Стратегия Банкрофта - Роберт Ладлэм

Мысли Андреа, как и ее настроение, то взлетали вверх, то падали вниз. Она увидела свое отражение в зеркале, и у нее перед глазами тотчас же возникло осунувшееся, блеклое лицо матери. Такое, каким Андреа видела его в последний раз перед автокатастрофой.

Вероятно, сейчас был не лучший момент оказаться в одиночестве. Андреа еще не оправилась после разрыва с Брентом Фарли. Ей следовало бы предаваться буйной радости, а не погружаться в болезненные воспоминания. Ужин в кругу друзей – вот чего требовало такое событие. Андреа всегда не переставала твердить своим знакомым, что жизнь любит экспромты; почему бы в кои-то веки не попробовать поступить так самой? Сделав несколько телефонных звонков, молодая женщина быстро проехалась по магазинам, закупая все необходимое, и накрыла стол на четверых. Très intime.[11]Призраки прошлого исчезнут в самое ближайшее время. Нет ничего странного в том, что она с таким трудом привыкает к неожиданному известию. Но, господи, уж если это не повод для торжества, то что же может им быть?

Тодд Белнэп порывисто вскочил с места.

– Вы что, издеваетесь надо мной?

– Пожалуйста, успокойся, – протянул Гаррисон. – Как это кстати – объект умирает до того, как ты успел подключить прослушивающую аппаратуру. Так что нет никаких записей, никаких свидетельств того, что же произошло на самом деле.

– За каким хреном мне бы понадобилось убивать этого ублюдка? – Белнэп напрягся, его захлестнула ярость. – Мне удалось проникнуть в личное логово Ансари, я вот-вот был готов нашпиговать его кабинет всевозможной аппаратурой, которая позволила бы нам раскрыть всю сеть торговли оружием. Вы сказали, не подумав.

– Нет, это ты ни о чем не думал. Ты был ослеплен злобой.

– Да? И почему же это?

– Наши пороки всегда являются продолжением наших добродетелей. На самом конце любви и верности долгу находится слепая, разрушительная ярость. – Холодные серые глаза Гаррисона копались в душе Белнэпа, словно зонд, пробирающийся по его внутренностям. – Не знаю, кто тебе это сказал, откуда просочилась эта информация, но ты узнал о том, что произошло с Джаредом. Ты решил, что за этим стоит Ансари. И расправился с ним.

Белнэп вздрогнул, словно от пощечины.

– Что произошло с Джаредом?

– А то ты не знаешь, – язвительно заметил Гаррисон. – Твой тупоголовый приятель был похищен в Бейруте. Вот ты и прикончил того типа, который, как тебе показалось, устроил похищение. Первая реакция, вызванная яростью. И, как следствие, провалил ко всем чертям всю операцию. В данном случае твоя хваленая стремительность оказалась совсем некстати.

– Джаред был?..

Заплывшие серые глазки уставились на Белнэпа лучами прожекторов.

– Ты собираешься притворяться, что ничего не знал? Вы двое постоянно были в курсе того, что происходит друг с другом, будто между вами была установлена какая-то невидимая связь. Две консервные банки на одной веревке, на какой бы планете вы ни находились. Недаром ребята прозвали вас Поллуксом и Кастором. В честь близнецов-героев из Древнего Рима.[12]

Белнэп лишился дара речи. Он чувствовал себя парализованным, заточенным в глыбу льда. Ему пришлось напомнить себе о необходимости дышать.

– Вот только, насколько мне помнится, бессмертным был один только Поллукс, – продолжал грузный руководитель разведки. – Так что ты имей это в виду. – Он закинул голову назад. – И не забывай еще вот о чем. У нас нет никаких данных о том, что Ансари имеет хоть какое-то отношение к похищению Джареда. Это может быть делом рук любой из десятка вооруженных группировок, которые действуют в районе долины Бекаа. Любая из них могла принять Джареда за того, за кого он себя выдавал. Но ярость ведь не рассуждает, так? Ты действовал, повинуясь сиюминутному порыву, и в результате долгий, напряженный труд десятков людей был брошен коту под хвост.

Белнэп старался изо всех сил держать себя в руках.

– Джаред подошел вплотную к тем, кто финансирует терроризм. Он разрабатывал сторону покупателей.

– А ты разрабатывал сторону продавцов. До тех пор, пока не сорвал операцию. – Высохший пергамент щек ветерана-разведчика сморщился в усмешке.

– Вы что, не только глупы, но еще и глухи? – отрезал Белнэп. – Я же говорю: Джареда похитили как раз в тот момент, когда он подошел вплотную. Это неспроста. Или вы хотите сказать, что верите в случайные совпадения? Лично я не знаю ни одного разведчика, который в них верил бы. – Он умолк. – Забудем обо мне. Нам нужно поговорить о Джареде. О том, как его вызволить. Можете провести любые расследования и разбирательства. Я прошу лишь о том, чтобы вы подождали неделю.

– Чтобы узнать, чтó еще ты успеешь испортить за это время? Ты меня не понял. Наша организация больше не нуждается в таких, как ты. Нам нужна в первую очередь выполненная работа, а не удовлетворение каких-то личных амбиций. А ты у нас вечно разыгрывал свои собственные драмы, разве не так?

Поток гнева и отвращения:

– Во имя всего святого, вы хоть послушайте, что несете…

– Нет, это ты послушай меня. Как я уже говорил, сейчас на дворе совершенно другая эпоха. Треклятая комиссия Керка ковыряется у нас в заднице затянутым в перчатку пальцем. Уравнение «цель оправдывает средства» больше не в твою пользу. Я еще даже не могу оценить масштабы того ущерба, который нанес твой отвратительно поставленный римский спектакль. Так что вот как обстоят дела: ты с этой минуты отстраняешься от дел. Мы проведем служебное разбирательство, следуя всем правилам и инструкциям. Я настоятельно советую тебе оказать всестороннее содействие комиссии, которая тобой займется. Будешь вести себя хорошо – и мы тихо и мирно отправим тебя в отставку с выходным пособием. Но если вздумаешь встать на дыбы – я лично прослежу за тем, чтобы ты получил все причитающееся. Под этим подразумеваются обвинения в злоупотреблении служебным положением, за что следует наказание вплоть до тюрьмы. Все будет строго по закону.

– О чем вы говорите?

– Ты выходишь из игры. И на этот раз – навсегда. Импровизация, интуиция, твое легендарное чутье, все твои хваленые достоинства – на этом ты сделал карьеру. Но мир с тех пор переменился, а ты не потрудился перемениться вместе с ним. Нам сейчас нужны аккуратные серебряные пули, а не огромные чугунные ядра, крушащие все на своем пути. Отныне никто в этих стенах не может больше доверять твоим суждениям. А значит, никто не может доверять тебе.

– Вы должны позволить мне продолжать заниматься своим ремеслом. Направьте меня в Ливан, черт побери. Я нужен там!

– Как рыбе мех, приятель.

– Необходимо немедленно затопить район нашими людьми. Пошлите туда всех, кто не занят неотложными делами. Множество ищеек учует след добычи гораздо быстрее. – Белнэп помолчал. – Вы упомянули долину Бекаа. Вы полагаете, это может быть одна из банд Фараада?