Колодец Смерти - Селин Данжан

В тоне молодой женщины была такая искренность, что Луиза почувствовала себя обескураженной. Однако она упорно продолжала:

— В первый раз, когда мы с вами виделись в больнице, я заметила, что при упоминании этой аббревиатуры у вас в глазах появился страх.

Дюкуинг кисло улыбнулась:

— В течение пяти лет моей основной работой как судмедэксперта являлось вскрытие трупов людей, подвергшихся пыткам, изнасилованиям и так далее… Видите ли, даже не будучи криминологом, я все-таки узнала кое-что. Когда вы сказали о граффити, я тут же подумала о подписи. А где есть подпись, там обычно есть и хорошо организованный серийный убийца, и уже одно это — довольно страшно, согласитесь!

Дюкуинг осадила Луизу, но та не стала давать отпор. Объяснение медэксперта было правдоподобным. Разве сама она не пришла к такому же заключению, когда Виолена говорила ей о граффити?

— Впрочем, если я не ошибаюсь, вы думаете точно так же, — продолжила Дюкуинг, наблюдая за ней. — Вы боитесь повторения.

Застигнутая врасплох, жандарм предпочла открытость.

— Это правда.

— Тогда чего вы ждете, не защищаете меня? Это ведь тоже ваша работа!

Луиза внутренне сжалась. Что отвечать? Что у начальства другое мнение?

— А, понятно! Вам уже ответили отказом, верно? — сказала она с возмущением.

Эта женщина явно была одарена редкой интуицией.

Луиза смутилась.

— Вероятность того, что серийный убийца вернется «закончить свою работу», — сказала она, изображая кавычки, — почти нулевая.

— Почти нулевая? Ну, теперь я спокойна, — иронически заметила Дюкуинг.

– 11 –

Ну так что же?

Давид Шаффер припарковал машину на небольшой стоянке, примыкавшей к дороге. На небе не было ни облачка, и почти полная луна заливала окружающий пейзаж своим призрачным светом. «Час браконьера», — подумал он. Зубчатые кроны деревьев перед ним чернели темным кружевом, а узкая аллейка, посыпанная белой галькой, вела вглубь леса. Мужчина вздрогнул: у него возникло странное чувство, как будто он попал в декорацию какого-то триллера. Эта забытая история, которая внезапно вторглась в его обыденность, казалась ему нереальной. Шаффер схватил конверт, лежавший на пассажирском сиденье, и прикосновение бумаги к пальцам подтвердило, что все происходящее не было сном. Он снова открыл его и перечитал несколько слов, написанных посредине белого листа: «Видео 36. Встреча в четверг 21 октября в 21:00». Дальше следовала серия цифр: координаты места по навигатору, который и привел его сюда.

Свет фар вывел Давида из оцепенения. Он убрал бумагу в конверт и остался за рулем, внимательно глядя на приближающиеся яркие огни. Он разглядел джип, только когда водитель повернул руль, чтобы припарковаться рядом с ним. Через несколько секунд из машины вышел мужчина, и у Давида Шаффера учащенно забилось сердце. Прошло двадцать лет, но он сразу же его узнал.

Магид Айед не проявил ни малейшей нерешительности. Он обошел свой джип, наклонился и, приблизив лицо вплотную к окну Шаффера, постучал, заставив его вздрогнуть, несмотря на то что Шаффер следил за каждым движением своего бывшего товарища.

— Выходи, Давид, это я! Это Магид! — добавил он, как будто такое разъяснение было необходимо.

Шаффер, словно робот, послушно вышел из машины. И мгновенно покрылся холодной испариной. Мужчины посмотрели друг на друга в некоторой растерянности. На самом деле, они оба никогда не думали, что встретятся снова.

— Так это ты назначил мне встречу? — враждебно начал Магид.

— Нет… Я… получил письмо, — ответил Давид.

— Я тоже.

Снова повисла напряженная тишина, наполненная недомолвками. И тут новые фары пронзили прозрачный покров ночи. Мужчины сделали несколько шагов навстречу свету, и перед ними остановился маленький белый «Твинго». Женщина за рулем заглушила двигатель, вышла и направилась прямо к мужчинам. В отличие от них, она сильно изменилась за двадцать лет.

— Привет! — бросила она им.

— Привет, Валериана! — произнес Давид, нервничая.

Магид же решил пренебречь условностями и сразу перешел к делу:

— Так это ты заставила нас сюда приехать? Что за дурацкая идея?

Вместо ответа Валериана смерила его ядовитым взглядом.

Айед шагнул к ней и угрожающе поднял палец.

— Ну, что молчишь? Выкладывай!

Медэксперт наградила его ледяной улыбкой и парировала:

— Я вижу, ты все так же учтив, Магид!

— Пошла ты к черту! — разозлился он, хватая ее за воротник.

— Успокойся, Магид! — вмешался Шаффер и потянул его назад.

Резко дернув плечом, Айед высвободился и смерил Шаффера презрительным взглядом. Его злость была так ощутима, что, казалось, он готов дать волю кулакам, в точности как в школьные годы. Давид выдержал его взгляд, и мужчины враждебно смотрели друг на друга еще несколько долгих секунд. Наконец Дюкуинг прервала этот беззвучный петушиный бой:

— Меня пытались убить.

Мужчины разом повернулись к ней. Оправившись от изумления, Шаффер повторил:

— Тебя убить?

— Да, и это почти удалось, поверь мне.

— О, черт… Какой ужас…

— Нападавший вколол мне наркотик. Я очнулась и увидела, что лежу в наполненной ванне, связанная, а вода поднимается все выше, — продолжала Валериана взволнованно. — Я ничего не могла сделать. Я должна была утонуть. Своим спасением я обязана чудесному появлению курьера с пиццей.

— Рад за тебя, — прокомментировал Магид. — А нас-то как это касается?

Дюкуинг расстреляла его взглядом.

— Я подумала, вам будет интересно узнать, что этот псих написал «НЧС/1» на плитке ванны.

Мужчины замерли. Лицо Шаффера стало белым, как бумага. Айед затряс головой, словно отказываясь этому верить, и выпалил:

— Невозможно! Это невозможно… Никто не знает! Если только кто-нибудь не проговорился, — добавил он, вопросительно обводя взглядом бывших товарищей.

— Нет, серьезно, Магид, ты сам-то понимаешь, что ты что несешь? — возмутилась Валериана.

Шаффер вынул из кармана телефон.

— Хватит! Я звоню Алексу.

— Прямо сейчас?

— Он ждет моего звонка, я сообщил ему, что вечером еду на встречу. Алекса это тоже касается, он имеет право знать, Валериана.

— Угу, только он сейчас на другом конце света, — буркнул Айед.

— Ну и что? Неважно. Главное, он придумает, что нам делать.

— Да неужели? —