Мое второе я - Татьяна Полякова

— Ну, на хрена тебе эти чашки? — возмутился Арсений. — Я понимаю — золотишко, по крайней мере, ясно, за что бабки платишь…

— Фу, какой ты… — капризно попеняла я, возвращая чашку.

— К сожалению, здесь у нас нет ювелирных изделий, — с грустью сообщил Упырь. — Но вы можете взглянуть на них в нашем магазине на Садовой. Там прекрасный выбор, уверен, вам понравится… — Он кивнул, и из-за шкафа появилась женщина в длинной юбке, в нелепом свитере с растянутым воротом и огромных очках, которые каким-то фантастическим образом держались на крохотном остреньком носике. Она с вымученной улыбкой протянула мне визитку с адресами магазинов.

— Кстати, — оглядываясь, произнес Арсений. — Николай Иванович тут?

Вопрос вызвал беспокойство. Парочка переглянулась, и Упырь спросил вкрадчиво:

— Вы имеете в виду господина Климова?

— Ну, да… он обещал мне подобрать кое-что в подарок… кое-что по-настоящему ценное.

— Его здесь нет, — ответил Упырь, отводя взгляд, женщина нахмурилась.

— Нет? — слегка удивился Арсений. — Ну, так позвоните ему и скажите, что пришел Арсений Стахов. Я ведь просил его поторопиться, у девчонки день рождения через три дня, и с чем я к ней явлюсь, если он до сих пор…

— Сожалею, но господин Климов у нас больше не работает, — скороговоркой произнес Упырь.

— Как не работает? — возмутился Арсений. — Давно?

— Уволился буквально на днях.

— И где он теперь?

— Понятия не имею. — Упырь внезапно охладел к потенциальным покупателям. — Попробуйте позвонить ему на мобильный, он ведь оставил вам номер?

— Я потерял его визитку, вот и приехал в магазин. Значит, уволился. Странно, мы встречались на прошлой неделе, и ни о чем подобном он не говорил.

— Это и для нас явилось полной неожиданностью.

Женщина нервно поправила очки, таращась на Упыря, точно боялась, что он ненароком выдаст страшную тайну. У меня сложилось впечатление, что тайн здесь в избытке.

— Он что, повздорил с хозяином? — не унимался Арсений.

— Ни о чем подобном я не слышал. Сожалею, что ничем не могу вам помочь. — И оба как-то боком стали от нас удаляться, давая понять, что разговор окончен.

— Черт-те что, — заметил Арсений и повел меня к выходу. Упырь, видя это, вздохнул с заметным облегчением. — Что скажешь? — спросил Арсений уже в машине.

— Скажу, что внезапному увольнению должна быть причина. И она, скорее всего, связана с записной книжкой. Раиса видела дату: 1915 год. Чем не антиквариат?

— Но это ведь не яйцо Фаберже.

— Может, она принадлежала какому-то известному человеку?

— И все равно не может она стоить столько, чтобы из-за нее старичка укокошили.

— Есть документы, стоимость которых куда дороже, чем у золота-бриллиантов.

— Не буду спорить, хотя, по мне, это глупость. Я вовсе не твои слова имею в виду, а то, что за книжку, кому бы она когда-то ни принадлежала, идиоты готовы заплатить чумовые бабки. Еще вопрос: где Климов ее взял?

— Она могла принадлежать ему, — пожала я плечами. — Или он ее у кого-то позаимствовал. А владелец намерен ее вернуть. С этой целью старичка и убил.

— Вместо того, чтобы вернуть ее законным путем.

— И этому тоже должна быть причина.

— Предположим, он свистнул ее у хозяина магазинов — это самый простой вариант и самый для нас удачный. Вариант второй — хозяин здесь ни при чем, и дядя делал свой маленький бизнес. В этом случае искать владельца книжки замучаешься. Им может быть кто угодно из многочисленных граждан нашего города, с кем Климов имел дело.

— Ты сам сказал, это должен быть влиятельный человек, раз обратился с просьбой к Бритому, так что бабушек-одуванчиков можно смело вычеркнуть.

— Все равно, это значит искать иголку в стоге сена. Ладно, у меня есть адрес Климова, мне сказали, что живет он с сестрой, то есть жил, раз уж старичка мы похоронили. Попробуем поговорить с ней.

Я подумала, что утро Арсений провел с пользой, и согласно кивнула. Задавать вопрос, откуда он почерпнул сведения о Климове, я не стала. Меня интересовал не источник, а его надежность. В этом смысле я вполне могла положиться на Арсения. Хоть сейчас ему и доверяли разыскивать только пуделей, раньше он был большим мастером в делах подобного рода.

Мои размышления прервал телефонный звонок. Звонила Раиса, и я почувствовала угрызения совести, потому что, ясное дело, подруга беспокоится, а я забыла ее предупредить, что больше не нахожусь в заточении.

— Ты где? — сурово спросила она, услышав мой голос.

— В машине Арсения. — И, не дожидаясь, когда она начнет высказываться в мой адрес, я быстро поведала о последних событиях, присовокупив к рассказу наши соображения на этот счет.

— Выходит, записная книжка стоит денег, иначе зачем людям суетиться, — задумчиво изрекла подруга. — Жаль, что я ее у дяди не свистнула.

— Слава богу, что тебе хватило ума этого не делать. Иначе бы убийца не покинул дом, а занялся тобой. И что в этом хорошего?

Довод произвел впечатление, Раиса вздохнула и задала еще вопрос:

— Вы когда вернетесь?

— Надеюсь, что скоро, — ответила я. — Собираемся навестить сестру твоего дядечки, может, ей известно, почему он внезапно уволился с работы.

— Раиса? — спросил Арсений, когда я закончила разговор. — Как думаешь, твоя подруга в самом деле ничего не знает или по обыкновению пудрит мозги?

Я пожала плечами, покосилась на Арсения и сочла нужным сообщить:

— Я тебе мозги не пудрю.

Он лишь усмехнулся, предоставив мне возможность своим умом доходить, что означает эта его ухмылка.

Дом, в котором совсем недавно жил покойный, выглядел более чем скромно. Обычная пятиэтажка в спальном районе. Правда, дворик был чистенький, скамейки, детские качели, клумбы с цветами. Арсений припарковался возле второго подъезда. Две пожилые женщины, прогуливавшиеся неподалеку, с интересом наблюдали, как мы выходим из машины. Арсений улыбнулся, поздоровался с дамами исключительно вежливо и спросил:

— Климов в какой квартире живет?

— Николай Иванович? — с готовностью откликнулась одна из старушек. — В двадцать пятой. Второй этаж. Только его сейчас нет, а Эльвира Ивановна дома.

— Николай Иванович поздно возвращается с работы? — взглянув на часы, продолжил беседу Арсений.

— Обычно часов в семь. Но он еще дня два назад уехал.

— Уехал? Странно, мы договорились встретиться…

— Эльвира сама гадает, куда он вдруг подался.

Ее приятельница взглянула с неодобрением, и старушка поджала губы, вроде бы жалея о том, что заговорила с незнакомыми людьми. Дверь подъезда была распахнута настежь, что позволило нам войти беспрепятственно. Мы поднялись на второй этаж и позвонили в двадцать пятую квартиру. Открыли нам очень быстро, точно хозяйка стояла за дверью, ожидая звонка. Женщине было лет пятьдесят, высокая и очень худая, в длинном темном платье с кружевным воротником, лицо утомленное, светлые глаза смотрели настороженно.