Не тронь добычу! - Михаил Март

Это в воинской части все понятно — есть командир взвода, роты, батальона, полка. В клубе же ветеранов можно блуждать по кабинетам целый день и ничего не найти. Катю футболили от одной секции к другой, и никто ничего ей объяснить не мог.

Взялся за непосильную задачу бывший полковник Вареных. На «вареного» он не походил, а скорее выглядел мужиком подтянутым и крепким. Угораздило же такую фамилию унаследовать!

Полковник оказался человеком внимательным, выслушал вдову ветерана афганской кампании. Впрочем, Катя вдовой себя не считала.

— Вы не в тех секциях искали, Екатерина Алексеевна. Максимов, Богданов и Проскурин — инвалиды и числятся в нашей секции. Инвалидам по ранению полагаются льготы. По нынешним меркам незначительные, но их не облагают зверскими налогами. Это позволяет нам взваливать на их плечи все коммерческие связи. Денежные операции. В частности — аренда земли, закупка товаров за границей, таможенные пошлины. Конечно, золотые денечки уже кончились, но все же выгода имеется. Я знаю ребят, о которых вы спрашиваете. Что конкретно вас интересует?

— Они были на похоронах наших мужей, погибших при очень странных обстоятельствах. Их расстреляли в упор на дачном участке.

— Да-да, я наслышан об этой кошмарной истории. К сожалению, меня не было в Москве и я не смог прийти на похороны. Олега Дубенского я знал лично. Человек отчаянной храбрости. Глупая смерть.

— Дело в том, что Олег и Иван ни с кем не дружили. Они работали в обычной охранной фирме, врагов им нажить было негде. Бывшие сослуживцы присутствовали на похоронах. О них я у вас и спрашиваю. Может быть, они смогут пролить свет на последние события. На поминках нам не до того было, и мы не смогли поговорить.

Вареный подумал, потом сказал:

— У нас в клубе есть ресторан. Недорогой. Ребята там часто собираются. Я видел в нем Гришу Максимова и Олега Дубенского. Примерно месяц назад. Подошел, поздоровался. Только стол у них был накрыт человек на восемь, но в тот момент за ним сидели только они. Возможно, остальные танцевали. Оркестр играл. Гриша танцевать не мог. У него ноги нет.

— А как мне найти Григория Максимова?

— Фарцует.

— Не поняла?

— Шутка. Наши ветераны арендуют офисы в центре Москвы под свои липовые фирмы. Им Московское правительство делает серьезные скидки, а они их сдают некоторым западным фирмам, с которых дерут три шкуры. На разницу и живут. Выполняют какие-то поручения от фирмачей. Недавно выставка голландской живописи прошла в Москве. Гриша накануне приходил ко мне, просил устроить голландцам приглашение от Союза ветеранов. Препон меньше, и оформили быстрее. Спонсоры положили на наш счет приличные деньги. Для нас приличные. Для них это гроши. Неплохо устроились некоторые наши ребята, на хлеб с маслом хватает. А главное — ума большого не надо, достаточно иметь «корочки» ветерана в нагрудном кармане. Каждый выживает как может.

— А Валерий Богданов и Илья Проскурин работают в той же шарашке?

— Проскурин всегда рядом с Гришей, а Богданов раскрутил свой бизнес. У него авиаклуб. Он ведь и в армии служил инструктором по прыжкам с парашютом. Отличный специалист, между прочим. На гражданке тоже продолжил свое дело. Начинал с гнилого «кукурузника», а теперь у него десяток спортивных самолетов и два транспортных для прыжков.

— Это же серьезные деньги!

— Конечно. Важно иметь право на создание такого хозяйства, а деньги дали собственники самолетов. У нас полно богатеев, которым уже тесно в «Бентли» и «Роллс-Ройсах», им небо подавай. Нашел мужик золотую жилу.

— А как бы мне повидать этих ребят?

— Без проблем. У меня есть адреса и телефоны.

Бывший полковник подошел к шкафу, за стеклом которого в ряд стояли картонные папки, похожие на уголовные дела.