Макбет - Ю Несбе

– Тогда будем считать, что на мой вопрос вы ответили, – сухо проговорил Дуфф, – и вы, конечно, не забыли о его отношениях с владелицей казино.

Малькольм и Дункан переглянулись. Дункан кивнул, и Малькольм заговорил:

– Сейчас Отдел по борьбе с экономическими преступлениями проводит тщательную проверку компаний, которые предыдущий комиссар полиции не трогал, и в рамках этой операции недавно проверили и казино «Инвернесс». Они пришли к однозначному выводу: казино «Инвернесс» работает безупречно – это касается бухгалтерии, налогов и трудоустройства. Для этой сферы подобное – редкость. Прямо сейчас мы проверяем казино «Обелиск», – Малькольм криво улыбнулся, – и с ним дела обстоят несколько иначе. А мы ведь только-только начали. Тем не менее к Леди и ее заведению у нас никаких претензий не имеется.

– Макбет вырос в восточной части города, – сказал Дункан, – и кажется нам чужим, оттого что мы, собравшиеся здесь, якобы принадлежим совершенно иному кругу. Мы вместе боролись с Кеннетом и олицетворяем грядущие изменения в полиции, однако все знают, что каждый из нас получил дорогостоящее образование и происходит из уважаемой и обеспеченной семьи. Как мне кажется, будет полезно продемонстрировать, что в полиции, в нашей полиции, до самого верха способен добраться каждый, независимо от происхождения и связей, главное – честность и желание работать. Но честность прежде всего.

– Это отличный план, – поддержал его Малькольм, – особенно если сперва мы проговоримся журналистам о заслугах Макбета во время захвата Рыцарей севера.

– Хорошо придумано, – похвалил Ленокс.

– Ну ладно, – Дункан хлопнул в ладоши. – Дуфф, ты больше ничего не хочешь добавить?

Вы что, не видели шрамы у него на руках?

– Дуфф?

Вы что, не видели шрамы у него на руках?

– Дуфф, все в порядке?

– Да, шеф. Мне больше нечего добавить. Макбет – прекрасный кандидат на эту должность.

– Вот и хорошо. Тогда мне остается только поблагодарить вас всех за то, что нашли время зайти ко мне.

Макбет смотрел на красный фонарь светофора там, впереди, а «дворники» на принадлежавшем Банко «вольво PV544» размазывали по стеклу дождь. Эта машина немного напоминала самого Банко: она была значительно старше всех окружающих, однако по-прежнему прекрасно работала и вызывала доверие. Из-за реечной решетки радиатора автомобиль выглядел чуть старомодно и казался пережитком довоенного времени. Однако, по словам гордого владельца, внутреннему оснащению могла позавидовать самая современная машина. «Дворники» не успевали за дождем, и растекающаяся вода напоминала Макбету расплавленное стекло. Прямо перед ними пробежал насквозь вымокший парнишка в пальто, и Макбет заметил, что на светофоре для пешеходов загорелся красный человечек. Человеческое тело, с ног до головы в крови. Макбет вздрогнул.

– Ты чего? – удивился Банко.

– Да у меня, похоже, жар, – ответил Макбет, – и галлюцинации начались.

– Галлюцинации и озноб, – сказал Банко, – значит, у тебя грипп. Впрочем, ничего удивительного – ты вчера весь день под дождем бегал, а сегодня еще и псина покусала.

– Кстати, о псине. Мы уже выяснили, откуда она вообще взялась?

– Мы знаем только, что Кавдору она не принадлежала. Возможно, забежала в дом через веранду – там как раз была дверь открыта. Мне другое непонятно – как она сдохла?

– А я разве не сказал? Ее Сейтон прикончил.

– Это я знаю, но на трупе псины никаких следов я не обнаружил. Он что – придушил ее?

– Не знаю, лучше спроси его самого.

– Уж спрашивал, но он что-то невнятное…

– Папа, зеленый! – сидевший на заднем сиденье парнишка наклонился вперед. Макбет взглянул на долговязого девятнадцатилетнего паренька. Судя по всему, Флинс унаследовал материнскую застенчивость, а не отцовское добродушие.

– Так, парень, кто из нас за рулем, а? – Банко широко улыбнулся и надавил на газ.

Макбет смотрел в окно, на тротуары, на кумушек, торгующихся возле лавок, и безработных, которые топтались около пивных. Днем на улицах становилось все больше народа, и началось это примерно лет десять назад… Это могло бы наполнить город атмосферой жизни и движения, но произошло обратное: равнодушные, отстраненные лица больше напоминали живых мертвецов. Уже несколько месяцев Макбет пытался отыскать признаки изменений. Поменялась ли ситуация с приходом Дункана? Возможно, количество уличных преступлений и впрямь слегка сократилось, вероятнее всего потому, что теперь патрульных полицейских стало больше. А может статься, преступники просто отступили и орудовали теперь на более мелких улочках и в переулках.

– А в мое время лекций в Полицейской академии по вечерам не было, – сказал Макбет.

– Это не лекция, – ответил Флинс, – у нас коллоквиум.

– Коллоквиум? Это еще что за зверь?

– Флинс и еще пара особо усердных вместе готовятся к экзамену, – ответил за него Банко. – Ну и слава богу.

– Отец говорит, что Полицейской академии недостаточно и что надо бы еще выучиться на юриста. А ты что скажешь, дядя Макбет?

– Скажу, что отца надо слушаться.

– Но сам-то ты на юриста не учился, – возразил парень.

– Ну и где он теперь? – рассмеялся Банко. – Перестань, Флинс, уж ты-то должен превзойти отца и этого недотепу.

– Ты же говоришь, что у меня не развиты лидерские качества, – уперся Флинс.

Макбет удивленно взглянул на Банко:

– Правда, что ли? А я думал, что отцу полагается всячески поддерживать детей и говорить им, что им все по плечу, главное – хорошенько постараться.

– Все верно, – ответил Банко, – я же не говорю, что у него вообще нет лидерских качеств. Просто они недостаточно развиты. И это означает, что надо их развивать. Голова у него работает неплохо, главное – уверенность в собственном мнении. Нужно проявлять инициативу и не равняться на других.

Макбет повернулся назад:

– Вот папаша тебе достался, Флинс! Кремень!

Флинс пожал плечами:

– Одним хочется командовать и принимать решения, а другим – нет. Чего тут удивительного?

– Ничего удивительного, – согласился Банко, – но если хочешь чего-то достичь, то, бывает, требуется что-то в себе изменить.

– А сам-то ты много в себе изменил? – сердито спросил Флинс.

– Нет, я был, как ты, – признался Банко. – За меня решали другие, а я и рад был. Но сейчас мне жаль, что в те времена никто не сказал мне, что мое мнение ничем не хуже. А иногда даже лучше. А если ты лучше соображаешь, то обязан быть лидером – это твой долг перед обществом.

– А ты, дядя, согласен? Неужели можно взять и измениться? И стать лидером?

– Понятия не имею, – ответил Макбет. – Мне кажется, некоторые рождаются лидерами и способны кого угодно повести за собой. Комиссар Дункан – из таких. Они заражают тебя своими идеями, и за них ты готов в огонь и в воду. Но есть среди моих знакомых и такие, у кого нет ни лидерских способностей, ни дара убеждения – ими движет лишь стремление пробиться наверх и стать начальником. Возможно, они довольно сообразительные, им не откажешь в обаянии, однако в людях они совершенно не разбираются. Просто потому, что людей они не видят. А видят и понимают они только самих себя.