Карамелька для вампира - Кирилл Кащеев

– А ты знаешь, где они сейчас?

– Я зна-аю! Я и еще много чего знаю про уворованных. Знаю, а не скажу!

– Ну что ты врешь? Что ты можешь знать? – долгие годы общения с девятилетней Катькой подготовили шефа агентства «Белый гусь» к подобному разговору.

– А вот и знаю! Я Петьку выкупанного видела!

– Ну и что? Зачем мне твой Петька, хоть выкупанный, хоть грязный?

– Большой, а дурной. – Мелкота с бантом негодующе воззрилась на Вадьку. – Мы утром на дачу ехали, а возле памятника Петька стоял, и мама его к нему бежала. И даже плакала! И папа его плакал. Петька был только что выкупанный. Его папа положил денежки в чемодан, отнес его сюда, в школу, и в котельной оставил. И те, которые Петьку украли, они его к памятнику отвели, потому что он уже стал выкупанный. Всех, которых своровали, в нашей школе выкупывали. В котельной, в спортзале, в актовом зале и даже в учительской. Дядьки-менты засаду делали, но никого не поймали.

Сыщики с восторгом переглянулись. Такого везения они не ожидали. Девчонка оказалась просто кладезем информации!

– У какого памятника ты выкупанного… тьфу, выкупленного Петьку видела?

– Возле Ленина в бигудях, – спокойно ответила девчонка, доедая мороженое.

– Кого, кто в бигуди? – замирающим голосом переспросила Мурка.

– Да Ленин же! Он там не в кепочке, а в бигудях, как моя мама, когда она прическу делает. И еще пиджак на нем длинный такой, с жабой.

Вадьке показалось, что он сходит с ума. Ему привиделся бронзовый Ленин с огромной надувной жабой в руке и с лысиной, украшенной цветными пластиковыми бигуди.

– С какой жабой? – прошептал он.

– Да с кружевной! Я в кино видела, у старинных дяденек на пиджаках вроде кружевного галстука, жаба называется.

– Господи, жабо! – Вадька лихорадочно соображал. – Ленин в бигуди и с жабо. Ты про памятник Ломоносову говоришь, что ли? Дяденька там в таком паричке, да?

– В бигудях там дяденька! Что я, бигудёв не видела? – Синие глаза источника информации налились слезами.

– Стоп! Черт с ним, с Лениным, в чем хочешь, в том пусть и будет. Сейчас-то они где, эти выкупанные-уворованные?

– Ленин в парике! – фыркнуло созданьице. – Скажешь тоже! А выкупанные – все там, они теперь всегда вместе играют. Кроме Ромки, он уже большой.

Цепко ухватив ребят за руки, шустрое дитя потащило их в гущу кустов.

В отличие от других школьных компаний, сидевшая на крохотной полянке четверка не кричала и не шумела, словно изо всех сил стараясь стать понезаметнее. Следом за девчонкой Вадька и Мурка проскользнули сквозь плотные ряды кустов, тихонько подошли и остановились рядом с малышней. Те их словно и не заметили. Мурка тихонько кашлянула. Ребятишки не шелохнулись, застыв, как сосульки.

– Эй, вы чего? – нервно спросил напуганный их неподвижностью Вадька и потрепал одного из пареньков по плечу. Пацан медленно, нерешительно поднял голову, и Вадька аж отпрянул. В глазах малька плескался страх.

– Боятся они, – авторитетно пояснило созданьице и зашелестело оберткой жвачки. – Целыми днями боятся. Коляки-бояки, боягузы-шмарогузы!

– Тебя как зовут? – Вадька присел рядом с пацаном.

– Петька он, – снова влезла нахалка с бантом.

Значит, это и есть «выкупанный» Петька. Крохотная зеленая ящерица скользнула в траву. Молчаливая четверка проводила ее взглядом.

– Поймать вам ящерицу? – с энтузиазмом предложил Вадька – и тут же пожалел о своем предложении. При слове «поймать» все четверо дружно сжались в комочки, словно желая затеряться в траве.

– Их самих… хап… и поймали! И в мешок посадили, – хихикнуло созданьице.

– Нас не сажали, – чуть слышно шепнул Петька. – Нас позвали.

– Кто позвал? – быстро переспросил Вадька, но малек уже испугался вырвавшихся у него слов и опустил головенку.

Вадька минутку помолчал.

– А у меня дома гусь живет, – искушающе обронил он.

– Мне так про гуся ты не сказал, – ревниво прогундосило созданьице, видимо, уже считавшее «корреспондентов» своей собственностью. Не обращая на нее внимания, Вадька продолжал:

– Большой, белый и очень умный. Лучше любой собаки, кого хочешь найти может!

Из-под панамки выглянул любопытный глаз. Смуглая девчонка с интересом прислушивалась к Вадькиным словам.

– Гусь с моей сестрой дружит. Хотите, я вас познакомлю? Поболтаете, – предложил Вадька.

Девчонка тут же испуганно отпрянула.

– Нельзя, – прошелестело из-под панамки. – Ни с кем разговаривать нельзя!

– И ты уходи, – буркнул Петька.

– Нас с сестрой тоже похищали. Как раз весной, – в порыве вдохновения поделился с ним Вадька откровенной ложью.

– Там было темно? – спросил маленький толстячок.

– И очень-очень холодно? – добавила девчонка.

– И мокро? – отозвался четвертый мальчишка.

– Не, нас на даче держали, там нормально было, я даже DVD смотрел…

Четверка в унисон вздохнула, явно завидуя комфортабельным условиям Вадькиного похищения.

– Вас тоже выкупывали? – уточнило созданьице.

– Мы сбежали, – гордо заявил Вадька. – Нам гусь помог!

– А нам было невозможно сбежать, – покачал головой толстячок. – Узнали бы. Они все знают!

– Давайте и вам наш гусь поможет, – предложила Мурка. – Он всех врагов на раз разоблачит, вы только скажите…

Не дослушав, вся четверка стремительно вскочила на ноги и, ни слова не вымолвив, рванула в кусты. Ошеломленные таким оборотом беседы, сыщики недоуменно воззрились на пустую полянку и слегка покачивающиеся ветки.

– Нельзя рассказывать, – грустно, совсем по-взрослому вздохнуло созданьице. – Сразу заберут.

– Кто, кто заберет?!

– Они. – И, повернувшись к компаньонам спиной, юная леди стремительно ввинтилась в кусты.

– Мистика, – потер лоб Вадька.

– Бредятина, – кивнула Мурка.

Стараясь систематизировать полученные от детворы крохи информации, ребята зашагали обратно к зданию школы.

– Нашли свои возрастные группы? – ласково поинтересовалась уборщица.

– Да так, побродили немножко, – дернул плечом Вадька, вглядываясь в поток школьников, втекавший в узкий проход. Вот мелькнула знакомая панама: в самом хвосте галдящего ручейка учеников в дверь вошла четверка похищенных. Здесь, в школьных коридорах, они казались еще более напуганными, чем в саду. Все четверо жались к стенке, словно в учительской засел террорист с гранатой. Поравнявшись с дверями преподавательской комнаты, малыши дружно приподняли головы и настороженно глянули в дверной проем. И тут же сорвались с места и вихрем понеслись в направлении классов.