Красотка на все руки - Дарья Калинина

Зверски проголодались абсолютно все. Так что некоторое время за столом было слышно лишь дружное чавканье, чмоканье и восхищенное постанывание. Что и говорить, Евгения Валентиновна и повар превзошли самих себя. Они уж постарались, чтобы сегодняшний обед с лихвой вознаградил бы оставшихся в доме гостей за перенесенные ими страдания. Излишне говорить, что коронным блюдом было кроличье рагу, к которому, как заметили подруги, сама хозяйка так ни разу и не притронулась.

Подруги, как ни было им жалко забавных зверьков, подобной выдержкой не обладали.

– Прямо ем и слезами в душе умываюсь, – призналась Леся после первых двух глотков.

– Голод не тетка, – здраво заметила Танька, тоже с трудом запихивая в себя кусок кролика, еще вчера весело скакавшего по травке.

Кира ничего не сказала. Но ее глаза подозрительно покраснели. Зато все прочие, кто не успел при жизни познакомиться с кроликами, уплетали нежное мясо за обе щеки. Проголодавшиеся мужчины расправились с блюдом в один присест. А Коля с разрешения дам даже протер куском мягкой булки остатки соуса с блюда, чем вызвал страдальческий взгляд Евгении Валентиновны.

Впрочем, блюдо быстро унесли. И на стол поставили вторую перемену, состоящую из молодого барашка в чесночном соусе. Вот барашка не было жалко даже чувствительным подругам. Они его слопали с большим аппетитом, не кривя нос от чеснока. И Евгения Валентиновна тоже уделила этому блюду особое внимание.

Потом ели сладости. И пили крепкий горячий кофе, который был тем приятней, что последовал после барашка. Витька вел себя вполне прилично. После отъезда вчера вечером его дружков он сразу присмирел. И сейчас просто болтал с Колей о достоинствах и недостатках разных марок машин. Обычный мужской треп.

Сразу же после обеда Карина снова начала тянуть своего Сергея домой.

– Поедем, поедем, – ныла она. – Сколько можно надоедать людям.

Но Сергей, кажется, вовсе не думал, что он тут кому-то надоедает. Между ним и Светкой проскочила уже не одна искра, но еще вполне ощутимо искрило. Подруги только диву давались, как этим двоим удается крутить роман прямо под носом у своих половин. Вот уж поистине, наглость – это второе счастье. Во время обеда Сергей уселся по правую руку от Светки, совершенно не обращая внимания на убийственные взгляды жены. И ухаживал он тоже подчеркнуто только за Светкой. Остальных женщин для него просто не существовало.

– Не перестаю удивляться Вале, – прошептала на ухо Кире Леся. – Карина понятно, у нее ребенок. Она боится остаться одна. Вот и терпит. Но Валя? Ему-то это зачем?

Киру тоже удивляла реакция Вали. Он никогда не был ни дураком, ни слепцом. А тут уж и слепой бы заметил, что невеста откровенно кокетничает с другим. Тем не менее Валя не торопился гнать Сергея из своего дома. И даже напротив – когда Карина начала тянуть мужа в сторону их семейного очага, Валя выступил с протестом:

– Зачем вам куда-то ехать? – произнес он. – Вечером поедете!

Все, включая его собственную мать, воззрились на него как на полоумного. Евгения Валентиновна даже тихонько ахнула. А дед Валя, глядя на выкрутасы невесты внука, крякнул, не в силах сдерживать свои чувства.

– Эх, внучок, внучок! – с досадой произнес он. – Не в отца ты пошел. Уж он бы…

Что сделал бы отец Вали, никому узнать в этот раз не довелось. Потому что Евгения Валентиновна поспешно вскочила со своего места и, схватив деда за руку, поволокла прочь.

– Пойдем, папа, тебе надо прилечь! В твоем возрасте вредно переутомляться.

Дед и не думал сопротивляться.

– Пойду! – соглашался он. – Глаза б мои на этого малахольного не глядели! Не в отца наш Валька пошел. Тот джигит был. И не моя в нем кровь. Я-то в молодости о-го-го…

Но что там вытворял дед Валя в молодости, никому, кроме его дочери, услышать не довелось. Дверь захлопнулась, и голос деда затих.

После ухода деда Карина приступила к новой осаде Сергея. Но тот лишь молча отстранил жену, отрицательно покачав головой. Они остаются. И точка.

– Ой, не к добру все это! – прошептала Танька, округлившимися глазами глядя на Валентина. – Помяните мое слово, не к добру. Все перегрызутся.

Однако до вечера ее предсказание не сбылось. Каким-то образом компании бывших одноклассников удалось заново сплотиться. Ну, почти как в школьные годы, когда они единым фронтом выступали против завучихи по прозвищу Гипотенуза, зловредно составлявшей расписание таким образом, чтобы целых два урока физкультуры попадали в середину учебного дня. Нет, чтобы поставить их в конец и дать всем освобожденным от этого мучения ученикам возможность прогулять ненужное занятие.