Подиум - Татьяна Моспан

Катя опять отстранилась от него:

– Я не хочу.

Получив неожиданный отпор, он опешил:

– Как это?

– А вот так! – четко сказала она.

– Не правда, ты хочешь – я же по твоим глазам вижу, что хочешь! – Он ухмыльнулся и тесно придвинулся к ней. – Ты что, на самом деле такая?..

– Какая?

– Ненормальная – вот какая! – Он уже не ухмылялся. – Говорили мне наши…

– И что они говорили?

– Слушай, Катюш… – Он протянул к ней руки, все еще не веря в искренность ее слов. – Повыламывалась, и хватит. Ну не приходил три дня: зачет сдавал. Ну чего ты в самом деле? Пойдем расслабимся! Время позднее, никто мешать не будет. Ведь было все у нас, и теперь какая разница: один раз, два или три?..

Катя смотрела на красивое лицо Кошелева. Вроде бы оно осталось прежним: голубые глаза, густые волосы, усики над верхней губой – но она не узнавала его. Циничный прищур, самодовольная поза… Пришел на ночь глядя, чтобы облагодетельствовать своим вниманием! Неужели из-за него она сходила с ума, мучилась? Неужели это он – герой ее снов, а то, что было между ними, называют любовью?! Она почувствовала себя обманутой.

– Я хочу спать, мне завтра с утра на работу.

– Ах да, ты же у нас рабочий класс! – Он засмеялся, зло и пренебрежительно. (От обиды у нее потемнело в глазах.) – Гляди: как хочешь, другая бы на твоем месте не выламывалась. Подумаешь, цаца какая!..

Закрыв за ним дверь, Катя долго сидела в прихожей на ящике с обувью. Не было сил подняться. Она плакала и ругала себя последними словами… А вдруг он вернется – ласковый, нежный, добрый – и все будет по-прежнему? Так думала она. И сама не верила в это.

Катя Царева ждала Алексея каждый день, а он все не приходил. Возвратившись с работы, Катя прислушивалась к каждому шороху за дверью, но обычно это оказывался не он. "Видно, нашел другую, которая не выламывается…" – Она не хотела думать о нем, но ничего не могла с собой поделать. Ей было обидно и жалко себя. Никого не хотелось видеть.

Все шло наперекосяк. Катя в очередной раз сцепилась в цехе с пьяными грузчиками и написала заявление об уходе.

– Дня лишнего держать не буду. Подумаешь, цаца! – бросил ей в спину начальник.

"И это мне говорили: цаца… – удивилась совпадению Катя. – Что они все заладили?" Получив на руки документы, она в тот же день перешла работать в Дом моды.

Алексей появился через десять дней. Лучше бы он не приходил совсем!..

Катя уже несколько дней сидела в бригаде легкого платья – ученицей ручницы. Приняли ее в новом коллективе хорошо, и она понемногу приходила в себя. Дома отыскала все приобретенные в свое время журналы мод, включая самые старые, и с интересом листала их… Неужели она тоже научится выполнять любой из этих фасонов? Вот было бы здорово! Сегодня бригадир Лида показывала, как надо обрабатывать петлю с двумя обтачками. Сложная технология!

Придя домой, Катя решила потренироваться самостоятельно… За стрекотом швейной машинки она не сразу услышала звонок в дверь. На пороге стояли Алексей и его приятель Костя. Этого парня она едва знала – видела пару раз у Кошелева дома. Костя был неприятен ей: Кате казалось, что парень постоянно подтрунивает над всеми. Алексей в его присутствии менялся прямо на глазах, становясь грубым, нахальным, циничным.

– Проходите. – Катя пропустила их в прихожую. И тут же пожалела об этом: оба парня были пьяны.

– А мы к тебе в гостечки, решили вот навестить, – дурашливо рассмеялся Алексей. – Не скучала?

– Нет.

Алексей без приглашения открыл дверь в комнату.

– Ты одна? – на всякий случай спросил он. Увидев швейную машинку и разбросанные вокруг журналы, он подмигнул приятелю. – Костик, давай поможем Катюше. Сейчас примерочку сделаем. Или как там это называется? Ты что, в белошвейки поступила?

– Перестань! – попробовала образумить его Катя.

– Песенка есть такая… – не унимался Алексей. – Служила белошвейкой и шила гладью, потом та-ра-ра-рам, и стала… – Он громко захохотал.

Катя с ужасом убедилась, что Алексей просто безобразно, совершенно пьян. Ни разу еще она не видела его в таком состоянии. У Кати похолодело внутри… Да как он смеет! Катя видела глумливую усмешку Костика: тот молчаливо одобрял действия приятеля. В отличие от Алексея Костя был почти трезв – Катя заметила холодный, непроницаемый взгляд, направленный на нее.

– Убирайтесь!

– У-тю-тю! – Алексей, растопырив руки, хотел обнять ее.

– Убирайтесь – или я закричу! – Она шарахнулась от Кошелева.

– Раньше не кричала… Костик, представляешь, я у нее первый мужик, целку ей сломал, а теперь она из себя королеву корчит. – Алексей грязно выругался. – Раздевайся! – резко приказал он.

Катя не двинулась с места.

– Смотри, хуже будет! – пригрозил Алексей.

– Зачем ты пришел?

– Потрахаться захотелось. Ты что, думала я в тебя влюбился? Да я только мигну, и за мной любая побежит.

– Вот и иди к ним! – Ее голос звенел от обиды, но она не плакала. (Сейчас она сама себя не узнавала. Неужели несколько дней назад при мысле о нем у нее перехватывало дыхание?) – Почему ты ведешь себя как подонок?

– Про подонка не надо, могу рассердиться. Сегодня мы с Костиком решили заняться тобой. – Алексей, стягивая с себя свитер, обернулся к приятелю. – У нее эрогенная зона – мочка уха: балдеет сразу!

От ненависти у Кати помутилось в голове.

– Я закричу!

Кошелев сделал обманное движение и кинулся на девушку. Катя забилась у него в руках.

– Костик, давай! – Кошелев рванул за ворот Катину блузку и попытался подтащить девушку к дивану. – Сейчас я ее успокою… – Он стал расстегивать молнию на брюках. – Так даже интереснее будет.

Алексей вынужденно ослабил хватку, и Катя сумела вырваться. Она подбежала к окну и распахнула его настежь. Холодный осенний воздух ворвался в комнату.

– Шаг сделаешь – буду орать на весь дом!

Видно, в ее голосе было нечто такое, что заставило Кошелева остановиться. Он замер, не решаясь приблизиться к ней.

– Пугает! – Алексей обернулся к приятелю, желая получить поддержку.

Непроницаемое лицо Костика менялось на глазах. Он занервничал: одно дело – взять легкую добычу, поразвлечься, и совсем другое – нарваться на неприятности… Бешеная девка! Такая что угодно устроить может. Лешка, козел пьяный, не понимает ни хрена!

– Ну ее к черту! – заявил Костик.

Но Алексей не хотел сдаваться так просто:

– Не заорет! Чего ты скис? Позору побоится…