Маска Дантеса - Роман Буревой

Меж гостей сновали лакеи в алых ливреях и шелковых панталонах, разнося подносы с шампанским и шоколадными конфетами.

— Шампанское с Колесницы! — сообщал гостям высокий лакей в эфиопской маске.

Среди этого карнавального действа только сам хозяин, старый князь, явился с открытым лицом. Зато надел шитый золотом кафтан с отворотами из серебристого шелка, белый камзол, белые шелковые чулки, на пряжках туфель сверкали бриллианты. В одной руке князь держал золотую табакерку, в другой — синюю розу.

Марка со смехом окружило с десяток барышень-эльфов.

— Маска, мы тебя знаем! — воскликнула одна из них и поцеловала в губы. И тут же остальные кинулись целовать.

Одни довольно умело, другие совершенно по-телячьи тыкались в губы. Но от всех пахло одинаково — лесной земляникой.

— Это не он! — в ужасе выкрикнула одна из барышень, и стайка эльфов с хохотом умчалась.

Марк поднялся наверх, на галерею, сверху он видел лишь пестрые волны карнавала — они захлестывали, били через край, и все густеющий снег конфетти не давал ничего разглядеть толком. В одном месте Корвин приметил движение вспять, потом что-то похожее на водоворот. Вгляделся. И понял, что с десяток масок напали и бьют кого-то. Блеснула чешуйчатая лорика и накладные фалеры… Палка взметнулась и ударила нападавшего — римский центурион умело защищался. Друз? Марк помчался вниз — не по ступеням мчался — по перилам. Нырнул в толпу. Споткнулся — кто-то барахтался на полу под ногами, потом сверху навалился еще кто-то. Когда Марк выбрался из кучи-малы и, борясь с волнами карнавала, добрался до места драки, римского центуриона нигде не было видно. Какой-то наряженный французским гвардейцем человек поправлял медвежью шапку.

— Он мне маску сломал, ничего не вижу… — бормотал гвардеец, пытаясь приладить на прежнее место кусок лопнувшей псевдокожи. Нос маски был смят, и потому голос звучал гнусаво.

— Это лациец, клянусь… — говорил «японский самурай». — Никто из китежан не выберет такой костюм…

— Лаций обречен! — изрек гвардеец.

— Марк! — услышал Корвин в комбраслете голос Лери. — Я направляюсь к нашей девушке с кувшином. Подстрахуй.

Связь отключилась. Лациец повернулся на каблуках, все еще надеясь в толпе отыскать Друза. Но центурион исчез. О какой страховке шла речь? Что задумала Лери? Марк ощущал, как по зале прокатываются волны вполне осязаемого безумия. Надо было спешить.

Корвин бесцеремонно растолкал гостей и двинулся на террасу, чтобы попасть оттуда в сад. Его пытались закружить в танце, увлечь, вновь кто-то лез с поцелуями, подносил бокалы с шампанским.

— Колесница!

— Нерония!

— Колесница!

— Цин!

Выкрики неслись отовсюду.

Наконец Корвин выбрался в сад. Освещенные ярким светом искусственной луны, лужайки и деревья казались отлитыми из серебра.

Помчался. Свернул на нужную дорожку, спугнув притаившуюся в черной тени любовную парочку. Навстречу выскочила какая-то футуристическая тварь, попыталась обнять. Увернулся.

Наконец заметил фигуры возле фонтана. Две. Одна — Лери. Ее платье, смазливая маска и напудренный парик. А рядом — мужчина ей под стать: в голубом кафтане и шелковых панталонах. Парик, шляпа с перьями. И маска… все то же белое курносое лицо, почти копия маски патрицианки. Кто это? Кто заказал костюм в пару к наряду Лери? Мужчина что-то говорил. Его напудренный парик касался белых локонов Лери. Это не Друз — Марк понял сразу — мужчина был выше центуриона на полголовы. К тому же Друз, судя по всему, выбрал другую экипировку.

Впрочем, Корвин пока не торопился вмешиваться. Лери просила его прибыть к фонтану и подстраховать… Значит, она чего-то опасалась.

Мужчина говорил все громче и громче. Судя по тону — требовал. Никакого любовного воркования.

Марк отчетливо расслышал фразу:

— Вы это можете сделать! Я не останусь в долгу, клянусь! Быть может, я буду вашим единственным другом на Китеже!

Лери в ответ отрицательно покачала головой.

И тут Марк увидел, как к парочке у фонтана мчится римский центурион. На его чешуйчатой лорике играл лунный свет. Впрочем, наградные фалеры с костюма исчезли. Как с головы исчез шлем с поперечным гребнем. Черные кудри — свои, не бутафорские — развевались над оливкового цвета маской с хищным носом и массивным подбородком. Центурион размахивал не бутафорским мечом, а самым настоящим бластером.

— Друз! — только и успела крикнуть Лери.

Мужчина в голубом кафтане шагнул вперед, заслоняя собой девушку.

— Друз! — завопил Корвин, выскакивая из своего укрытия.

Центурион оглянулся. В следующий миг мужчина в парике метнулся к незадачливому жениху, ухватил Друза за руку и вывернул кисть. Бластер упал на траву. «Кавалер» успел оттолкнуть оружие ногой, прежде чем Друз вывернулся. Попытался сделать подсечку. Не тут-то было — оба Драчуна покатились по песку. Марк мчался к ним, но до фонтана было слишком далеко. Лери не пожелала вмешаться, позволив мужчинам тузить друг друга. Похоже, происходящее ее забавляло. Еще бы! Два самца дерутся из-за нее, будет, что вспомнить всем особам женского пола в роду Ливиев Друзов! Один из соперников зарычал от боли. Кажется, Друз. Ну да, это он! Человек в голубом кафтане вскочил и бросился бежать, оставив на месте схватки жабо и парик. Зато успел подобрать бластер.

Марк кинулся беглецу наперерез, вытащив спрятанный под одеждой парализатор. Выстрелил. Голубой разряд прошел рядом с беглецом. Но произвел впечатление. Тот остановился, развернулся на каблуках. Зрачок бластера уперся Марку в грудь. Маска скрывала почти все лицо. Однако солидный клок личины Друз успел отодрать. Теперь можно было разглядеть плотно сжатые губы и мягкий, слишком мягкий подбородок. Светлые, примятые париком пряди упали на лоб. Стас не зачесывал волосы назад…

— Не глупите, князь Сергей. Опустите оружие. Поверьте, я вам не враг…

— Уберите парализатор… — голос человека в маске был ледяным.

— Дайте слово, что сами не будете стрелять. «Надеюсь, хоть этот не является членом общества Дантеса», — шепнул голос.

— Даю слово.

Корвин медленно спрятал парализатор в кобуру.

— Ваш приятель вел себя глупо. — Сергей опустил оружие, поставил бластер на предохранитель.

— Мне нужно с вами поговорить, Сергей.

— Тогда до встречи! — Князь нырнул в ближайшую беседку.

Марк кинулся следом. Но, когда добежал до оплетенной плющом ажурной парковой беседки, внутри никого не было. Гладкий пластиковый пол отражал вспышки фейерверков: в плюще оставалось достаточно просветов, чтобы из беседки можно было обозревать окрестности. Где-то здесь был тайный ход, ведущий в дом. Отлично! Еще один розыгрыш!