел на него.

— Только не здесь. Жители города не допустят этого. Солт-Лейк-Сити считается в нашей стране одним из городов, где почти нет преступлений. Мормоны (Святые последних дней) — очень порядочные и религиозные люди. Поверьте мне, мистер Раскин, ни один бандит не осмелится совершить попытку ограбления банка. Ваши деньги будут в абсолютной безопасности, когда мы закроем их в хранилище.

— Я читал о парне, прозванном бандитом Мясником, который совершает грабежи и убийства во всех западных штатах.

— Не беспокойтесь, он нападает только на небольшие шахтерские города и уносит деньги, предназначенные для зарплаты. Он не настолько глуп, чтобы попытаться ограбить банк в городе величиной с Солт-Лейк-Сити. Ему не удастся выбраться за пределы города, полиция пристрелит его раньше.

Раскин кивнул в сторону хранилища.

— Ваш склад производит впечатление.

— Лучшее хранилище на всей территории к западу от Миссисипи, сделанное специально для нас в Филадельфии, — с гордостью сказал Кардоза. — Целый полк, вооруженный пушками, не сможет прорваться внутрь.

— Вижу, что оно открыто во время работы банка?

— А почему бы и нет? Нашим клиентам нравится видеть, что их депозиты хорошо охраняются. И, как я уже упоминал, еще ни один банк не был ограблен в Солт-Лейк-Сити.

— Когда в банке меньше всего работы в течение дня?

Кардоза озадаченно посмотрел на него.

— Меньше всего работы в течение дня?

— Когда вы совершаете меньше всего операций с клиентами?

— Самое ненапряженное время в банке между половиной второго и двумя. Большинство наших клиентов возвращаются в свои офисы после перерыва на обед. А так как мы закрываемся в три часа, некоторые клиенты приходят после обеда. А почему вы спрашиваете?

— Просто любопытно сравнить ваш график с графиком нашего банка в Нью-Йорке; похоже, он точно такой же. — Раскин похлопал по своему кейсу. — Пожалуй, я оставлю деньги в кейсе и загляну завтра.

— Мы вскоре закрываемся, но я скажу старшему клерку, чтобы он сосчитал их в первую очередь завтра утром.

Кардоза открыл ящик письменного стола, достал кожаный журнал и выписал квитанцию о взносе на депозитный счет полумиллиона долларов. Он передал квитанцию Раскину, а тот положил ее в большой бумажник, который спрятал в нагрудный карман куртки.

— Могу ли я просить об одолжении? — осведомился Раскин.

— Разумеется. Всё, что пожелаете.

— Мне хотелось бы находиться рядом, когда клерк будет считать.

— Очень любезно с вашей стороны, но я уверен, что ваш банк учел каждый доллар.