Смерть дублера - Рекс Тодхантер Стаут

– Ничего подобного. Мне нравится бывать на воде. Я и сам занимался парусным спортом много лет назад. Потом купил себе яхту.

– Значит, нет ничего невероятного в том, что на уик-энд вы отправились в морское путешествие со старым другом Джорданом?

– Нет… – скривился Торп. – Но просить этого человека…

– Мне он кажется подходящим, – заявил Фокс. – Очевидно, он не имеет репутации выдумщика. И явно неболтлив, поскольку ваши отношения с его дочерью до сих пор остаются в тени. Его, вероятно, можно склонить ко лжи если не ради денег, то во избежание неприятного скандала с участием дочери. Он не станет подозревать вас в попытке соорудить алиби, уходя тем самым от обвинений в убийстве, поскольку ваше подлинное алиби охотно подтвердит его дочь. Если он пройдет проверку пятым пунктом моего списка, этот ваш Джордан – даже лучше чем просто хороший кандидат. Он идеален.

– Мне это не нравится.

– Ну еще бы! Но если вы и дальше собираетесь сидеть и ждать нечто такое, что вам понравится…

– Он прав, шеф! – поспешил вставить Вон Кестер. – Я готов дать себе пинка за то, что сам не вспомнил о Джордане…

– Помолчи, Вон… – сказал Торп с таким видом, словно выпил уксуса. – Ладно, так тому и быть. – Покосился на Фокса. – У меня нет при себе чековой книжки, но…

– Я приду за деньгами, если сумею их заработать. – Открыв дверцу, Фокс выбрался из машины. – Но эта работа поручена мне, и вы будете меня слушаться. Распоряжения должны выполняться без вопросов, иначе я все брошу. Это понятно? И вы тоже, Кестер. Понятно?

– Разумеется.

– Отлично… – Фокс повернулся, чтобы позвать: – Дэн!

Вице-президент вылез из кабриолета, пробежал по траве, росшей на обочине лесной дороги, и встал рядом с Фоксом. Тот сказал ему, делая широкий жест рукой:

– Перед тобой Ридли Торп, Вон Кестер и Люк Уир. Ты видел фото в газете. Мы отгоним их машину подальше в лес и будем ждать там. Ты езжай домой, возьми Билла. Отправляйтесь в «Эксельсиор маркет» в Брустере и предложите Сэму Скотту двадцать долларов за аренду одного из крытых фургонов для доставки грузов. У него их два. Хватай ключ и мчи на фургоне прямо сюда, а Билл пусть едет сзади в кабриолете. Остановитесь тут, только не вздумайте сигналить. Я сам подойду. – (Дэн повернулся, чтобы начать действовать.) – Погоди. Передай мисс Грант, пусть сидит тихо и ничего не предпринимает. Я продвинулся в деле и скоро вытащу ее дядю из-за решетки. Этого будет достаточно. Не предлагай ей съездить с тобой в Брустер на стаканчик содовой с мороженым.

– Как скажете.

И Дэн отправился выполнять полученные распоряжения.

Таков был первый маневр необычайно сложной и критически важной операции, которую Фокс развернул на суше и на море и во время которой ему пришлось иметь дело с бунтом, невезением и стихиями. Бунты или, по крайней мере, их вероятность возникали регулярно. Впервые это случилось, когда, ожидая в лесу Дэна, Фокс описал остальным следующий шаг операции. Торп хотел воспользоваться правом вето. Фокс прямо заявил ему, что не станет предпринимать ничего, пока не увидится с мисс Дьюк; он не оставит в тылу столь неизвестный и потенциально опасный фактор, не проведя разведки. Торп сдался и назвал ему адрес. Угроза бунта возникла вновь, когда Дэн приехал в крытом фургоне, на ярко-белом боку которого красными буквами было выведено «Эксельсиор маркет», и троица получила указание залезть внутрь и как-нибудь устроиться на заботливо разложенных Дэном пустых мешках. Торп выражал протест за протестом, но Фокс был непреклонен. Машину Кестера спрятали в лесу, а Билла Тримбла отправили домой за рулем кабриолета. Не пробило еще и шести часов жаркого летнего утра, как фургон начал движение на юг. Фокс сидел в кабине за рулем, Дэн – на удобном сиденье рядом, а слуга Люк Уир, секретарь Вон Кестер и достояние нации Ридли Торп тряслись на мешках в фургоне.

И хотя пришлось ехать в объезд, поскольку движение грузовых машин по центральным улицам было запрещено, уже в двадцать минут восьмого фургон остановился у края тротуара Шестьдесят седьмой улицы, и Фокс вылез из кабины, завернул за угол на Парк-авеню, вошел в роскошный жилой дом и попросил доложить о себе мисс Дьюк. Консьерж с изумлением вытаращился на субъекта, наносящего визиты в столь неурочный час, однако телефоном все же воспользовался. Поскольку Фокс успел позвонить, сделав по дороге сюда короткую остановку, его ждали, и через минуту он уже шел к лифту.

Сняв шляпу, Фокс поприветствовал женщину, которая открыла дверь квартиры на двенадцатом этаже:

– Доброе утро, мисс Дьюк. Я Текумсе Фокс. Вот записка.

Она молча приняла протянутый листок – вырванную из ежедневника Кестера страничку, на которой Торп нацарапал несколько строк, – дважды пробежала взглядом записку, поднесла к свету, чтобы рассмотреть почерк, и хрипло произнесла:

– Входите.

Закрыв дверь, женщина направилась было в комнату, однако Фокс остановил ее:

– Лучше здесь, мисс Дьюк. Я тороплюсь.

Он уже увидел все, что хотел. Женщине было лет тридцать. Похоже, она плохо спала и рано встала, а тревога и волнение образовали морщинки на ее лице. Впрочем проницательный взгляд мог различить в облике мисс Дьюк если не особую красоту, то достойную уважения глубину. При более благоприятных обстоятельствах, подумал Фокс, комплименты полились бы естественно, без стимулов со стороны правил учтивости.

– Где сейчас мистер… мистер Байрон? – спросила она.

– У мистера Торпа все в полном порядке, – заверил ее Фокс. – По телефону вы сказали, что одни в квартире?

– Так и есть.

– Прекрасно. На вашем месте записку я бы уничтожил… Мне хочется знать, когда именно мистер Торп появился в коттедже близ Трайэнгл-Бич, чтобы провести там уик-энд?

– Вечером в пятницу. Как и я.

– Когда он уехал?

– Не знаю. Я уехала… Он отправил меня еще вчера утром. И оставался там, когда я уезжала.

– Люк Уир и Вон Кестер тоже там были?

– Да. Они появились в воскресенье ночью, очень поздно, чтобы сообщить ему… – Ладонь мисс Дьюк дрогнула, возражая против новых расспросов. – Но где он сам? Что теперь будет? Бога ради…

– У него все хорошо. Не беспокойтесь, мисс Дьюк. Мы со всем справимся. Скажите, Торп был с вами в коттедже все это время? С вечера пятницы до полуночи в воскресенье?

– Да, он… – Мисс Дьюк осеклась, и ее глаза сузились от подозрения. – Зачем вы задаете подобные вопросы, если…

– Если я на него работаю? Потому что для меня не важно, кто мой работодатель, я должен установить все факты и быть в них