Четыре чики и собачка - Дарья Калинина

– Ну, знаешь, одно дело, когда тебе об этом говорят. И совсем другое, когда ты эту слабость наблюдаешь своими глазами. Психанула я.

– И побежала Ульяне жаловаться? Его жене? Мол, тесть и за нее, и за тебя отомстит?

– Признаюсь, была у меня такая мыслишка. Конечно, я не думала, что все так серьезно закрутится. Думала, ну, лишат Антошку всяких там семейных благ, так туда ему и дорога. Может, если жена его турнет, то он ко мне жить переберется, как давно обещал. Он же со мной хотел быть. Он и поездку эту в «Сириус» у тебя пытался отжать, чтобы со мной туда поехать. Его жена на отдых одного никогда не пускала, а если он работать поедет, то без вопросов она его отпустит. И я тоже отпуск бы взяла и с ним в Сочи поехала.

– Ну, и сидела бы там одна! Или не одна, но уж точно без Антона. В Тулу со своим самоваром не ездят! Очень ему нужно там на курорте возле тебя крутиться.

– Злая ты! – снова расплакалась Полина. – Даже помечтать не даешь. Уж теперь-то могла бы помолчать. Все равно ведь ничего уже не будет. Так хоть в мечтах искупалась бы!

– Ты уже в вине основательно поплескалась. Будет с тебя! Радуйся, что судьба так решила. Отвоевала бы ты себе этого Антона, еще наплакалась бы с ним.

– Ничего ты не понимаешь. Ты сухая! Черствая! Тебе никто не нужен! А я нежная! Ранимая! Влюбчивая! Всегда мне в любви не везет. Еще в школе в Гришку Пархомова втрескалась, он меня отшил, а я вены резала, хотела с жизнью покончить. Ты об этом знала?

– Нет, – призналась Вероника.

– Вот то-то же!

И, помолчав, Полина неожиданно похвасталась:

– Меня даже в психушку забрали. Долго там держали, диагноз какой-то придумали. Родителям потом больших усилий стоило эту историю замять. И все равно, доучивалась я уже в другой школе. Но это и лучше, от всей этой истории с Гришкой подальше, мне же и спокойней. Там, в новой школе я уже в Ваню Воронова влюбилась. Могли бы даже пожениться, но его в армию забрали, а я сразу же в Петю влюбилась, вот только фамилию я теперь его уж и не припомню. Свиридов, кажется. Или Свистков?

– Видишь! Раз ты теперь даже фамилии своего любимого не помнишь, то и Антона забудешь. Раз ты у нас такая влюбчивая, так ты еще сто раз влюбишься. А про Антона забудь. Свет клином на нем не сошелся. Все. Он умер, а ты жива. Нужно искать следующего, в кого ты влюбишься. Например, как тебе Селиван Петрович?

Селиван Петрович был самый известный холостяк в их центре. Он делал авансы всем дамам, но женат никогда не был.

– Ты что! – ужаснулась Полина. – Он же старый! И у него морщины!

– Не такой уж и старый. Ему только в прошлом году пятьдесят исполнилось.

– Вероника! Мне всего тридцать!

Полина еще немного поревела, постепенно стихла, она вытерла нос и поинтересовалась у Вероники:

– А как ты думаешь, у Селивана морщины… они только у него на лице или по всему телу тоже?

– Вот ты уже приходишь в себя! – обрадовалась Вероника. – Начинаешь интересоваться другими мужчинами!

– Селиван мне всегда казался интересным. И начитанный. А уж эрудиция у него – любой позавидует.

Вероника заварила ей крепкого чаю, заставила умыться, и Полина слегка протрезвела. Но стоило ей протрезветь, как тягостные мысли снова полезли ей в голову.

– Мне так страшно, – призналась она подруге. – Так страшно!

– Почему?

Полина хотела что-то ответить, но смутилась и замолчала.

Потом все же сказала:

– Получается, что это я виновата в том, что Антон погиб.

Ох, не это Полинка хотела изначально сказать, нет, не это! Вероника всей кожей почувствовала, что есть на душе у подруги какая-то тяжесть, которой она хотела поделиться с Вероникой, да так и не решилась.

Но Полина уже продолжала говорить:

– Я же скинула видео жене Антона, чтобы она приняла меры. И вот Антон убит. Фактически я подтолкнула Ульяну к убийству. Я стала ее сообщницей. Она убийца! Но и я тоже! Мы с ней вдвоем убили Антона.

Это было очень близко к правде, но говорить об этом подруге Вероника сочла слишком жестоким.

Поэтому она ей просто посоветовала:

– Не думай об этом.

– Я пытаюсь, но не могу. Думаешь, с чего я так напилась? Совесть меня мучает. Антон, словно живой, перед глазами стоит. И смотрит он на меня так печально, так грустно, словно хочет мне сказать, что же ты, Полька, наделала! Как же наши с тобой мечты? Как же домик у моря? Ребятишки и тихая спокойная старость в окружении внуков?

И снова Вероника удивилась:

– Это тебе Антон наплел про вашу с ним общую тихую старость?

– Не наплел, мы с ним так мечтали!

Но это были мечты самой Полины, она их неоднократно озвучивала Веронике. Но Антон по какой-то причине Полине в этом подпевал. Соблазнить он ее хотел, что ли? Вероника тщетно пыталась понять мотивы Антона. Поспорил с кем-то? Или что?

А Полина уже вновь рыдала:

– Я виновата в том, что Антон умер!

– Ты же не знала, что так получится.

– Нет, но я хотела, чтобы с ним случилось что-нибудь плохое. Когда ты мне это видео прислала, у меня прямо мозг выключился. Только об одном и думала – как бы Антона посильней наказать, как бы ему больно сделать. Я даже хотела, чтобы он сдох! Даже про деньги те проклятущие хотела Ульяне рассказать.

– Какие деньги?

Но Полина уже вновь замкнулась на своем горе, про деньги она говорить не желала.

– А, кстати, ты куда сегодня на такси рванула?

– Я? Не помню.

– Полина!

– Нет, я честно не помню. У меня мозг отключился начисто. Помню, как я видео Ульяне отправляю, я у нее в подписчиках, это мне легко было сделать. А дальше ничего, провал.

– Это нехорошо.

– Еще бы! Знаешь, как страшно, когда приходишь в себя и ничего не помнишь!

– А раньше у тебя такие провалы в памяти случались?

– Только перед тем, как Гришку нашли мертвым. Ну, и еще пару раз, когда я сильно нервничала.

– Погоди… – перебила ее Вероника. – А с Гришей твоим что случилось?

– Хулиганы на него напали, ножом ударили. Из-за чего я и психанула, что вены себе стала резать. Мы с ним в тот вечер поссорились, он ушел, а потом его убили. Как же я переживала! Даже умереть хотела. Жизнь казалась конченной. Я же за него замуж собиралась на полном серьезе, а он меня сначала лесом послал, а потом вообще умер.

Веронику эта история крайне заинтересовала, она попыталась уточнить ее подробности у Полины, но та не захотела говорить, мотивируя, что это было давно и к сегодняшним несчастьям не имеет никакого отношения.

Вероника думала иначе, но сдвинуть Полину с ее позиции не удалось.