Мертвая фамилия - Алексей Макеев

– Думаю, что к нему вряд ли могут быть претензии, – высказал свое мнение Орлов. – Никакого мотива для убийства Волошина у него не было.

– На первый взгляд, – подражая самому Орлову, выразительно подчеркнул Крячко. – Категорически списывать со счетов нельзя никого.

– Согласен, давай дальше.

– Дальше идет некий гражданин по фамилии Собакин. Я с секретаршей общнулся на предмет этого персонажа. Так вот она говорит, что у него и характер соответствовал фамилии. По ее словам, это крайне вредный и вздорный старикашка. Он, кстати, тоже частый гость в департаменте, но в отличие от Дружникова ни одна его заявка удовлетворена не была.

– А вот он мог затаить зло на Волошина, – задумчиво сказал Орлов. – В надежде на то, что на его место придет другой чиновник, который отнесется к Собакину иначе.

– Но если он спланировал его убить заранее, зачем было делать это в департаменте? – задал резонный вопрос Гуров. – Чего ради так светиться?

– А где еще ему его убивать? – возразил Крячко. – Волошин не из тех, кто по темным переулкам шатается! Из департамента вышел, прыг в машину – и домой! А там до подъезда пять метров! И дом элитный, охраняемый.

– Все равно как-то неосторожно. Даже глупо!

– А почему убийца непременно должен быть умным? – рассердился Крячко, которому казалось, что Гуров на корню зарубает любую версию, не оставляя простора для работы.

– Давайте не будем рисовать психологический портрет убийцы, – заявил Орлов и махнул рукой. – Сейчас не тот случай. Нам надо устанавливать яд и источник его попадания в организм Волошина! Когда мы это узнаем, станет ясно, куда двигаться дальше.

– Вообще-то это вопрос не к нам, а к экспертам, – огрызнулся Крячко. – И по твоей логике получается, что, пока они его не выявили, мы можем спокойно сидеть на диване.

– Даже не надейся! – одернул его Орлов. – Давай дальше по твоему списку! Я почти уверен, что яд подсунул кто-то из посетителей Волошина.

– Из чего это следует? – спросил Гуров.

– Из того, что яд начал действовать через нескольких часов. Дома, судя по всему, Волошин не завтракал. Грязной посуды же не было!

– Это домработница сказала, – заметил Гуров. – Жена подтвердила.

– Ты считаешь, что они сговорились? Лично мне эта версия представляется абсурдной. Домработницу кто-то мог использовать как инструмент, но это не жена Волошина. Скорее всего, преступник вообще не живет в этом доме. Но я сейчас сосредоточен на посетителях департамента.

– Значит, имеются еще две дамочки, Светлова и Шляпникова, – зачитал Крячко. – Первая молодая, двадцать шесть лет, вошла сразу после Собакина. Хочет открыть салон красоты. Заявку приняли. Вторую Волошин принимал под занавес, непосредственно перед окончанием приема и обедом. Зовут ее Маргарита Максимовна, торгует мехами. Имеет три магазина, но очень хочет четвертый. Заявку Волошин также принял.

– На первые три магазина деньги получала в департаменте?

– Нет, сама накопила. Наверное, откладывала с зарплаты продавца, которым работала десять лет назад. Недоедала, недосыпала, бедняжка!.. – Станислав сочувственно вздохнул. – Но потом, видимо, решила, что пора бы государству помочь бедной женщине, и обратилась в департамент. По моему мнению, ей отказали бы.

– Так, в итоге получается четверо, – подсчитал Орлов. – Ты говорил, что Волошин принял пятерых. Кто остался?

– Остался некто Магнитский Виталий Игоревич. Но дело в том, что его Волошин не принимал. Просто потому, что тот не пришел.

– Почему? – спросил Орлов и нахмурился.

– А я почем знаю. – Крячко пожал плечами. – Это у него надо спросить!

– Может быть, и не надо, – вставил Гуров. – Если его не было в департаменте, то…

– Ха, ха, ха! – четко и раздельно произнес Крячко, глядя прямо в глаза своему другу. – А вот тут ты, Лева, проявил просто чудовищную оплошность! Прямо-таки непрофессионализм, непростительный для опера-важняка! И где только твоя хваленая интуиция?

– Ладно, не паясничай! Выкладывай, что пронюхал, – одернул Станислава Орлов, уже понявший, что у того в рукаве припасен крупный козырь, которым он с удовольствием собирается сейчас побить карту Гурова.

– Этого Магнитского надо не только спрашивать, а проверять самым тщательным образом! Я вот не поленился и навел о нем справки. Меня, понимаешь, смутил этот факт, что человек, записавшись предварительно, вдруг пропускает очередь, которой люди месяцами дожидаются!

– Ну, молодец! – со скрытой усмешкой похвалил приятеля Гуров. – Давай срази меня наповал!

Крячко подмигнул и довольно проговорил:

– Магнитский этот оказался интереснейшей личностью, судя по предварительным сведениям, которые я на него собрал. Доморощенный изобретатель. Хочет открыть свою то ли мастерскую, то ли лабораторию, но так как в кармане у него постоянно зияет огромная дыра, сам этого сделать не может. Вот и обращается в разные инстанции. Департамент по развитию малого и среднего бизнеса – лишь одно из мест, где он обивает пороги. Куда только не мотался со своими изобретениями этот Магнитский! Причем везде пытался демонстрировать их наглядно. Видимо, это его главный аргумент. Ну, где-то его сразу вежливо послали, где-то ссудили какие-то гроши, чтобы отвязаться. Но Магнитский оказался человеком дотошным, и настырный характер в конце концов привел его в департамент к Волошину. Вадим Юрьевич, надо сказать, отказал ему сразу.

– Изобретатель, говоришь? И что же он изобретает? – спросил Орлов.

– Вот, я запросил на него данные и получил полный перечень того, что он пытался запатентовать. Да, он и за патентами обращается постоянно, стараясь получить авторство. Но официально за ним признали лишь капли от насморка. Все остальное забраковали. Я вам полный список его творений зачитывать не буду, иначе мы тут до утра просидим, скажу лишь, что в основном это химическая продукция. Препараты для омоложения, повышения потенции, для деторождения, лекарства от рака, от туберкулеза, даже от СПИДа, от – внимание! – слабоумия, облысения и все в таком духе.

– А вот это интересно! – Орлов оживился. – Если он такой гениальный химик, то вполне мог синтезировать какой-нибудь хитрый яд! Поэтому его и не могут определить наши специалисты.

– Я именно об этом и подумал! – довольно сказал Крячко. – Потому и оставил его напоследок.

– Так, сейчас почти девять, – сказал Орлов, посмотрев на часы. – Ладно, сегодня не стоит, а вот завтра, Стас, прямо с утра сразу к нему! Не заезжая в главк! И весь этот перечень его препаратов сейчас же передай нашим экспертам – глядишь, разберутся. Он, я так понимаю, дома работает?

– Да, у него там подобие лаборатории. Человек он одинокий, так что может себе позволить. Но хочет, конечно, отдельное помещение. Квартирка у него маленькая, однушка. Наверное, все чудодейственные средства там уже не помещаются! – Крячко хмыкнул.