Муха в самолете - Дарья Донцова

– Налей воды и выпей, голод пройдет, этотебя бес искушает, послушаешься его, схватит и раздерет на части.

Роза, напуганная до одури, бежала к крану ипокорно глотала пахнущую хлоркой воду. Но после посещения квартиры Леночки вдуше девочки что-то перевернулось, и она поняла: не все люди несут жизнь, кактяжелый сундук с несчастьями, кое-кто живет радостно.

Принято считать, что в религиозных семьяхвырастают хорошие дети, редко совершающие дурные поступки. От пьянства,воровства, хулиганства таких ребят удерживает вера. А еще полагают, будтомногодетные семьи – это сплоченный коллектив, в котором один за всех и все заодного. Впрочем, в большинстве случаев так и бывает, однако то ли вера у Нины иСемена была кривая, то ли они имели некие генетические нарушения, но дети у нихне задались. Сначала неприятность случилась с Гортензией, ее поймали вмагазине, когда девушка пыталась украсть туфли, затем Флора связалась скакой-то компанией и ушла из дома. Нина и Семен ужесточили контроль за детьми,но, видно, плеткой дела было не исправить. Пиона начала пить, а Анютаухитрилась забеременеть в четырнадцать лет. Вот тут Нина, забыв про святость,закричала:

– Аборт делать надо!

Анюта прищурилась и спросила:

– А как же душа невинная? Разве ее губитьможно? Нас ты без счета нарожала! Значит, сама просто к врачу пойти боялась!

Разразился такой скандал, что Роза, тогдасовсем маленькая, забилась под кровать, слушая дикие вопли мамы и хамскиспокойные ответы сестры. Потом Анюта выбежала за дверь, а утром пришла милицияи начался настоящий ужас. Оказывается, Анюта повесилась на чердаке, оставивзаписку: «Лучше сдохнуть, чем так жить. В моей смерти виноваты родители».

Милиция, разбиравшаяся в деле, не нашланикакого криминала. Да, семья живет не слишком богато, даже бедно, но Нинаварит еду и пытается привить детям лучшие качества, ни мать, ни отец не пьют,чего еще надо? В конце концов дело прикрыли за отсутствием составапреступления.

Нина же решила воспитывать оставшихся дочерейеще строже. Роза, лежа в постели, частенько думала: «Вот выйду замуж, рожутолько двоих, и точка, и уж постараюсь, чтобы у них все-все было. Надо искатьбогатого мужа».

Можно сказать, что Розе повезло, ей нажизненном пути попался вполне благополучный Ильяс. У пар­ня имелся собственныйбизнес, он торговал подержанными автомобилями. Не олигарх, конечно, но особыхпроблем с деньгами Ильяс не имел, а еще он был высокий, очень красивый,смуглый, с бездонно-карими глазами и мягко вьющимися волосами. В придачу ксимпатичной внешности Ильяс обладал ровным характером, не пил, не курил, неругался. Ясное дело, Роза с удовольствием согласилась стать его женой. И сновапроизошел вселенский скандал, Нина уперлась, словно норовистый ишак.

– Не дам благословения, – шипелаона, – Ильяс не нашей веры, мусульманской. Грех за инородца замужвыходить.

Роза по привычке послушалась маму, отец к томувремени уже умер, и Нина получила полную власть над дочерью. Но Ильяс былнастроен решительно, не слушая слабые возражения Розы, он пришел к будущей тещеи сказал:

– Понимаю, почему вы против нашейженитьбы, одна остались, хотите Розу около себя в бесплатных сиделках держать.Только не выйдет, не надо нам вашего благословения.

Свадьбу играли в маленьком кафе, Ильяс подарилРозе красивое белое платье и фату, девушка ощутила себя абсолютно счастливой.

В самый разгар праздника в кафе вошла Нина.

– Мама, – бросилась к ней Роза.

Она наивно полагала, что мать сменила гнев намилость и явилась порадоваться за дочку. Но как она ошибалась!

Нина вскинула вверх правую руку.

– Проклинаю тебя, ты предала нашу веру!

Роза попятилась, притихшие гости присмирели, аНина выхватила из сумки пузырек с зеленкой и, выплеснув его на платье невесты,припечатала:

– Чтоб тебе счастья не видать!

Роза остолбенела, гости, присутствовавшие приотвратительной сцене, замерли, не растерялся лишь один Ильяс.

– Ну спасибо, тещенька, – радостнозакричал он, – зелень – это к богатству, и вообще, цвет ислама. Нуугодила, ну уважила!

После этого жених подмигнул музыкантам, тесхватились за инструменты, а Ильяс закружил в танце трясущуюся в ознобе Розу.

– Забудь, – шептал он на ушкомолодой жене, – выкинь из головы.

– Хорошо, милый, – покорносогласилась Роза, но в душе у нее ежом ворочался испуг.

Ох, не будет им ни счастья, ни радости,материнское проклятье самое страшное.

Больше Роза с Ниной не виделась. Первый годона прожила с Ильясом словно в раю, муж баловал жену как мог, а когда Розаобъявила о своей беременности, и вовсе потерял голову. Еще больше он обрадовался,когда на свет появилась двойня.

– Даже хотеть больше нечего! –воскликнул Ильяс, привезя домой супругу с детками. – Все имеем!

Роза только поежилась.

– Ой, не надо так говорить, счастьесглазишь.

– Ерунда, – засмеялся Ильяс, –не верю я в приметы.

Через два месяца после рождения внуковсвекровь Розы, ставшая ее настоящей матерью, внезапно скончалась от сердечногоприступа. Не успел Ильяс похоронить Фатиму, как приключилась новая беда: на егобизнес наехали налоговики, нашли какие-то неправильно оформленные бумаги. Врезультате Ильясу, чтобы не попасть в тюрьму, пришлось срочно раздаватьнешуточные взятки, столько денег, сколько запросили жадные людишки, у Башметоване имелось, он влез в долги и был вынужден потом продать дело.

В конце года Ильяс стал почти нищим. Решив несдаваться, он продал свою большую квартиру, новенькую иномарку, купил для семьискромную двушку и подержанные «Жигули». Разницу Башметов пустил в оборот,надеясь снова стать хозяином дела. Но, видно, проклятье Нины не потеряло своейсилы, очень скоро Ильяс разорился во второй раз.

Для Башметовых наступили суровые времена.Двойняшкам требовалась еда и одежда, поэтому Ильяс начал подрабатывать извозом,а Роза пошла служить нянечкой в детсад. Место показалось ей очень выгодным,зарплата, правда, копеечная, но детей сотрудников в учреждении держалибесплатно, и на еду тратиться не приходилось. Частенько Роза приносила Ильясукотлеты, рыбу и булочки, от которых отказались избалованные дети.

Коллегам по работе Роза о себе ничего нерассказывала и ни с кем особо дружить не собиралась. Приходила на службу,молчком мыла полы, а вечером, подхватив детей, отправлялась домой. Еще однимплюсом в отношении садика было то, что они жили рядом с ним.