Четыре чики и собачка - Дарья Калинина

– Не бывает совсем уж плохих людей, в каждом намешано и того, и другого. Антон был где-то местами забавный, шутить умел, всегда к месту встревал со своими шуточками. Неудивительно, что женщины на него западали.

И кабы не эта их дурацкая размолвка, то Вероника и дальше продолжала бы отдавать дань внешней привлекательности Антона. Да, зазнайка, да, самовлюбленный, но смотреть на него всегда было приятно для глаза. Подтянутый, тщательно одет, подстрижен и побрит, видно, что человек самого себя холит и лелеет, явно с целью вызвать восторг и восхищение окружающих. В целом Антон был безобидным эгоистом, замкнутым исключительно на своей персоне.

Плохо быть таким? Конечно, не очень хорошо, но убивать за такое разве стоит? Да еще с такой чудовищной жестокостью.

– Определенно, там орудовал человек, которому Антон чем-то крепко насолил. Садист, психопат или… ревнивая женщина. Но кто из них? Ульяна или Полина? Жена или любовница?

Обе они были на месте преступления, у обеих отсутствовало алиби, и обе они имели вескую причину, чтобы в тот момент люто ненавидеть Антона.

– И если сегодня погиб Антон, то завтра и другие люди могут пострадать от Полинки. Если она обезумела, то от нее можно ждать новых нападений. Мало ли кто ей там в другой раз не угодит. Может быть, даже это буду я!

От таких мыслей хотелось заложить Полину прямо немедленно. Но, с другой стороны, вдруг она не виновата в этот раз, тогда Вероника просто потеряет подругу.

– Нет, не буду про Полину ничего говорить. Подожду. Может, полиция сама установит виновного. И очень было бы хорошо, чтобы им оказался кто-нибудь другой, а не Полинка!

И с этими благими надеждами Вероника, в конце концов, и заснула.

Но такое благородство помыслов Вероники в отношении подруги мгновенно растаяло без всякого следа, когда она узнала, что Полина была первой, кто пообщался с полицией, заглянувшей в их учебный центр на другой день. И что опять же Полина была первой из тех, кто полностью заложил Веронику. Что касается Полины, то она сообщила полиции не только о том, что Вероника грозилась растерзать Антона за то, что тот посмел перейти ей дорогу в «Сириус», но и называла его подлецом, мерзавцем и низким человеком, которому лучше было бы умереть. И про то, что Вероника в день убийства разыскивала Антона, предательница Полина тоже разболтала, хотя полиции это было уже известно и без нее.

Всего этого Полине показалось мало. Эти же показания давали и другие сотрудники учебного центра. А Полине зачем-то захотелось выделиться. И она заложила Веронику по полной программе. Рассказала и про виски с отравой из грибков. И про пирожки с особой начинкой. И про бабушкин компотик со слабительным. Ничего не утаила. Так что к тому времени, как Вероника появилась на работе, с ней отчаянно хотел поговорить один из тех оперативников. Тот самый светловолосый, которого звали Данила и с которым Вероника познакомилась вчера.

Высокий, как говорят, косая сажень в плечах, он еще сразу же произвел на Веронику впечатление. И она чувствовала, что тоже приглянулась мужчине. Между ними сразу же возникло нечто вроде симпатии, но сегодня Даня смотрел на нее совсем не так приветливо, нежели прежде.

– Что же вы? – с укором обратился он к девушке, прежде чем она успела открыть рот и поприветствовать его. – Оказывается, у вас был весомый повод, чтобы желать смерти потерпевшему. А вы это от нас скрыли!

– Не скрывала я, просто к слову не пришлось.

– А о том, что вы мечтали отравить потерпевшего с помощью виски, снабженного соком грибов-навозников?

– Это я вам сегодня собиралась рассказать. Правда-правда!

Но Вероника видела, что Данила ей не верит. Пришлось рассказать всю правду без утайки про бутылку виски, которую отец вчера не успел окончательно опустошить.

– С этой бутылкой вообще произошла удивительная история, – сказала Вероника. – Дело в том, что я была уверена, Антон успел из нее отхлебнуть. Потом я представила последствия для моего папы, когда вы проведете экспертизу этого виски и установите, что именно в нем намешано и чьи отпечатки находятся на бутылке. Но я – хорошая дочь, я не могла этого допустить и поэтому прихватила бутылку виски, которую считала нашей. Да, стянула улику с места преступления, каюсь в этом.

– Раз уж вы признаетесь во всех этих грехах, может, и в убийстве признаетесь?

– Да вы что! Одно дело подсунуть безобидный напиток человеку, который тебе неприятен. И совсем другое – убить его!

– Безобидный напиток, – повторил Данила и хмыкнул.

– Ну да, безобидный. Этот рецепт все деревенские бабки знают. Если мужик слишком уж за воротник закладывает, они ему водочку с этими грибками подсовывают, и все! Денек помучается с животом и тошнотой, а на другой на водку и смотреть не хочет. Если снова тяга к спиртному просыпается, процедура с подмешиванием настоя в водку повторяется заново.

– И мужики такие дураки? Продолжают пить, хотя знают, что водка с отравой?

– Они же не знают, в какой именно бутылке им отрава попадется. Да жены им и не говорят о том, что они их лечат.

– Лечат! – воскликнул Данила и снова очень скептически хмыкнул. – Значит, и вы тоже решили своего врага немножко «полечить»?

– Ну да! Проучить я его хотела. Когда человек вредничает, то его обычно учат. Но только вчера я чужую бутылку с места преступления стянула.

Данила оторопел:

– Как чужую?

– Перепутала! Обе бутылки были похожи сильно. Я думала, что это наша там стоит, а оказалось, что чужая.

– Ну и ну!

– Только теперь получается, что Антон папиного пойла не пил. Он выпил виски совсем из другой бутылки. Папа вечером эту бутылку, которую я домой принесла, категорически не признал.

– Бутылка у вас сохранилась?

– Вот она!

И Вероника с готовностью передала бутылку полицейскому. Кто бы знал, какое облегчение она при этом испытывала! Но Данила не торопился радоваться.

– Не нужно было ничего брать с места преступления, – буркнул он. – Как мы теперь докажем, что в бутылке именно тот напиток, который и был? Может, вы с вашим папенькой вечером в бутылку еще чего-нибудь намешали?

– За кого вы нас принимаете? Мы честные люди.

В ответ Данила резонно заметил, что честные люди других людей виски не травят. Вероника уж обрадовалась, что он ничего про пирожки с компотом не знает, но оказалось, что Данила и про них был тоже полностью в курсе. И потребовал, чтобы отравленные продукты были бы немедленно сданы Вероникой в руки правоохранительных сил.

– Я не против. Пожалуйста. Пойдемте ко мне в кабинет, я вам все отдам.

Но когда пришли, то, к удивлению Вероники, ни пирожков, ни компота на той полке в шкафу, куда она их второпях закинула, не обнаружилось.

– Что? – спросил Данила. – И где они?