Месть под парусами - Марина Серова

Мы помолчали, думая каждая о своем, затем Настя уточнила, есть ли у меня еще какие-нибудь вопросы.

Вопросов не было. По крайней мере, на данный момент. Я занесла ее номер телефона в список контактов, заверила, что если вдруг что-то захочу уточнить, то непременно ей наберу. Также предложила и Насте звонить, если та вспомнит что-то важное или то, что ей самой покажется важным.

Я смотрела в окно, как девушка быстрым шагом шла в сторону офиса, и пока решила прогуляться по аккуратным парковым аллеям, погреться на солнышке, пораскинуть мозгами.

Судя по тому, что я услышала, Сергей Васильевич Комаров был придирчивым педантом, повернутым на правилах, которые придумывал сам.

Жить по правилам на самом деле, конечно, неплохо, более того, существовать в заведенном порядке намного проще и легче. Но и педанты бывают разными. Бывают, как Штирлиц, педантичные, аккуратные, ответственные, пунктуальные и вообще положительные. А бывают и такие, как Комаров, с утрированными понятиями, превращающими обычного, в сущности, человека в непроходимого зануду.

Как бы хорошо и приятно ни гулялось по освещенному солнышком парку, а дело само себя не раскроет. Поэтому я, слегка прибавив шагу, направилась в «МедТех», решив, что сперва загляну к Вадиму Романовичу, чтобы узнать, есть ли что новое в полицейском расследовании, а затем попрошу его сопроводить меня в кабинет Сергея Васильевича.

Возможно, мне показалось, но Вадим Романович был рад мне. По крайней мере, именно так я идентифицировала чуть дрогнувшие в улыбке уголки его тонких губ.

Оторвавшись от ничем не примечательного вида за окном в своем кабинете, он повернулся ко мне и чуть склонил в приветствии голову:

– Татьяна Александровна.

– Без отчества, – машинально поправила я, про себя фыркнув, уже предвосхищая его ответ.

Белых не обманул ожиданий:

– Хорошо, Татьяна без отчества.

Я прыснула, уже не сдерживаясь, но, тут же посерьезнев, проговорила:

– У меня есть просьба, Вадим Романович.

– Все, что в моих силах, – без промедления отозвался тот.

– Если это возможно, я хотела бы побывать в кабинете Комарова, – озвучила я свою просьбу.

– Там уже побывала полиция, но, насколько мне известно, а мне известно, потому что там все-таки был, в кабинете ничего интересного не нашли. Впрочем, как мне показалось, особо и не искали.

– Почему? – удивилась я.

– Сейчас сами увидите, – хмыкнул Белых, роясь в нижнем ящике стола, как оказалось, в поисках ключей.

Я увидела. Серьезно, в настолько безликих кабинетах я не бывала еще, кажется, никогда. Даже у самых аккуратных девушек на столах стояли какие-нибудь фотографии или безделушки, а на подоконниках – горшочки с комнатными растениями. В кабинете же Сергея Васильевича Комарова было… никак. На окне жалюзи, у стены – стеллаж, на котором аккуратно стояли папки с документами, ранжированные не только по размеру, но и по цвету самих папок. Подозреваю, что и в этих папках документы лежали в строго установленном самим Комаровым порядке, листочек к листочку.

На столе стоял серый органайзер для канцелярских принадлежностей с несколькими авторучками и остро заточенными карандашами, а по центру столешницы одиноко расположился закрытый тонкий ноутбук.

Я покосилась на сопровождавшего меня Вадима Романовича и не удержалась от вопроса:

– У него тут всегда так?

– Исключительно так и никак иначе, – подтвердил тот.

Я подошла к столу, медленно, словно страшась нарушить эту образцовую идеальность, потянула на себя верхний ящик. В нем оказалась нераспечатанная упаковка простых карандашей, небольшая коробочка со скрепками для степлера да початый блок белых стикеров. Во втором ящике лежала только стопка чистой бумаги. Третий, последний, ящик оказался и вовсе пустым.

– Неужели у Комарова не было никакой записной книжки? Неужели он помнил о каждой встрече? – спросила я у Вадима Романовича, наблюдавшего за моими манипуляциями с непроницаемым лицом.

– Был, конечно, ежедневник, – заверил меня Белых. – Но его изъяла полиция. Он ведь тут, на столе, лежал, на самом видном месте, рядом с ноутбуком.

– А кстати, почему в таком случае не изъяли ноут? – удивилась я.

– Не нашли там ничего, достойного их внимания. Сплошь папки с документами, – пожал плечами мой спутник.

– А могу я взглянуть?

– Без проблем. Насколько я понял, ноутбук не запаролен, – кивнул Вадим Романович и подошел ко мне ближе, заинтересованно поглядывая, как я включаю гаджет.

Засветившись стандартной заставкой Windows, ноутбук явил нашим взглядам стройный ряд папок на рабочем столе, в каждой из которых находились только те документы, что были означены в названиях папок. Глядя на такую скрупулезную работу, я даже слегка устыдилась, вспомнив, что творилось у меня в компе.

Однако не документами едиными жил Комаров, как оказалось.

– Ну надо же! – хмыкнула я, открывая историю браузера и тут же, в первой же строке, натыкаясь взглядом на ссылку на сайт знакомств. – Вы знали, что Комаров активно ищет спутницу жизни? – Я коротко взглянула на стоящего за моим плечом Вадима Романовича.

Белых казался удивленным не меньше меня:

– Я не знал, более того, я даже не задумывался, что ему это может быть нужным. Он ведь женат, насколько я знаю.

– Настя Саломахина упоминала, что они с женой находились на грани развода, – сообщила я. – Впрочем, я бы не удивилась, если бы эти слова были лишь попыткой выдать желаемое за действительное. Что ж, – я уверенно кликнула по заинтересовавшей нас ссылке, – давайте посмотрим, насколько активную переписку вел Сергей Васильевич на этом сайте.

– При всей своей аккуратности господин Комаров забыл, что историю браузера стоило бы чистить время от времени, да и в менеджере паролей лучше свои данные не сохранять, – приговаривала я, без проблем заходя на страницу пользователя и пролистывая его анкету.

– Вы хотите… – нерешительно начал Вадим Романович.

Я отрывисто кивнула, поняв, о чем именно тот хотел спросить: