Мое второе я - Татьяна Полякова

— Не забудь прихватить то, что мне нужно.

— Обязательно, — ответил Арсений и отключился.

— Весьма самоуверенный молодой человек, — заметил блондин. — Ваш приятель? Убежден, скоро в нем спеси поубавится.

— Вы плохо его знаете, — пожала я плечами, очень надеясь, что Арсений понимает, что делает.

Здоровяк приподнялся со стула, спросив:

— Встретить?

— Сиди, — отмахнулся блондин.

Несмотря на уверенный тон, в нем чувствовалось сомнение, он, как и я, скорее всего, гадал, чего следует ждать от жизни в ближайшие полчаса. Минут через десять я увидела Арсения, он прошел мимо окна, сопровождаемый охранником. Блондин его тоже увидел и едва заметно поморщился. Я задалась вопросом: хорошо это или плохо? Дверь в комнату распахнулась, и появился мой друг, окинул недобрым взглядом нашу компанию и спросил, обращаясь ко мне:

— Они вели себя прилично?

— Мне попались на редкость интеллигентные люди.

Тут он въехал здоровяку кулаком в ухо, буркнув при этом:

— Кончай на нее пялиться.

И ударил-то вроде не сильно, но тот оказался на полу, обалдев от такой-то наглости. Но в себя пришел быстро, вскочил, зарычав:

— Да я тебя, тварь…

Но тут вмешался блондин.

— Уймись, — сказал тихо и потянулся за мобильным.

Арсений подошел к нему и сказал сурово:

— Это моя девчонка. Если есть о чем поговорить, говори со мной.

Не удостоив его ответом, блондин набрал номер и сказал кому-то:

— У нас проблема… проблему зовут Арсений Стахов. Похоже, это его девчонка. — Надо сказать, в тот момент Арсений выглядел особенно впечатляюще. Взгляд исподлобья рождал в душе легкую оторопь. — Что я должен делать? — задал блондин вопрос невидимому собеседнику. — Понятно. — Он не спеша убрал телефон и лучезарно улыбнулся. — Произошло недоразумение, о чем я очень сожалею. Надеюсь, девушка не в претензии.

— Ваше счастье, уроды, — заявил Арсений и, взяв меня за руку, потянул к двери.

— А по-моему, он симпатичный, — возразила я, подмигнув блондину.

— Приятно было познакомиться, — усмехнулся тот.

— Милая, твои вкусы меня всегда удивляли, — сказал Арсений, здоровяк посторонился с мрачным видом, и мы беспрепятственно покинули комнату, а через пять минут и территорию бывшего хлебокомбината. Машина Арсения стояла возле ворот.

— Спасибо, — сказала я, как только устроилась в кресле.

Он завел мотор, ответив ворчливо:

— Пожалуйста.

— А не ты утверждал, что с прошлым покончено? — не удержалась я от язвительности.

— Прошлое в прошлом, а репутация со мной.

— Мы немного поболтали с этим типом, — решила я сменить тему. — И у меня сложилось впечатление: они сами не знают, чего ищут.

— То есть их используют втемную?

— Похоже на то. Киллер должен был забрать у убитого сверток, что он предположительно и сделал. Передал заказчику, и тут выяснилось, что в свертке недостает существенной части.

— И тогда заказчик обратился к человеку, который, по его мнению, мог решить эту проблему?

— Ты блондина имеешь в виду?

— Его хозяина. Придется с ним поговорить. Сомнительно, что он станет откровенничать, но попытаться можно. Где они тебя прихватили? На вокзале?

Я подумала, стоит соврать или нет, и сказала правду:

— В доме Раисы.

— И что ты там делала?

— У меня возникло желание осмотреть дом еще раз.

— Значит, ты сомневаешься, что она сказала правду.

— Ну… учитывая ее склонности…

— Выходит, вы не пудрите мне мозги на пару. Если только поодиночке?

— Ничего подобного у меня и в мыслях не было. — Арсений презрительно хмыкнул, а я нахмурилась. — Я знаю столько, сколько и ты. А какими сведениями располагает Раиса, известно лишь ей самой. Хотелось бы думать, знает она не больше нашего.

— Потому что не стала бы врать подруге? — продолжал ухмыляться Арсений.

— Потому что так проще.

Тут я огляделась и спросила с недоумением:

— Зачем мы здесь? — Машина тормозила на вокзальной площади.

— Собираюсь проследить за тем, чтобы ты села в поезд, — ответил он.

— Но я не собираюсь никуда уезжать. Во-первых, я не могу оставить Раису, во-вторых…

— Во-вторых, тебе не терпится узнать, что ищут эти парни. Рассчитываешь заработать?

— Ну, если в деле серьезные люди, значит, то, что они ищут, чего-то стоит.

— Отлично, — кивнул он. — Узнавай на здоровье. Но без меня.

— Хочешь сказать, тебя это не интересует?

— Нисколько.

— Так я тебе и поверю, — фыркнула я презрительно, он пожал плечами.

— Если ты уедешь, я, так и быть, помогу Раисе, если нет…

— А я-то думала, ты рад меня видеть.

— Вовсе нет. Ты появляешься, и моя тихая, размеренная жизнь летит к чертям, потом ты исчезнешь в очередной раз, а я еще долго буду разгребать дерьмо.

— Грубость тебя не красит. Ты просто злишься.

— Ага. Что неудивительно.

— Давай мириться, — улыбнулась я и провела ладонью по его щеке.

— Начинается, — фыркнул он. — Когда тебе что-то нужно, ты нахально меня клеишь, а потом…

— В этот раз все может быть по-другому, — быстро произнесла я и потупилась. — Твоя судьба в твоих руках.

— Все в руках человека, а человек в руках женщины, — пробормотал Арсений.

— Дурацкий мужской шовинизм. У меня все эти годы никого не было, — добавив в голос меда, сказала я со вздохом, а он заорал:

— И что мне за радость от этого, если меня у тебя тоже не было?

К тому моменту он успел припарковаться возле дверей вокзала, и я спросила печально:

— Ты в самом деле хочешь, чтобы я уехала?

Арсений повернул голову и уставился в мои глаза. Я почувствовала легкое беспокойство. С одной стороны, очень хотелось броситься ему на шею, с другой — я точно знала, что делать этого не стоит, потому что всю оставшуюся жизнь я буду жалеть об этом.

— Маруся, скажи честно, я чем-то тебе глубоко неприятен или ты в принципе не способна любить никого, кроме себя?

— В принципе способна, — посуровела я. — Просто у нас разные представления о любви. Ты хочешь, чтобы я уехала, или нет?

— Черт, — выругался он и сдал назад, намереваясь покинуть площадь, а я вздохнула с облегчением.