Чернильно-Черное Сердце (ЛП) - Джоан Роулинг

Она повернулась и ушла через могилы, растворившись в темноте. На переднем плане, с неприятным хлюпаньем, из земли вырвалось что-то блестящее и черное. Оно повернулось лицом к зрителю, и Робин увидела, что это было черное человеческое сердце с улыбающимся, невинным лицом, совершенно не сочетавшимся с гротескной внешностью. Робин смутно уловила звук открывающейся снаружи стеклянной двери, когда сердце помахало перерезанной артерией и сказало бойким тембром ведущего детского телевидения:

— Привет! Я Харти. Я живу здесь, на Хайгейтском кладбище, со своими друзьями. Возможно, вам интересно, почему я не разложился…

В дверь постучали, и Мидж вошла, не дожидаясь ответа.

— Ну, это потому, что я злой!

— О, прости, — сказала Мидж, — я думала, у тебя сегодня выходной. Мне нужно…

Она прервалась, — выглядя смущенной, и двинулась за Робин, чтобы посмотреть на экран, где Харти теперь носился между могилами, представляя различных персонажей, выползающих из земли, чтобы присоединиться к нему.

— Ты, должно быть, шутишь, — сказала Мидж, выглядя потрясенной. — Ты и все остальные?

Робин выключил звук мультфильма.

— Что значит “я и все остальные”?

— Моя бывшая была одержима этим чертовым мультфильмом. Это дерьмо. Похоже на то, что ты выдумал, когда у тебя был трип.

— Я никогда не видела его до сегодняшнего дня, — сказала Робин. — Одна из создателей только что была здесь, хотела, чтобы мы сделали для нее работу.

— Кто — как ее зовут — Ледвелл?

— Да, — сказала Робин, удивленная тем, что у Мидж это имя вертелось на языке.

Правильно прочитав выражение лица Робин, Мидж сказала,

— Бет ее ненавидела.

— Правда? Почему?

— Понятия не имею, — сказала Мидж. — Этот фэндом токсичен. “Играй в игру, бва!” — добавила она писклявым голосом.

— Что? — сказала Робин, наполовину смеясь.

— Это одна из коронных фраз. В мультфильме. Бет всегда говорила это, если я не хотела что-то делать. “Играй в игру, бва!” Чертовски смешно. Она тоже играла в эту чертову игру. Онлайн.

— В ту, которую сделал Аноми? — спросила Робин, заинтересовавшись.

— Понятия не имею, кто ее сделал. Детская чушь, — сказала Мидж, взяв со стола папку Грумера. — Не возражаешь, если я возьму это? У меня есть заметки, чтобы добавить.

— Забирай.

Когда Мидж вышла из комнаты, зазвонил мобильный Робин: это был Страйк. Она поставила мультфильм на паузу.

— Привет.

— Привет, — сказал Страйк, по голосу было похоже, что он где-то занят: она могла слышать шум транспорта. — Извини, я знаю, что у тебя сегодня выходной…

— Без проблем, — сказала Робин, — я все еще в офисе. В шесть у меня просмотр квартиры в Актоне; не было особого смысла ехать домой.

— А, OK, — сказал Страйк. — Я подумал, как ты отнесешься к тому, чтобы завтра поменяться работой? Мне было бы удобнее работать на Слоун-сквер вместо Кэмдена.

— Да, все в порядке, — сказала Робин. На экране компьютера перед ней застыло черное сердце, указывающее на темный дверной проем мавзолея.

— Спасибо, ценю это, — сказал Страйк. — Все в порядке? — добавил он, потому что уловил странную нотку в голосе Робин.

— Все в порядке, просто у нас тут недавно был Гейтсхед. Ну, Пэт думала, что она Гейтсхед. На самом деле это не так. Ты когда-нибудь слышал о “Чернильном черном сердце”?

— Нет. Что это, паб?

— Мультфильм, — сказала Робин, снова нажимая на кнопку воспроизведения. Мультик был все еще приглушен: Харти испуганно отпрянул от фигуры, медленно выходящей из дверного проема гробницы. Она была большой, сгорбленной, в черном плаще, с преувеличенным лицом, похожим на клюв. — Один из создателей хотел, чтобы мы расследовали дело фаната, который досаждает ей в интернете.

— Хм, — сказал Страйк. — Что ты сказала?

— Что у нас нет места, но я сказал ей, что Паттерсон Инк и МакКейбс занимаются кибер-расследованиями.

— Хм. Я не люблю давать работу Паттерсону.

— Я хотела помочь ей, — сказала Робин с легким оттенком оборонительности. — Она была в немного подавленном состоянии.

— Справедливо, — сказал Страйк. — Спасибо за обмен, я твой должник.

После того как Страйк отключился, Робин включила звук. Она смотрела еще около минуты, но так и не смогла ничего понять. Возможно, она пропустила ключевые моменты сюжета, пока звук был выключен, но в целом она была вынуждена согласиться с Мидж: кроме того, что мультфильм был прекрасно анимирован, он был похож на мрачную фантазию укуренного.

Она как раз собиралась выключить компьютер, когда Пэт постучала и снова вошла в комнату.

— Это было в ванной, — сказала Пэт, протягивая картонную папку. — Та неопрятная девчонка, должно быть, оставила это. Она лежала на бачке.

— О, — сказала Робин, взяв ее. — Точно… ну, она может вернуться за ней. Если нет, мы должны найти адрес, по которому ее можно отправить. Ты не могла бы взглянуть и посмотреть, есть ли у нее агент или что-то в этом роде, а, Пэт? Ее зовут Эди Ледвелл.

Пэт фыркнула, что явно говорило о том, что Эди Ледвелл не стала ей более симпатична, раз она забыла свою папку, и вышла из комнаты.

Робин подождала, пока закроется дверь, и открыла папку. Эди распечатала большое количество твитов Аноми, к которым она сделала примечания характерным размашистым почерком.

У Аноми было более пятидесяти тысяч подписчиков в Твиттере. Робин начала пролистывать твиты, которые теперь лежали не по порядку, упав на пол.

Аноми

@АномиGamemaster

Те, кто покупается на душещипательные истории Федвелл о бедности, должны знать, что ее обеспеченный дядя подарил ей две большие кучи денег в начале нулевых. #EdieLiesWell

16:21 22 сентября 2011 г.

Эди написала под твитом: Аноми называют меня либо “Жади Федвелл”, потому что я выздоровевшая булимичка и потому что, очевидно, меня волнуют только деньги, либо “Эди Лжевелл”, потому что я должна безостановочно лгать о своем прошлом и о своем вдохновении. Это правда, что мой дядя дал мне немного денег. 200 фунтов в первый раз, а потом 500 фунтов. Во второй раз я был бездомной. Он дал мне деньги и сказал, что больше ничего не может для меня сделать. Джош знает об этом и вполне мог рассказать Себу.

Робин