Убийца первого кла$$а - Сергей Дышев

Людей, собравшихся на траурную церемонию, увидели издалека. От дождя, оплакивающего покойного Зайцева, все спасались под зонтами.

По молчаливому согласию близко подходить не стали.

Урну уже закопали. Вдова Алла Свингер была в черном, тринадцатилетняя дочь Елена оделась по-молодежному: в джинсы и пятнистую куртку, в руке держала ярко выделяющийся алый зонт. У символического холмика с портретом покойного стояли также Лупандер с супругой, бритоголовые охранники офиса и еще трое неизвестных сыщикам мужчин. Скучали два могильщика с лопатами, видно, ждали окончания расчета за услуги.

Баздырев и Ребров остановились на таком расстоянии, чтобы было видно, что они не прячутся, а просто в этот печальный момент не хотят быть назойливыми. Ребров нацелил скрытую камеру в плечевой сумке и стал снимать происходящее.

Женщины — Алла и жена Лупандера — утирали слезы. Дочь Елена, напротив, хранила внешнее спокойствие, ни единой слезинки. Лупандер, откашлялся и начал речь.

— Горько и обидно сознавать, что нелепая, жестокая смерть оборвала жизнь Бориса в самом расцвете сил, творческого таланта. И еще страшнее сознавать, когда ты потерял к тому же надежного компаньона и верного друга. В этом кошмаре последних дней, недостойных памяти великого человека, Бориса Петровича Зайцева, — Лупандер возвысил голос, — у нас к следствию, к так называемым правоохранительным органам есть вопросы: «Почему вообще могло случиться подобное?»

— Ты понял? — тихо заметил Баздырев. — Допрашивать нас будет!

— С пристрастием… Куроедов обалдеет.

— Мы всегда будем помнить тебя и то, что ты сделал для нашей компании, — скорбно продолжал Лупандер. — Ты был созидателем, и сотни людей обязаны тебе достойной работой и жизнью. Жизнью, которой тебе, к сожалению, не хватило. Спи спокойно, дорогой друг.

И Лупандер смахнул набежавшую слезу.

— Надо этих трех мужичков «пробить», — заметил Баздырев. — Сними их тщательнее.

— Я всех снимаю тщательно.

Баздырев равнодушно огляделся по сторонам. И вдруг среди частокола крестов, обелисков, оград, неподалеку от выхода, приметил крупного мужчину в темном плаще с капюшоном, надетом на голову. Он явно наблюдал за траурной церемонией. От Баздырева не укрылось, что и Лупандер увидел незнакомца, и на лице его промелькнул мимолетный страх.

— Серега, смотри вон в сторону выхода и левее, — прошептал Баздырев, будто таинственный незнакомец мог их услышать. — Видишь?

— Вижу.

— Вот тебе и убийца. Возьми на приближение. Взял?

— Взял.

— А теперь пошли.

— Куда?

— К нему. Только не суетись. Мы гуляем и тоже как бы любопытствуем… Продолжай снимать.

— Снимаю.

Они обошли стороной «родных и близких покойного», двинулись навстречу незнакомцу в плаще. Тот, видно, обладая обостренным чутьем, мгновенно понял намерения праздношатающихся мужчин. Он повернулся и пошел к выходу… Баздырев и Ребров ускорили шаг. Незнакомец, почуяв слежку, мельком оглянулся и тоже пошел быстрее.

— Надо догнать! — И Баздырев рванул бегом, Ребров припустил за ним.

Незнакомец между тем вышел за ворота, на улицу, быстро сел в машину, его поджидавшую. Автомобиль тут же набрал скорость, и запыхавшимся сыщикам удалось разглядеть лишь его аквамариновый цвет.

— И номер не увидели… — сокрушенно произнес Ребров.

— Номер-то и увидели, — оценил Баздырев. — Такой номер, что лучше никому не рассказывать.

— Они уходят, — заметил Ребров, кивнув в сторону ворот.

Траурная процессия покидала кладбище: первыми ушли бритоголовые охранники, за ними потянулись неизвестные мужчины, затем — чета Лупандеров и, наконец, последними — Алла и девочка. Они сели в серебристый «Мерседес» и уехали.

— Никогда не видел таких торопливых похорон, — заметил Ребров.

— Пойдем и мы к могилке, может, его дух что нам шепнет, — предложил Баздырев.

Они подошли к могильному холмику, миниатюрному, будто здесь похоронили лишь воспоминание о человеке. Среди цветов преобладали гвоздики. Три венка с бессмысленными надписями. Стакан с водкой и коркой хлеба. Покойный Зайцев глядел с портрета с легкой укоризной.

— Такое чувство, будто он всем очень мешал, — заметил Баздырев.

— Теперь уже не мешает, — отозвался Сергей.

Они вернулись к машине, и Петрович первым делом поинтересовался:

— Ну, чего, видели убивца?

— Видели, — хмуро бросил Ребров.

— И чего?

— Ушел, не попрощавшись, — пояснил Ребров.

— С кем?

— Со всеми.