Тень чупакабры - Алёна Моденская

— Быть этого не может, — повторил Новиков.

Артём в ответ только фыркнул.

— Ну и работа у вас. — Новиков с трудом поборол желание отшатнуться.

— Наша работа — охранять интересы государства.

Теперь усмехнулся Новиков:

— Изувечить тринадцатилетку — это в интересах государства?

— Государственная безопасность не терпит слюнтяйства, — прошипел Артём. Иногда взгляд у него становился как у снайпера.

— А если бы тебе поручили?

Артём в ответ только тихо выдохнул. Хотел сказать что-то ещё, но Новиков решил закончить этот разговор:

— Чайник кипит.

Артём снова выдохнул и отвернулся к плите. Новиков взял поднос с чашками и заварником, на который его сосед уже натянул лоскутный колпак. Осторожно ступая, направился в общую комнату.

До чего же хочется уехать из этого места. Жить бы в отдельной квартире с Леной, детишек нарожать. Чтобы игрушки по полу и постоянный галдёж, а не гнетущая тишина, где каждый боится сказать лишнее слово или даже чересчур громко вдохнуть.

Из-за угла на Новикова чуть не налетела Кристина.

— Ой! — испуганно произнесла художница, задев его поднос. — Извините, пожалуйста,

— Ничего. — Новиков кое-как сумел ничего не опрокинуть, хотя чашки громко звякнули.

— Жанна Сергеевна, давайте сегодня поработаем? — сказала Кристина, пропуская к столу ещё и Артёма. — Надо бы тени положить.

— Ну что ж, надо — так надо, — устало улыбнулась учительница. — Только давайте сначала попьём чаю. Присоединяйтесь.

— Спасибо большое. Я как раз торт испекла, сейчас принесу. — И Кристина выпорхнула из квартиры.

— Пойду помогу ей. — Артём вышел следом.

Лицо Жанны Сергеевны стало жёстким, когда она смотрела ему вслед. Как будто по полу полз большой чёрный таракан. Но увидев, что за ней наблюдал Новиков, учительница спохватилась и стала разливать чай.

— У Кристины нервы, — произнесла Жанна Сергеевна, ставя чашку перед Новиковым. — И пониженный сахар в крови. Это после нападения собаки. Даже обмороки бывают. Вот чтобы успокоить нервы и повысить сахар, она постоянно что-то печёт.

— А как же экономия ресурсов? — спросил Новиков, подув на горячий чай.

В ответ учительница только улыбнулась. Ясно, все равны, но некоторые — всегда равнее.

Хлопнула дверь, и в квартиру вошла Герда. Топала так, будто гвозди забивала.

— Где Света? — резко спросила комсомолка.

— Ушла с Гришей в кино, — ответила Жанна Сергеевна, продолжая разливать чай. — А вы разве на сегодня договаривались?

— Нет, это я просто так спросила. — Герда дотопала до двери Артёма и стала в неё колотить, так что даже косяки дрожали.

— А его пока нет. Он помогает Кристине с мольбертом. — Учительница украдкой глянула на Герду.

— Ну тогда я подожду. — Герда будто бы чему-то обрадовалась, но не хотела этого показывать.

— Садитесь за стол, сейчас будем пить чай. — Жанна Сергеевна пошла на кухню за ещё одной чашкой.

Герда плюхнулась на стул, окинула быстрым взглядом Новикова и уставилась в окно, барабаня пальцами по столу.

Раздались тихие шаги, и в комнату вошла Кристина с медовиком на большом блюде. За ней — Артём с мольбертом, накрытым простынёй, и ящиком с красками.

— Добрый вечер, — сказала Кристина, глянув на Герду.

Та только выдавила кривую улыбку. Потом поднялась и вроде даже попыталась игриво изогнуться. Так мог бы кокетничать спортивный конь в физкультурном зале.

— Артём, — замурлыкала Герда. — Я сегодня у тебя в комнате забыла кое-что. Можно забрать?

Артём посмотрел на неё так, будто готов был вдарить ей в челюсть.

— Пошли, — буркнул Артём, и они направились в его комнату.

Жанна Сергеевна проводила их внимательным взглядом и тут же посмотрела на Кристину, которая спокойно резала медовый торт с белым кремом и будто бы вообще не заметила ухода Герды и Артёма.

Снова хлопнула входная дверь, и раздались шаги, очень похожие на молотковую поступь Герды. Может, как-нибудь надоумить соседей пользоваться звонками? А то превратили квартиру в проходной двор.

— Добрый вечер, — гаркнула мамаша Вислогузова. — Герда не у вас?

— У нас, — ответила Жанна Сергеевна, когда никто больше не произнёс ни слова. — Только она… — Учительница глянула на закрытую дверь комнаты Артёма.

— Так, — яростно прошипела Вислогузова-старшая. Она подлетела к двери и стала лупить по ней кулаком. Дверь отворилась, и мамаша, отпихнув Артёма, рванула дочку за локоть. — А ну, пошла! Домой, живо! Кому сказала!

— Да отпусти ты! — вывернулась Герда. Тряхнула кудрями и яростно уставилась на мать.

— А ты у меня по аморалке пойдёшь! — крикнула Вислогузова Артёму.

— Да чего ты орёшь! — так же громко отозвалась Герда. — Не было ничего, ясно тебе?!

— Поговори мне ещё! А ну, пошла! — И мамаша дёрнула Герду за руку, а потом пихнула в спину. Вытолкнула из квартиры и напоследок громко хлопнула дверью.

Уже на лестнице снова зазвучали их голоса, только теперь обе не стеснялись в выражениях, причём мать-Вислогузова ещё и обвинила дочку в перерасходе воды, бардаке в квартире, безответственном отношении к учёбе, лени на субботнике и поздних прогулках.

— Теперь ещё и по мужикам скачешь! Чтобы тебя ещё и гулящей называли! — голосила Вислогузова-старшая. — А мне перед людьми краснеть!

Герда ответила ругательствами, потом, судя по резкому звуку, мамаша отвесила дочке пощёчину. Голоса и громыхающие шаги стали удаляться, потом прошли под окнами.

Все, кто остался в комнате, избегали смотреть друг на друга. Артём сел за стол и уставился в чашку.

Глава 7. Старый чекист

Следующим утром Новиков отправился в Дедушкино — пригородный посёлок в паре километров от Добромыслова. Пришлось прокатиться в грохочущем трамвае, а потом ещё минут пятнадцать топать пешком через лесополосу.

Мимо бодро пробежала группа ребят в тренировочных костюмах. Судя по бумажным картам в руках, они занимались спортивным ориентированием. Наверное, зимой здесь и лыжники бегают, и даже дети на санках катаются с какой-нибудь горки, лепят снеговиков. Правильно, этот лес же не окутан легендами о гуляющих мертвецах и злобных кровожадных мутантах.

Покрепче запахнув пиджак от пронизывающего ветра, Новиков вышел из лесполосы и теперь двигался вдоль рядов симпатичных деревянных домиков с цветущими садиками. Только вот чёрного среди них всё не попадалось. Вроде Артём сказал, что дом Марковича стоит на отшибе. Но Новиков осмотрел почти все окраины посёлка, а чёрного дома так и не нашёл.

Может, Артём что-то другое имел в виду: что, например? Может, какой-то шифр, известный только местным. Но Новиков-то не местный, и сосед об этом знает.

Крайние дома посёлка заборами граничили с небольшим озерцом, берега которого заросли ивами и высокими густыми травами. И вдруг среди пырея,