Не тронь добычу! - Михаил Март

— Нет. Они, я думаю, рассчитывали на такси. Убийца и сыграл бы роль таксиста, если следил за ним. Электрички здесь не ходят. До станции полчаса на автобусе, потом пешком по этой дороге.

— Погоди, Кузьма. А машину инженер бросил бы в городе? Дорогая игрушка! Для чего же эвакуаторы существуют? На нем бы домой и вернулся вместе с машиной. И еще одна прореха в твоей версии есть. Почему убийца позволил ему пройти триста метров? На это минут пять-семь понадобилось. А вдруг кто-то другой в поселок возвращался бы и посадил соседа в свою машину? Все старания убийцы насмарку пошли бы. Далеко идти до поселка?

— Километр. Задорина высадила экспертов и поехала допрашивать родственников.

— Оперативно.

— Так вот, Степа. Никто в поселок сегодня днем приехать не мог. Я уже был там. Все дома принадлежат фирме «Мега». Это их поселок. А у них сегодня срочное совещание. Все сотрудники на месте. Ливенталь отпросился.

— Откуда такие подробности?

— Звонил на фирму и разговаривал с Глебом Шульгой, замом генерального. Они утром виделись с Ливенталем в бассейне. Большинство жителей поселка ходит по утрам в бассейн, остальные бегают трусцой. Все ведут здоровый образ жизни. Ливенталь плавал вместе с Шульгой, и вдруг его позвали к телефону. Он отлучился ненадолго и вернулся уже одетым. Извинился перед начальником и попросил отгул. Был очень взволнован. Объяснять ничего не стал. Шульга не стал возражать. Больше они не виделись. А мысль о машине мне пришла не случайно. Помнишь убийство охранников в Сосновом бору? У жен убитых тоже машина в пути сломалась. Совпадение?

— Это совпадение спасло им жизни, — вздохнул Марецкий, разглядывая труп инженера. — Только есть еще одно совпадение. Охранника фирмы убили тем же способом, что и Ливенталя: выстрелом в затылок с двух метров. И калибр примерно тот же. Гильзу нашли?

— Нет. Может, стреляли из револьвера?

— Все может быть. Вот только мне очень не хочется объединять эти дела в одно производство. Ограбление фирмы «Мега» — дело очень запутанное, крупномасштабное. В нем замешаны серьезные дельцы и исполнители. А гибель охранников на даче смахивает на разборку местного масштаба. Не вяжутся они между собой — изящное ограбление и стрельба из автоматов.

— А смерть Ливенталя?

— Я бы ее отнес к третьей группе, где фигурирует гибель охранника здания «Меги». Она тоже не вписывается в приведенные мной схемы.

Подкатил мотоцикл с двумя милиционерами. Майор, сидевший за спиной водителя, слез с машины и подошел к начальникам.

— Ну что, Сидоренко?

— Следы на полянке есть. Я так и думал.

— Следы от чего? — переспросил Марецкий.

— Дорожка здесь узенькая, не развернешься. Я предположил, что в жертву стреляли из машины. Пуля вошла под мозжечок, прошла сквозь голову и застряла у лобовых дуг. Значит, стреляли под углом. Или из машины, скажем с переднего сиденья, или от бедра, что маловероятно. Ковбоев у нас не встретишь, а выстрел точный, пристрельный. Следы убитого на обочине есть, а других я не нашел.

— Неплохо кумекаешь, майор.

— А у меня все такие, Степа, — гордо заявил Воробьев. — Ты вон с Петровки в мою лабораторию материалы возишь. Чего же удивляешься?

— Ладно, не ерехонься. Что еще, майор?

— Здесь машина развернуться не могла. Проехала до конца дороги и развернулась на пятачке перед поворотом к поселку.

— Не логично, — покачал головой Марецкий. — Равноценно тому, чтобы засветиться возле трупа лишних пять минут и еще раз проехать мимо? Зачем ему это?

— «Им», а не «ему», Степан Яковлевич, — поправил майор. — Убийца сидел рядом с шофером. Ливенталь шел по правой стороне от дороги, и стрелять в него удобно с правого сиденья, с места пассажира. Машина не останавливалась. Шоферу стрелять неудобно, да еще с такой точностью, держа руль в руках.

— Похоже на правду. Если бы стрелял водитель, то он сделал бы это на обратном пути после разворота и пробил жертве лоб.

— Тут еще одна причина может быть, — добавил Воробьев. — Убийца и шофер не могли стрелять ему в лоб. А если Ливенталь знал убийц? Тогда они не могли себе позволить проехать мимо, развернуться и поехать ему навстречу. Заметив их, Ливенталь мог бы броситься в лес. Тут кустарник в двух шагах, есть где спрятаться.

— Итак, можем нарисовать скромную картинку, претендующую на версию, — начал рассуждать Марецкий, наблюдая, как труп погружают в перевозку. — Кто-то ранним утром позвонил главному инженеру фирмы «Мега» господину Ливенталю и назначил ему встречу, чем очень озадачил последнего. Инженер отпрашивается с работы и уезжает в неизвестном направлении. Встреча прошла неудачно, и Ливенталь вернулся домой…

— В четырнадцать тридцать, — добавил Воробьев. — И был обнаружен бензозаправщиком, привозившим бензин для местной колонки.

Марецкий не заметил, как появилась Задорина и остановилась за его спиной. Он продолжал рассуждать:

— Встреча длилась долго. Правда, мы не знаем, где она проходила. Возможно, что он встречался с убийцами, те остались недовольны результатами переговоров и решили убрать Ливенталя. Кто-то во время переговоров вывел из строя его машину и тем самым облегчил себе задачу по устранению инженера. Ловушка захлопнулась. Вопрос: кому понадобилась жизнь тихого мирного ученого? Ответ есть, но не очень убедительный. Ливенталь мог завладеть очень важной информацией, стоящей несусветных денег, либо быть наводчиком, которого пришла пора убрать с дороги. А точнее, оставить на ней его труп.

— Встреча прошла удачно, Степан Яковлевич. Марецкий резко обернулся и увидел Задорину. Теперь она редко надевала мундир, чтобы не смущать полковничьими погонами коллегу и своего вечного жениха.

— И как это я не уловил знакомый аромат духов!

— Ветерок с другой стороны дует.

— Моя версия тебе не понравилась?

— Наоборот. Ты все логично расписал, за исключением деталей, о которых ничего знать не мог. Я разговаривала с женой Ливенталя. Приехать сюда она не смогла. Сердечный приступ. С ней занимаются врачи. У местных господ своя мини-поликлиника имеется, и не только. Я уже не говорю о бензоколонке.

— Что-то она успела рассказать?

— Да. Две недели назад у них похитили сына. Шестнадцати лет. Потребовали выкуп. Всего-то полмиллиона долларов. Предупредили, устрашили и все тому подобное. Одним словом, в милицию никто не пошел. У семьи десять лет не было детей, и вдруг Бог услышал их молитвы. Поздний, единственный ребенок. Ирина Федоровна, жена Ливенталя, ничего не знает о других требованиях бандитов. Четыреста тысяч они собрали, а сто тысяч дала фирма. Только он никому ничего не рассказывал. Сегодня после бассейна он вернулся домой и взял деньги. Жене сказал: «Я еду в Серпухов. Вечером Кирилл вернется домой. Мне обещали». Больше он ничего не сказал.

— Сын не вернулся?

— Думаю, что не вернется.