Канарейка в клетке - Анна Вонг

Какой, Карина? Ты спятила? Из огня, да в полымя, да? Мало обожглась?

Все верно, если рядом с человеком я ощущаю что-то кроме страха и ужаса, надо ударить по тормозам. Любой мужчина, которому я однажды рискнула открыть двери своего сердца и души нараспашку, обязательно плевал в них ядом. Оставлял после себя выжженный кратер и черную пустоту. Я больше не повторю такой ошибки, должна же, наконец, научиться.

Понимаю, почему меня тянет к Луке, он как лед, охлаждает ожоги, которые оставил после себя Арман.

С Лукой мне легче. Мне ни больно, ни страшно, и я буду использовать это, чтобы выжить, буду брать, ничего не отдавая взамен. Да и что я могу предложить, если из меня давно все достали, оставив пустую оболочку…

— Ты закончила, Карина? — этот тихий голос, с легкой хрипотцой, заставлял мое сердце стучать сильнее. Я знаю почему, я просто так устала от жестокости, и готова многое отдать, чтобы слушать его нежный голос, пусть наигранный, не искренний, но нежный. Притворюсь, что принимаю его доброту за чистую монету, и мне станет легче, я надеюсь.

— Да, благодарю за вкусную еду, Саманта.

— Что ты, Карина. Это я должна тебе сказать спасибо, за твою помощь — улыбнулась женщина.

— Армандо приказал вернуть тебя в комнату, Карина. Извини — заглядывая мне в глаза, произнес Лука.

— Раз сказал — значит веди — пожала я в ответ плечами.

У двери комнаты застыла на несколько минут, а затем развернулась и задала вопрос:

— Скажи, Лука, как я могу завоевать расположение дона?

— Не перечь ему, делай, что говорит, и тогда все будет хорошо, Карина.

— Что ж, значит, постараюсь не возражать. Благодарю за совет.

Уже битый час я сидела над бумагой и не могла выдавить из себя ни слова. Куда подевался мой талант и красноречие? Я знаю, все это сидит внутри, забившись в самый тихий, дальний угол подсознания и дрожит от страха, словно осиновый лист.

А может, стоит вернуться к хорошо забытому давнему увлечению и попробовать что-то нарисовать?

Я водила ручкой по бумаге, разбирая идеи, которые подкидывали не устающие мысли в моей голове.

Что я еще могу сделать? Вышить имя Армана на шелковом платочке? Надраить полы в его комнате? Сложить в лоточек завтрак и помахать в окно, пожелав хорошего дня? Какой же бред!

Шумно выдохнула и скомкала изрисованный лист, стоп…

Неспешно развернула бумагу и уставилась на неровные штрихи, со смятого клочка на меня смотрели знакомые, холодные глаза, едва скрытые под челкой.

Ох, беда…

Решила, что с меня хватит, усталость брала свое, день был насыщенный, пора готовиться ко сну. Наспех приняв душ, погасила свет и, нырнув в уютную пижаму, зарылась с головой в одеяло.

— Доброй ночи, Карина — донеслись тихие слова из-за двери.

— Доброй ночи, Лука.

От прикосновения нежных, горячих рук я забывала дышать. Его тихий шепот, робкие поцелуи и прикосновения языка к разгоряченной коже сводили с ума.

Прошу, только не останавливайся, я так хотела ощутить снова, что кому-то нужна.

Возбуждение бурными реками наполняло тело и сознание, страстная пытка прикосновениями продолжалась, я сгорала от желания, сходила с ума, зарываясь в его волосы руками, и стонала от удовольствия.

— Я хочу большего, Лука — прошептала я, едва шевеля онемевшими от поцелуев губами.

— Сука! Умеешь все испортить.

Я испуганно открыла глаза, только не это. Я представляла во сне одного, а надо мной склонился совершенно другой. Пьяный, полуголый, жестокий, бесчувственный монстр — Армандо Герра.

Прекрасный сон обернулся кошмаром наяву.

— Встань! — криком приказал мужчина, одновременно поднимаясь с кровати.

Я испуганно хлопала глазами, сильнее куталась в одеяло и шептала:

— Прошу, Арман, не трогай меня. Я ничего не сделала, умоляю, оставь меня в покое.

— ЛУКА! Зайди немедленно! — громкий голос дона перерастал в рычание хищного зверя.

Мужчина появился в комнате через пару секунд и сразу же получил по лицу кулаком, я вскрикнула от неожиданности и тут же зажала рот руками. Горькие слезы текли по щекам, я не могла их остановить, страх наполнил меня изнутри, от накатившего несколько минут назад во сне возбуждения и эйфории не осталось и следа.

Из рассеченной губы Луки текла кровь, но он покорно склонил голову и не сопротивлялся. Застыл в ожидании очередного удара.

— Я позволил ей выйти из комнаты, а вы решили в любовников поиграть? — орал Армандо — ты спал с ней? Говори!

— Нет, я не тронул Карину и пальцем!

— Она сама на тебя вешалась? Сбежать пыталась?

— Дон Герра, уверяю, ничего подобного не было — наконец поднял голову Лука и бросил на меня испуганный взгляд.

Я тихонько выла, кусая одеяло, и боялась прервать с Лукой зрительный контакт, мне казалось, если отведу взгляд — умру, я искала в нем защиту и утешение, но видела только холодную сталь…

— Я СКАЗАЛ ВСТАНЬ, КАРИНА! — крикнул Арман, теряя остатки самообладания.

На ватных ногах поднялась с кровати и застыла, обнимая себя руками. От слез, застилающих глаза не видела ничего, тело дрожало от страха, а из груди вырывались стоны, вперемешку с хрипами.

— Понравился мой капо? Глаз на Луку положила, сука? Я покажу тебе, как под других мужиков стелиться!

— Я просто спала! МНЕ. СНИЛСЯ. СОН!!! Придурок, идиот, тварь! Как ты меня достал! Ненавижу! Больной ублюдок! Ты теперь людей за сны наказываешь??

Резко накативший приступ злости и отчаяния напугал меня до ужаса, я кричала, выплевывая ядовитые слова, и не обращала внимания на Луку, который подавал мне знаки остановиться. Терпеть? Да к черту!

Я смотрела прямо в глаза стоящего передо мной чудовища и не отводила взгляд, вскипающий внутри вулкан был готов взорваться в любую секунду. Я не жала на тормоза, они отказали, я слишком долго терпела унижения, и теперь я хочу сказать слово в свою защиту!

Арман молча развернулся и посмотрел на Луку, затем достал из-за пояса брюк пистолет и, направив его на капо произнес:

— Раздевай ее!

— Армандо Герра! Как друга прошу — прекрати! Ты выпил, ложись спать. Давай поговорим завтра.

Снова удар, теперь по носу, Лука скорчился от боли, но тут же вернулся в прежнюю позу. Я хотела рвануть на помощь, но увидела едва заметное покачивание головой, он запрещал мне. Стоял избитый, весь в крови, но защищал меня. Зачем?

— Говорю в последний раз, Лука. Раздевай! Если ты не сделаешь этого, я снесу тебе голову.

Я инстинктивно закрыла грудь руками и испуганно уставилась