Воровской ход - Владимир Колычев

Хороший виски – мягкий, плотный, и все равно Егор сначала морщился. Зато потом пошло легко, как будто квас пил со вкусом самогона… А надо было в спортзал идти, пацанов гонять. Не смогли пацаны победить на первенстве среди бригад, взяли третье место из четырех возможных. Может, поэтому Егор сегодня и набрался… Нельзя так, Леон не одобряет такие возлияния. Да и сам он за здоровый образ жизни… Но иногда душа просит… С завтрашнего дня больше – ни-ни. Наверное…

Вряд ли Леон разозлится, если узнает о той слабине, которую он сегодня дал. Егор у него в фаворе. Оказывается, он был единственным из бригадиров, который дал знать о разговоре с Каучуком. Вор подъезжал и к Гасиле, и к Пехе, но пацаны признались в этом лишь после того, как Леон на них надавил. Сказали, что Каучук попросил их не говорить о встрече с ним…

Был еще четвертый бригадир, Брит. Но к нему вор не подъезжал. Во всяком случае, Брит не признается. В принципе, ему можно верить. Он вроде карманного бригадира, под ним – Новорудный с его ближайшими окрестностями. А Новорудный – это среда обитания Леона, как таковой, самостоятельности у Брита нет. Не хотел бы Егор быть на его месте.

В машине он протрезвел: ситуация к тому обязывала. Собрался, сосредоточился и без всяких происшествий доставил себя к дому. Темно уже, во дворе фонари горят. Сейчас Егор примет душ, поужинает и ляжет спать.

Фонари во дворе горят, а в подъезде почему-то темно. Вчера свет был, а сегодня – нет. Дворовые пацаны выкрутили? Может, кто-то из соседей? Люди сейчас на всем экономят…

Но темнота еще и друг киллеров.

Егор сунул руку под куртку, выхватил ствол и, стараясь не шуметь, передернул затвор. Он осторожно поднялся на четвертый этаж, встал у двери, поднес ключ к двери. В этот момент с пятого этажа тенью скользнул к нему человек. Егор увидел, как силуэт поднимает руку с пистолетом. Увидел – и тут же выстрелил.

Киллер дернулся, поймав пулю, но пистолет не выронил. Более того, даже в ответ выстрелил сам. Егор вовремя сдал в сторону, под прикрытие углового выступа, за которым начинался межквартирный тамбур. Пуля прошла мимо, и он выстрелил снова. Но киллер, пытаясь уйти от огня, перемахнул через перила и бросился вниз по лестнице. Егор выстрелил ему вслед, но человек даже не сбавил ход. Он кинулся за ним, но его вспугнуло какое-то движение на пятом этаже, возможно, там находился второй киллер, который мог зайти с тыла.

Егор поднялся на этаж выше и увидел какого-то седого старичка с палкой, который смотрел на него выпученными глазами, подбородок его мелко дрожал.

– Все нормально, отец!

Шестой этаж в доме отсутствовал, люк на чердак был заперт, и Егор спустился вниз, во двор. Но киллер уже исчез.

С Никой Егор столкнулся на втором этаже. Она бежала к нему в халате на голое тело, с мокрыми волосами.

– Ты живой?! – Ее радости, казалось, не было предела.

– А кто тебе из хаты разрешил выходить?

– Я больше не буду! – Она двумя руками обняла его за плечо и потащила наверх, как будто он был ранен и не мог идти сам. – Пошли, пошли!

Он не стал упираться и позволил ей затащить себя в дом, усадить на тумбу в прихожей.

– Это в тебя стреляли? – снимая с него ботинки, спросила Ника.

– Это меня хотели убить, – кивнул он.

– Какой ужас! Я в ванне была, слышу, выстрел, пока выбралась…

– В ванне?

Егор поднялся, разделся, зашел в ванную и забрался в мыльную воду. Ему нужно было успокоиться, а горячая ванна хорошо снимает стресс. Парилка еще лучше, но в квартире нет сауны. Но она обязательно будет в доме, который он когда-нибудь построит… Если не убьют…

Егор хотел позвонить пацанам, но потом передумал – киллер все равно ушел, его уже не догонишь, так что и звонить сейчас нечего. А позже надо будет сообщить Леону, пусть он думает, кто мог его заказать. Если Каучук, пусть с ним разбираются, Егор и слова не скажет в защиту вора… А еще на него мог покушаться кто-то из каштановских недобитков. Были и наезды со стороны Кравца из Белоуста, примыкающего к Возвышенску с северной стороны. Кравец наезжал, ему дали по зубам, но с корнями его не вырвали… Да и Куприян совсем не прочь взять под себя бывшие владения Каштана… Еще у Егора возникали трения с одним серьезным банкиром. Мужик появился из ниоткуда, поставил на районе коммерческий банк. Все бы ничего, но этот крендель возомнил себя финансовым Наполеоном и замахнулся на весь город. Планы у него грандиозные, а братва путается под ногами. Он уже людей в охрану нанял, среди них и мог оказаться смельчак-недоумок…

Много врагов у Егора. Есть люди, которые желают ему смерти. И со всеми нужно разбираться… Со всеми… Но не сейчас…

Он вдруг понял, что зря забрался в ванну. Разморило его, сбитая было хмельная волна поднялась с новой силой и накрыла его с головой. А Ника взяла мочалку, намылила ему спину и вдруг сама залезла в ванну… Егор отгонять ее не стал. Зачем? Может, ему и жить-то осталось совсем ничего…

Ствол пистолета смотрел прямо в лицо, через бездонное жерло втягивая в себя душу. Костлявая в черном балахоне знала свое дело – сейчас она заберет у Егора душу и тогда уже выстрелит.

Но пистолет перед глазами вдруг исчез, а Костлявая взмахнула своей косой. Защититься Егор не мог – и тело вдруг онемело, и руки. Зато из груди вырвался крик… И Смерть с косой вдруг исчезла.

Он открыл глаза, сел на кровати. Ночь за окном, Ника под боком.

– Спи, все хорошо! – не отрывая голову от подушки, протянула она к нему руку и нежным, успокаивающим движением провела пальцами по плечу.

Она очень изменилась. Ей действительно больше не нужен Леон, она реально готова всю жизнь прожить под домашним арестом, лишь бы Егор оставался с ней.

Не любит он уже Нику так сильно, как прежде, но все равно с ней хорошо. И дальше он будет с ней жить. И дела свои делать. И от киллеров отбиваться… Не убила же его Смерть во сне, значит, и в жизни все будет путем…

Егор снова лег, и тут вдруг раздался стук в дверь.

– Выключите воду! – потребовал грубый мужской голос.

– Ой, через ванную льется! – всполошенно вскочила с кровати Ника.

– Уроды! – возмущенно взревел тот же голос.

Егор тоже поднялся и стал натягивать на себя футболку.

– Сухо у нас! Нет воды! – услышал он голос Ники и, выйдя в прихожую, кивком головы показал ей на спальню:

– Оденься!

Она метнулась за халатом, а он открыл дверь. Пистолета при нем не было, но он и на кулаках мог объясниться. В эту минуту он готов был убить грубияна.

За дверью действительно стоял мужик – мордастый, кряжистый. Он в бешенстве рванул в квартиру, и Егор провел обманный маневр – отскочил в сторону, будто собирался удрать, а когда мужик переступил через порог, ударил его сбоку да еще с размаху. Широко размахнулся и рубанул кулаком от всей души. Мужик уловил момент удара, стал поднимать голову, но этим подставил под кулак височную кость. В нее-то Егор и рубанул. Мужик полетел на пол, как подкошенный.