Тайны Гестапо - Анатолий Вилинович

– Понимаю, – согласился Бенцер. – В кино?

– Нет, – возразила девушка, – давайте просто погуляем. Хочется побыть на воздухе. Целый день в здании… – высвободила она руку.

– Согласен. Как прикажете, – пошел рядом Бенцер, доставая папиросы. – Разрешите? – спросил он.

Девушка согласно кивнула. Он прикурил, выпустив дым в сторону, и сказал:

– Я лечился после ранения в Краснодаре. В госпитале получил письмо, что мой брат с музейными фондами из Керчи эвакуирован сюда в Армавир. После госпиталя, прежде чем отправиться на фронт, мне разрешили повидаться с ним. Но найти его никак не могу. В адресном столе не значится, в местном музее ничего о нем не знают, сказали только, что действительно фонды керченского музея привозили, но не к ним, а в горисполком. Вот я и набивался на прием к председателю, чтобы выяснить, где эвакуированный музей? А где он, там и мой братец, – рассмеялся Бенпер.

– Ерунда какая-то, – покачала головой Надя. – Причем здесь горисполком, председатель? Уж я бы знала обо всем этом, товарищ капитан.

Да, Надя должна была знать, но не знала, потому что музейные ценности привезли в горисполком поздним вечером, и она уже ушла домой. А оформление прибытия керченского золота проводилось при соблюдении строгой секретности в присутствии всего трех человек и самих сопровождающих.

Бенцер вздохнул, затянулся глубоко и возразил:

– Да, но горисполком должен ведь знать, что прибывает в город эвакуированное? Если не он, так кто же?

Наденька подумала и ответила:

– Горисполком знает, разумеется. Но у нашего председателя столько дел… Хорошо, я попытаюсь выяснить, где керченский музей.

Они гуляли по вечернему городу, много говорили обо всем. Бенцер проводил девушку домой, и они расстались настоящими друзьями. Условились, что он ей позвонит завтра, и они договорятся о встрече.

В этот же вечер Эдита встретилась у кинотеатра с Лодкиным. Она пришла в военной форме младшего лейтенанта медслужбы и бухгалтер банка не сразу узнал ее. А когда узнал, то удивился и растерялся.

– Удивлены, что я в военном? – спросила Эдита.

– Откровенно говоря, да, – кивнул кавалер. – Вы служите? Врач?

– Служу, – ответила она и сказала: – Я пришла потому, что обещала, Петр. Вы меня извините, но у меня настроение совсем не для свидания. Я так надеялась, что получу известие от моей сестры и мы отметим с вами это событие, но… – огорченно молвила Эдита и замолчала.

– Может, я могу вам чем-нибудь помочь? – участливо спросил Лодкин.

Они не спеша шли по улице. Он хотел взять ее под руку, но Эдита мягко отстранила его.

– Не надо, я в форме… – горестно вздохнула и продолжила: – Чем можете помочь… Моя сестра с экспонатами музея из Керчи была эвакуирована сюда, в Армавир. Я была на фронте… – опять вздохнула Эдита. – Теперь вот приехала, чтобы увидеться с ней, но никак не могу найти ее. Ни в адресном бюро, ни в местном музее ничего сообщить мне не могут. Никто ничего не знает, – приложила ежа платок к глазам.

– Где эти музейные экспонаты? Где они, там и она…

– Ну, это же не трагедия, Вера! – воспрянул духом Петр. – Найдем, непременно найдем вашу сестру.

– Да, но у меня нет времени, надо возвращаться в часть…

– Когда? – озадаченно спросил Лодкин.

– Через два дня, – тихо ответила девушка. – Меня волнует не погибла ли она с музеем под бомбежкой, когда эвакуировались? А может, ее ограбили и убили. Сейчас такое время… Мне довелось видеть, что творится на железной дороге, – печально покачала головой Эдита.

– Ну зачем же так… Зачем предполагать самое худшее? Она что, сопровождала большие музейные ценности одна?

– Нет, как она мне писала, не одна. Но ценности… золотые изделия из музея. Она писала: «…Сестра, помнишь, я к тебе приезжала с таким огромным фанерным, обтянутым черным дермантином чемоданом? Так вот, буду ехать снова с ним, но на этот раз в нем будут не подарки тебе, а золотые экспонаты из музея».

– Напрасно она так разоткровенничалась в письме. Вдруг бы оно попало в нехорошие руки…

– Вот видите, Петр. Это меня и беспокоит. Зачем она об этом мне написала… – Эдита снова приложила платок к глазам. – Была в горисполкоме у самого председателя, товарища Малых. Но он ничего не знает, Представляете? Посоветовал обратиться в банк.

– В банк?! – остановился как вкопанный Лодкин.

– Да, в городской банк. Такие ценности могли быть доставлены на хранение только туда. Что вас так удивило, Петр?

– Дело в том, Вера, что я работаю в госбанке… – с улыбкой ответил Лодкин.

– Работаете в госбанке?! – остановилась теперь и Эдита, глядя на него с надеждой.

– Да, бухгалтером, – кивнул парень. И, как бы оправдываясь, добавил: – Уход в армию пока отсрочили, жду призыва.

– Ну так узнайте, узнайте, пожалуйста, Петр, прибыли ли туда эти музейные ценности?! – с мольбой в голосе сложила руки на груди Эдита. – Узнайте…

– Уже знаю, Вера. Поверьте, никакие ценности не могут поступить к нам без приемной комиссии. А я являюсь постоянным членом этой комиссии. И поступление этих ценностей пройти мимо меня никак не могло. Ни в черном чемодане, ни в какой-либо другой упаковке. Ведь все поступления в банк фиксируются строго.

Слушая Лодкина, Эдита все больше убеждалась, что в городском отделении банка Армавира «золотого» чемодана нет.

– Я ужасно расстроена вашим сообщением. Извините, Петр. Проводите меня, пожалуйста, до гостиницы. У меня прескверное настроение.

– Но мы можем встретиться завтра, Вера? – с надеждой в голосе спросил Лодкин.

– Да, – тихо ответила девушка. – Завтра там же и в то же время.

У гостиницы они распрощались. Эдита вошла в вестибюль, где толпилось много военных и гражданских, пытающихся устроиться на ночлег. Прошлась, вернулась к окну и, увидев, что ее воздыхатель удалился, отправилась домой.

Несмотря на свою опытность в делах слежки, она не заметила Юсга, как тень следовавшего за ней на большом расстоянии. Он не знал и не ведал, кто эта женщина в военной форме. Все началось с того, что он позвонил Лодкину и предложил встретиться. Тот ответил, что никак не может. Засмеялся и загадочно намекнул, что у него встреча.

Вечер у Юста был свободным и он решил посмотреть новый фильм. Подойдя к кинотеатру, неожиданно увидел Петра Лодкина. Его школьный товарищ нетерпеливо высматривал кого-то. Юст отступил в толпу и решил понаблюдать за ним. Спустя некоторое время к Лодкину подошла женщина. Звания Юст не различил, но вид ее был такой неотразимый, что он присвистнул в восхищении. Они о чем-то говорили, затем пошли по улице. Юст перешел на другую сторону и последовал за ними. У гостиницы они расстались, и перед Юстом встала проблема – идти за Лодкиным, или плюнуть на все это. Но тут он увидел, как из гостиницы тут же вышла эта женщина в военной форме и быстро пошла в противоположную сторону от Лодкина.