Его апатия - Чингиз Абдуллаев

— Слушаю вас, — сказала та почти сразу, словно выхвативтрубку из рук ответившего мужчины.

— Здравствуйте, Фатима, — начал Дронго, — вы звонили мне…

— Вы его видели? — взволнованно перебила она.

— Да. Мы виделись в тюремной больнице.

— Как он себя чувствует? Как он выглядит?

— Неплохо, — соврал Дронго. — Он лежит в палате один, и егоспециально охраняют, чтобы не было никаких конфликтов с другими заключенными. —Вот и все положительные новости, которые он мог сообщить.

— Омар сказал вам что-нибудь? — спросила она. — Рассказал,почему его обвиняют в таких страшных преступлениях?

— Нет. Мы с ним мало говорили. В основном я спрашивал прооружие, из которого были убиты родители девочки.

— Что он вам сказал?

— Нам лучше говорить не по телефону. Давайте встретимсязавтра утром возле входа в отель, — предложил Дронго.

— Вы виделись с его адвокатом? — никак не могла успокоитьсянесчастная женщина.

— Мы уже договорились о совместной работе. — Дронго сновапридал своему гoлосу толику оптимизма. — Мы оба считаем, что есть некоторыемоменты, на которых можно построить защиту.

— В котором часу мы с вами можем увидеться? — попросилауточнить Фатима.

— Давайте пораньше. Скажем, в десять. Боюсь, что у менязавтра будет много дел.

— Я готова дежурить у вашей гостиницы хоть всю ночь! Я оченьвам верю, господин Дронго.

— Спасибо. — Он положил трубку, чувствуя себя законченнымподлецом.

«Было бы куда спокойнее заниматься обычной адвокатскойпрактикой, — в который раз подумал Дронго, — а не искать подлинных виновниковпреступления. Хотя по своему характеру я все же следователь, но не адвокат.Впрочем, в этом процессе мне как раз, подобно следователю, придется искатьфакты. Факты, смягчающие вину столь чудовищного убийцы. Если это тройноеубийство совершил действительно Омар Нагиев, то я выгляжу по меньшей мереидиотом. Как можно защищать преступника, решившегося на такое жестокое преступление!

Судя по всему, состояние этого человека далеко отнормального. Всю свою жизнь я занимался поисками преступников и гордился тем,что всегда пытался сражаться на стороне Бога. А теперь получается, что я ищуоправдания для убийцы, которому не может быть оправдания. Нагиева обвиняют вубийстве целой семьи, в том числе девочки. Как я мог поддаться на уговоры егосестры? Может, потому, что она мне чем-то напомнила Джил? Нет, это идиотскоеобъяснение, при чем тут Джил. Но тогда почему я согласился приехать в Ростов?Может, меня возмутили слова Фатимы, что я работаю на толстосумов, и я решилдоказать самому себе, что готов проявить обычную человечность? Надеюсь, чтонет, иначе всем пришлось бы доказывать, что я готов быть бескорыстнымальтруистом. Но тогда как мне жить, ведь я не умею делать ничего другого.Переехать и жить в Италии у Джил? Но разве это достойный выход?»

Он прошел к дивану, раздраженно бросив на кресло пиджак иразвязывая узел галстука.

«Нет, пора прекратить заниматься этим чертовым ремеслом, связаннымс кровью и человеческой болью! Стану обычным адвокатом по гражданским делам,буду защищать… помогая жуликам, обирающим своих сограждан. Это что, болеедостойное занятие?» Ему вспомнился известный адвокат Кузнецов, о котором онмного слышал. Адвокат был прекрасным специалистом, настоящим профессионалом. Икогда его наняли защищать явно неправую сторону, он очень деловито и успешноповел дело, стремясь оспорить права тысячи порядочных людей в оправданиенескольких чиновников, приватизировавших — почти задаром — государственноеимущество на несколько сотен миллионов долларов.

«Нет, — продолжил свой внутренний монолог Дронго, — яприехал сюда, чтобы установить истину. А для этого важно понять, как произошлатрансформация Нагиева. По всем показателям такой человек не должен был статьубийцей. Но почему тогда все так сложилось? Кто-то ведь совершил тройноеубийство? Если не Омар, то кто? Установить истину — это означает освободитьневиновного и не оставить преступника безнаказанным. Установить истину — всегдастоящее дело, за которое стоит бороться, — подумал он. — Без ложной патетики ямогу сказать себе: сделай все, что возможно, чтобы установить истину».

Посмотрев на часы, он решил, что еще успеет принять душ ивыпить чашку чая до встречи с Эдгаром.

Ровно в десять вечера Дронго вышел из отеля и направился ужепривычным маршрутом. Вскоре его нагнал Эдгар, скупо кивнувший при встрече.

— Ты уже ужинал? — спросил Дронго.

— Нет. А ты?

— Тоже нет. Успел только слегка перекусить после посещениятюрьмы. Давай пойдем куда-нибудь, поужинаем и заодно обменяемся информацией.

— Ты знаешь, куда можно пойти? — улыбнулся Эдгар.

— Не знаю, — признался Дронго. — Но, думаю, мы с тобойчто-нибудь найдем по-близости. Или вернемся и поужинаем в ресторане отеля. Он,по-моему работает до одиннадцати.

— Нас могут увидеть вместе, — напомнил Вейдеманис. — Тебяэто не смущает?

— Не очень. Судя по всему, весь город знает об этом процессеи все настроены против Нагиева. А мое появление здесь мало кого волнует. Дажеадвокат Голиков убежден, что процесс закончится осуждением его клиента и я нина что не смогу повлиять. Такие вот невеселые новости. Ну да ладно, не будемвместе светиться, пойдем поищем какую-нибудь харчевню.

— Надеюсь, мы найдем спокойный ресторан, — пробормоталЭдгар, — и не попадем ночью в какую-нибудь глупую историю.

— У тебя оружие при себе? — спросил Дронго.

— При мне, конечно. Я ведь должен иногда тебя охранять, еслиты забыл. Ты ведь не любишь носить с собой оружия.

— Не люблю. Но иногда прихватываю. Вон впереди, кажется,какой-то ресторанчик.

Они подошли к небольшому кафе. Громко играла музыка, надкафе горела неоновая реклама. Войдя в заведение, они обнаружилинемногочисленных посетителей. Большая часть столиков пустовала, и по скучающемулицу бармена было заметно, что это кафе не пользуется особой популярностью.

Дронго и Эдгар уселись за столик и попросили подошедшуюофициантку принести им минеральную воду и какую-нибудь еду. Официанткаудивленно взглянула на незнакомых посетителей и попросила уточнить, чего именноони хотят.

— Принесите самое лучшее, что у вас есть. — Дронгоулыбнулся.

— Что пить будете? — уточнила она.

— Только минеральную воду, — огорчил ее Дронго.

Девушка принесла две бутылки минеральной воды, салаты игорку тонко нарезанного черного хлеба. Дронго неожиданно остановил ее, когдаона уже отошла от их столика.