Диверсанты - Евгений Андреянович Ивин

– Ну, здравствуй, Адольф! – улыбнулся Макс, тряхнув слегка посеребренной головой.

– Здравствуй, мой дорогой Макс! – он положил ему руку на плечо и тот прикрыл ее своей ладонью. – Трудно тебе?

– По всякому! – ответил Саблин неопределенно. – Я уже привык. И к имени привык, и Саблиным стал уже натурально. Пойдем, посидим пару часов. Здесь у меня есть надежное место. Мой запасной вариант.

Они вышли из машины и Саблин повел Руберта через двор к подъезду. Лифтом пользоваться не стали и поднялись по лестнице. Хозяин открыл дверь ключом и пропустил вперед гостя. Распахнув плотные шторы на окнах, впустил сюда яркий свет, открыл форточку и оглядел жилище.

– Я здесь не был уже месяца три! Но выпить и закусить у меня найдется. Правда, хлеба нет, но вы, западники, хлеб не уважаете.

– Да, от хлеба никто еще не был счастлив – так у нас говорят на родине.

– Ты забыл добавить: кроме свиньи.

Оба засмеялись. Саблин снял кожаный пиджак, Руберт бросил на кресло плащ и открыл дипломат. Там оказалась бутылка виски и банка каких-то мясных консервов, так, по крайней мере, гласила рекламная наклейка.

Саблин накрыл на стол и пододвинул стулья.

– В ногах правды нет! – сказал он и поглядел на гостя. – Ты помнишь того парня, которому сказал эту фразу и не мог объяснить, что это означает? Теперь ты знаешь?

– Нет! Но забыть тот день я не забуду до своей смерти!

– Если ты решился на встречу со мной, то что-то стряслось? Давай пока выпьем по рюмке и перейдем к делу.

Они выпили, помолчали немного и Руберт сказал:

– Шеф передает тебе большую благодарность! Вот номер твоего счета и сумма, – протянул Руберт клочок бумажки Саблину.

– Воспользуюсь ли я когда-нибудь? Ну, какие замечания, инструкции, пожелания?

– Шеф очень недоволен мелкой работой, которую проводит Серж. Кадры ничтожные! Разовый выстрел. Сенсационная акция, печать пошумела и все. Листовки в театре, в почтовых ящиках – это хорошо, но нужен солидный материал. Нужны солидные кадры с дремлющими антисоветскими убеждениями, – полушептал Руберт, склонившись к Саблину.

– У вас есть такие на примете? С дремлющими антисоветскими убеждениями? – усмехнулся Саблин. – Богатые фантазии! Без куска хлеба не останутся. Теоретики-и-и!

– Дорогой Макс, мы располагаем данными, что некоторые люди здесь у вас имеют знатное происхождение, как принято называть, «из бывших». Их дети теперь не скрывают этого и даже гордятся происхождением, придумывают себе родословную. Выходит, большевики десятки лет выращивали собственного могильщика, который когда-нибудь их же и похоронит, похоронит идею равенства и братства наций. История показывает, что люди никогда не будут жить в равенстве. У вас есть равенство? Нет! У нас тоже! Его нигде, никогда не будет.

– Адольф, ты пересказываешь мне мою справку, которую я делал в прошлом году для шефа. Теперь он включает это в инструкцию для меня? Вы что там? Белену едите?

– У нас это проработали и выглядит это так: один образован, другой – неуч! Один талантлив, другой – серость! Один пьяница, другой – трезвенник. Так что сама идея равенства ошибочна. Даже в инкубаторе цыплята рождаются разного цвета. Надо протаскивать идею, что равенство не позволит способному и талантливому проявить себя в советском обществе, серость не позволит! И только на Западе есть широкие возможности для таланта, для умного предприимчивого человека.

– Мой дорогой Адольф! Сманивание отдельных личностей, даже талантливых не решит главной проблемы – изменения существующего строя. Сейчас, когда открыли шлюзы демократии, видно стало, что общество разлагается изнутри. Вот сюда и следует бить! Благие нравы, прививаемые предками от революции, у современного человека выжимаются разрастающимися стремлениями к благополучию и красивым вещам. Вот это и есть наш арсенал!

– Мой учитель, царство ему небесное, был крупный специалист в этой области. Он говорил, что в оценке человека для наших целей надо руководствоваться одним принципом: чьи слезы для него важнее. Слезы и страдания других или его собственные? Если собственные страдания важнее, вы можете на него рассчитывать. Коли благие людские порывы осиротели в душе человека, вы легко можете заполнить эту пустоту картинами роскоши и благополучия, называемых здесь у вас мещанством. Этим грехом Россия страдала всегда. И революцию здесь совершали не под лозунгом всех сделать богатыми, а под лозунгом «долой всех богатых»! На таком лозунге и была поднята чернь на революцию. Бей богатых, или, как у вас говорили, буржуев! Хватай их имущество! Кому же не хочется поживиться!

– Твой учитель, Адольф, узко мыслил. Очевидно, по тому времени он был прав, а сейчас другая обстановка. Конечно, есть у нас люди, для которых и потолок уже небо. Но порывы в России не осиротели. Оцените, например, поступок пожилой женщины, живущей на пенсию, которая передала в Фонд помощи осиротевшим детям свои фамильные бриллианты и серебряную посуду, имеющие музейную ценность. Продав их, она бы доживала безбедно свой век. Кстати, она из «бывших».

– В России есть поговорка: «В семье не без калеки».

– Не без урода, – поправил Саблин.

– Да-да, урода! Это случай уродства. Мир делится на реалистов и чудаков. Но деньги всегда были, во все века были лучшей добродетелью, и об этой добродетели время от времени звенит советская печать. Мы подсчитали: здесь ежегодно сообщают о сотнях преступлений, в основе которых лежит стремление добыть эту звенящую добродетель. А совершают эти преступления люди образованные, способные и в ряде случаев коммунисты. О чем это свидетельствует?

– Адольф, ты опять цитируешь мой отчет. Да, это и есть начало разложения общества. Все хотят хорошо жить и ищут пути получить деньги. У нас же нельзя просто так взять и заработать! Платят мало, а заработок на стороне у нас называется нетрудовым доходом. А уж частный бизнес – вообще преступление. Подпольный миллионер у нас явление не редкое. Эти люди имеют ум, дарования, талант, но мы загнали их в подполье, там они теряют свои экономические акции.

– Вот это и есть те струны, которые надо трогать! И всем им указывай на Запад! Там подлинная цена их способностям. Таких у вас много: художники, ученые, писатели. Мы дали тебе прекрасного помощника, он подбирал неплохих интеллектуалов с алчущими глазами, которые хотели выгодно продать свой талант. Сейчас надо прекратить мелкие акции, скоро в них не будет нужного эффекта. И пусть занимается только учеными. Глубже копнет этих Вязникова, Рябцева. Деньги в долг, поможет купить машину, потом окупится. Этих физиков надо потихоньку спеленать по рукам и ногам, тогда информация потечет широкой струей. Искривление лазерного луча