Приусадебное убийство - Наталия Антонова

— Конечно, в состоянии. Но ты не дослушал. На свадьбу ты получишь от меня в подарок акции, которые помогут твоей жене ощущать себя состоятельной дамой и не опасаться стать нищей в будущем.

— Спасибо.

— Не за что. И еще, я надеюсь, что со временем ты перейдешь работать ко мне, чем значительно поправишь свое материальное положение.

— Я подумаю.

В глазах Торнавского-старшего промелькнуло удивление.

— Чему ты удивляешься, дядя? — сказал Костя. — Ты ведь сам говорил, что нужно достойно содержать семью.

— Я рад, мой мальчик, искренне рад. — Торнавский-старший обнял племянника. — Ты ведь мой самый родной человек.

«А как же Марианна?» — хотел спросить Константин, но вовремя прикусил язык.

Он был рад заключенному с дядей миру, все складывалось для него очень даже неплохо. Вот только Саша…

А Саша тем временем и не думала отправляться в свою комнату, она сидела на кухне и лила слезы в два ручья, не стесняясь ни Татьяны, ни Насти, которую, впрочем, Пальчикова быстро выпроводила. Татьяна, как могла, старалась утешить Сашу, говоря о том, что Марианна чудесная девушка, они подружатся и станут как две сестры. Но Саша упрямо мотала головой.

— Ты прямо как маленький ослик, — вздохнула Татьяна и поставила перед Лесневской чай с пустырником. — Ну чего ты ревешь? — укоризненно спросила она и погладила Сашу по растрепавшимся волосам.

— Я надеялась, — всхлипывала Саша.

— Знаю, я, на что ты надеялась. Но нельзя витать в облаках. Жизнь нужно принимать такой, какова она есть.

Саша замотала головой, и новая порция слез выплеснулась из ее глаз.

— К тому же я уверена, — продолжила вразумлять девушку Пальчикова, — дядя не оставит племянника без средств, он придумает, как обеспечить вам безоблачную жизнь. Поверь мне, Саша, я знаю Торнавского давно, и с самой лучшей стороны.

Саша недоверчиво посмотрела на нее.

— Он даст нам денег? — с сомнением спросила она.

— Возможно, что-то лучшее.

— Что может быть лучше денег?! — воскликнула Саша.

— Дурочка ты, — вздохнула Пальчикова.

— Вот и вы туда же!

— А кто еще? — заинтересовалась Татьяна.

— Костя!

— Костя любит тебя до беспамятства. А это, поверь уж мне, ценнее всех денег в мире.

— Ага. Слышали, с милым рай в шалаше, — огрызнулась Саша.

— Предположим, тебе-то уж грех на шалаш ссылаться. И вообще, хватит реветь! Ты ведь уже не ребенок.

— Не ребенок…

— Так не реви. Лучше подумай, как наладить отношения с Олегом Павловичем и Марианной.

— С Марианной не хочу!

— Мало ли чего ты не хочешь. Вот в народе правильно говорят — ласковый теленок двух маток сосет.

— Я не теленок.

— Знамо дело, не теленок, а телочка.

— Вы смеетесь надо мной, что ли?!

— Я тебя встряхнуть хочу и на путь истинный наставить. Хочешь ты или не хочешь, тебе придется налаживать отношения с Марианной. При желании сделать это не сложно. Марианна — девушка добрая, покладистая.

— Чтоб она пропала! — вырвалось в сердцах у Александры.

— Саша! — негодующе воскликнула Пальчикова.

— Двадцать три года Саша! — Лесневская вскочила со стула и вихрем вылетела из кухни, с силой хлопнув дверью.

— Не девка, а ураган, — вздохнула Татьяна. — Но ничего, успокоится, смирится, деваться ей некуда.

На кухню осторожно заглянула Настя.

— Татьяна Георгиевна! Чего это она?

— Подслушивала? — покачала укоризненно головой Пальчикова.

— Да вот ни капельки! — Девушка клятвенно прижала руку к груди. — Просто она меня чуть с ног в коридоре не сбила. Чего это она так убивается? Ей что, самой Олег Павлович нравился?

— Не говори глупостей, — сердито одернула ее Татьяна.

— Значит, все из-за денег, — вздохнула Настя.

— Прикуси язык. Не наше это дело!

— Так я ничего, Татьяна Георгиевна, я просто так.

— Выброси все из головы.

— Ладно. Можно я сегодня пораньше убегу? Сережка в кино звал. Там новый американский фильм.

— Американский, — проворчала Пальчикова. — Лучше бы старые советские комедии смотрели, больше толку было бы.

— Мы посмотрим потом, обязательно, Татьяна Георгиевна!

— Иди уж.

Настя подбежала к Пальчиковой и чмокнула ее в щеку:

— Спасибо вам! Вы просто сокровище!

— Но только после того, как стол к ужину накроешь.

— Конечно, конечно. — Настя замерла. — Ой, а посуду потом еще убирать.

— Сама уберу.

— Я же говорю, что вы чистое золото! — искренне воскликнула Настя.

— Сокровище — не обязательно золото, — усмехнулась Пальчикова.

— Как это? — растерялась Настя.

— Ты ж меня только что сокровищем величала.

— Ой! Татьяна Георгиевна! Вы бриллиантовая! Платиновая! Вы…

— Иди, займись делами, — отмахнулась Татьяна. — А мне еще готовить надо.

— Помочь? — с готовностью откликнулась девушка.

— Понадобишься — позову.

Ужин был больше похож на прелюдию к свадебному пиру. Торнавский-старший сиял и, казалось, освещал все вокруг себя. Марианна тоже повеселела. Но самым главным и для кого-то неожиданным стало присутствие за столом управляющего. Перед началом застолья Торнавский официально представил его гостям как своего будущего тестя.

Саша сумела избавиться от маски вселенской скорби и выглядела вполне прилично. Она даже улыбалась шуткам Торнавского и не метала злобные взгляды на Марианну.

После ужина были танцы. Оказалось, что Мишустин-младший прекрасно играет на рояле, и танцевать под живую музыку было упоительно. Когда за окном разлились сливовые сумерки, зажгли свечи. Марианне казалось, будто она находится в старинном замке, где господин и повелитель — ее Олег. Самый прекрасный и могущественный рыцарь на свете!

Торнавский-старший действительно впечатлял. И в сердце Саши ныла заноза сожаления о том, что этот импозантный мужчина скоро станет собственностью другой. О, если бы она могла помешать этой свадьбе!

Когда умолкла музыка, стало слышно, как за окном шумит листва и поет сверчок. Казалось, вот они — райские кущи, лучшее место для прекрасной жизни, которая будет длиться вечно.

К радости Насти, были приглашены два официанта, которые и обслуживали гостей. Прежде чем ускользнуть на свиданье, она успела вымыть часть посуды, остальную Пальчикова обещала загрузить в посудомоечную машину сама.