РЕПЕТИТОР - Олег Мазурин

— Месть миледи? Да, дела… Приревновала, наверное, она тебя к этой блондинке. Но Тураева как собака на сене. И сама не ем и другим не даю.

— Точно. А я сегодня звоню Жанне — не берет трубку или отключает.

— Напугала видимо ее Тураева до жути, вот и шифруется. Ладно о бабах поговорили, давай о футболе… Доставай, Игорек из пакета обещанный коньяк начнем отдыхать как нормальные люди. Кажется, шашлык уже готов. Ах, какой аромат! Аж слюнки текут. Дай под него большую тарелку. Что и говорит, а отдых на природе лучше, чем на душной кухне.

— Кто бы спорил! А что касается мундиаля… Да, немцы — молодцы. Они по праву чемпионы! Бразильцев семь — один раскатали. Вот это игра!

— Да, классная игра! Германцы, словно катком, прошлись по южноамериканцам. И хваленые бразильцы были беспомощны как котята. Словно они не высококлассная команда, а дворовая команды из города Урюпинска. Им судьи до поры до времени помогали. Вспомни пенальти высосанный из пальца судьей в матче с хорватами. А как помощь кончилась — они и сдулись. После немцев они же и Голландии проиграли с неприличным счетом четыре ноль.

— Угу…А с Мексикой они по нулям сгоняли.

— И только благодаря пенальти прошли в четвертьфинал.

— И не говори, Афанасич, а перед чемпионатом разукрасили их, будто они уже победители мирового первенства. Но жизнь расставила все на свои места.

— Еще как расставила! Семь — один в полуфинале! И четыре — ноль в матче за третье место. Единственно, жалко бразильских болельщиков: они так плакали. Лица на них не было.

— Ну да. Они не заслужили такого позора: они честно болели за свою команду…

Друзья под коньячок и шашлычок поговорили о футболе, и перешли к ситуации на Украине…

* * *

За высоким решетчатым забором находилась частная гуманитарно-экономическая школа «Гений». Пропускной пункт школы состоял из небольшой будки, шлагбаума и… пожилого седого охранника в черной униформе и фуражке.

Большаков приехал забирать Варю. Она вышла из ворот школы грустная и обиженная. Игорь обратил внимание на то, что коленки у нее были разодраны.

— Что случилось, Варь? — спросил Большаков девочку. — Упала?

— Кирилл Артюхов толкнул сзади — я полетела на асфальт, — и слезы обиды брызнули из глаз девочки. — Он даже не извинился, а еще смеялся и пальцем показывал, а потом снимал на телефон.

— А учительнице говорила об этом?

— Говорила.

— А она?

— Сказала: ничего страшного, Варя, до свадьбы заживет. Она всегда его защищает.

— К медику тебя не отводила?

— Нет.

— Маме твоей не звонила?

— Нет.

— А где твой обидчик? Сейчас я погорю с ним.

— Вон его папа забирает на черной машине. Он у него полицейский. Кирилл всегда меня пугает своим папой.

— Пугает? Сейчас мы его напугаем. И его папу.

Большаков подошел к черному «Лэнд Круизеру». Посмотрел на автомобильный номер — 999 АМР 99. Блатной номер! Точно папа Артюхова — мент. И здоровый и мордатый, вес, наверное, под сто двадцать килограмм. Рожа наглая и вальяжная. Рядом с ним стоял сын и застегивал ранец. Большаков обратился к мальчику.

— Кирилл, ты зачем обижаешь девочку? Разве так можно? Она же слабее тебя в несколько раз.

Мальчик потупил глаза, а его отец состроил недовольную физиономию и грубо сказал:

— Эй, ты, слышишь, не приставай к моему ребенку.

— А то что… бить будешь? — насмешливо посмотрел в глаза полицейскому Большаков.

— Могу и ударить, — нагло ухмыльнулся Артюхов-старший. — Да так, что у тебя голова отлетит от тела и укатится в кусты. Без головы ты же не сможешь ходить, правильно? Так что отойди на километр, мужик. Не наживай лишних проблем.

— Проблемы? Не от тебя ли, жирный?

— Что-о-о! — побагровел мент. — Я сейчас вызову своих ребят и посажу в КПЗ, там посидишь чуток!

— Ты мудак, я тебя сейчас придушу прямо здесь! — вскипел Игорь и кинулся к родителю.

Ярость Большакова была такой силы, что он припечатал тяжеловесного Артюхова-старшего к машине. Раздался страшный стук, будто в машину врезался шкаф. Игорь упер локоть в горло полицейскому, а ствол своего служебного пистолета — ему в пах.

— Я тебе сейчас яйца отстрелю, хамло! Я Чеченскую прошел, я психически ненормальный! Я отсижу за тебя, мне все равно! А хочешь, я соберу своих десантников. А ты своих дружков, ментов. Посмотрим, кто кого перестреляет!

Артюхов-старший вмиг побелел и сбросил с себя всю свою спесь.

— Мужик, убери ствол от греха подальше, а то говорю, проблемы будут.

— Это у тебя проблемы будут, полиционер!

Большаков отпустил Артюхова-старшего, отошел и вложил пистолет в кобуру.

— Успокой своего сынишку, а то плачет.

— А ты кто ей? — спросил мент. — Личный охранник? Вот и занимайся своими обязанностями. А то лицензионка придет к вам в ЧОП и закроет вас — домашешься пистолетом. Тише, Кирилл, не плачь, все нормально, полезай в машину.

Артюхов-младший послушно залез на заднее сиденье джипа.

Большаков пояснил полицейскому:

— Во-первых, я при исполнении служебных обязанностей. Во-вторых, я еще и родственник Вари, — соврал Игорь — И я ее охраняю от вредного для ее детского организма физического воздействия. Если твой сын еще раз тронет Варю, то я тебя порву. На мелкие куски. Даже не смотря на то, что работаешь в блатном месте и в каком ты звании. И твои друзья тебе не помогут. Я никого не боюсь. Я на всю бошку отмороженный. Даже если меня выгонят из ЧОПа, или ты меня посадишь в обезьянник, я, будь уверен, найду пару гранат и Калашников и уложу тебя, где бы ты ни был. Понял, жирный?

— Угрожаешь? Я на тебя заяву в прокуратуру напишу.

— Пиши хоть Папе Римскому. Адрес дать? Я не угрожаю, я просто обещаю. А если я обещаю, значит, выполню это на сто процентов. Не люблю болтать попусту…

Охранник на пропускном пункте, став невольным свидетелем шумных разборок и порядочно напугавшись, даже не пытался вмешаться в конфликт. Он только вызвал к воротам администрацию школы и подкрепление.

К воротам прибежали директор, завуч и второй охранник, видимо старший по смене. Они были все напуганы и шокированы. У директрисы очки раскалились добела, она дрожала то ли от страха, то ли от сильнейшего потрясения. И визжала:

— Что тут происходит?! Что вы за спектакль устраиваете здесь, молодой человек?! Драку?! Как вам не стыдно! Здесь дети! Что вы себе позволяете! Я буду жаловаться Ольге Владимировне!

— Это я пожалуюсь Ольге Владимировне, а лучше в Департамент образования. Почему здесь обижают нашу Варю? Ее мать разорвет вас. И возможно подаст в суд. А отвечать будет ваша учительница. Она нарушила принципы школьного устава. Не позвонила Ольге Владимировне, не поставила в известность свою администрацию о случившимся, Варе не была оказана первая медицинская помощь.