Домашние правила - Джоди Пиколт

– Ты собираешься сдавать АР-тест в мае?

Оуэн. Не знаю. Наверное.

Я (с усмешкой). Ну, надеюсь, твою сперму не обнаружат!

Оуэн. Что-о-о?

Я. АР-тест – это тест на кислую фосфотазу; его проводят криминалисты, пользуясь особыми лампами, для обнаружения спермы там, где она может быть. Это не так достоверно, как ДНК, но, если попадается насильник, которому сделана вазэктомия, спермы не будет, и если у тебя есть только АР-тест и молекулярный спектроскоп на пятьсот тридцать нанометров…

Оуэн. Отвали от меня, урод.

Джесс сильно покраснела.

– Хорошая новость – то, что ты попытался завести разговор, – ровным голосом произносит она. – Это действительно большой шаг. Выбор темы для обсуждения – сперма – неудачен, но все же.

К этому моменту мы уже дошли до столика в глубине зала, где нас ждет Марк. Он жует жвачку, широко разевая рот; на нем опять эта дурацкая оранжевая толстовка.

– Привет, Шеф.

Я качаю головой и делаю шаг назад. Эта толстовка… он был не в ней, когда я только увидел его. Могу поспорить, он специально ее надел – знает, что она мне отвратительна.

– Марк, – говорит Джесс, – толстовка. Сними ее.

Он усмехается:

– Лучше ты сама это сделай, детка, – потом хватает Джесс и затаскивает ее в кабинку, почти что сажает к себе на колени.

Позвольте мне сделать отступление и сказать, что я вообще не понимаю секса. Мне не постичь, отчего у такого человека, как Марк, одержимого обменом телесными жидкостями с Джесс, не вызывают такого же восторга разговоры о том, что сопли, отбеливатель и хрен могут дать ложноположительный результат в предварительном анализе на кровь. И я не понимаю, почему нейротипичные^[8] парни сами не свои до девичьих грудей. По-моему, это ужасно неудобно, когда из тебя что-то торчит вот так все время.

К счастью, Марк снимает оранжевую толстовку; Джесс ее сворачивает и кладет на стул, чтобы я не видел. Хотя, честно говоря, мне достаточно неприятно уже одно то, что она там лежит.

– Ты взяла мне с грибами? – спрашивает Марк.

– Ты знаешь, Джейкоб не любит грибов…

Я на многое готов ради Джесс, только не грибы. Если они хотя бы прикасались к краю пиццы на противоположной стороне, меня может стошнить.

Джесс вынимает из кармана мобильник и кладет его на стол. Он розовый, и в него внесены мое имя и номер. Это, вероятно, единственный телефон, в котором записано мое имя. Даже у мамы в мобильном этот номер обозначен словом «ДОМ».

Я смотрю на стол, продолжая думать о толстовке.

– Марк… – говорит Джесс, убирая его руку из-за своей спины. – Хватит. Мы не одни. – Потом обращается ко мне: – Джейкоб, давай практиковаться, пока ждем еду.

Практиковать ожидание? Зачем? Я и без того сказочно преуспел в этом.

– Когда разговор затихает, ты можешь подбросить тему, которая заставит людей продолжить беседу.

– Ага, – говорит Марк, – например: «Куриные наггетсы – не куриные и не имеют ничего общего с золотыми самородками»^[9]. Дискутируйте.

– Ты не помогаешь, – бурчит Джесс. – Джейкоб, ты ждешь чего-нибудь особенного в школе на этой неделе?

Конечно. Всеобщего пренебрежения и глубокого унижения. Другими словами, ничего нового.

– На физике мне придется рассказывать всему классу о силе тяжести, – говорю я. – Оценка наполовину зависит от содержания, а наполовину от творческого подхода, и я думаю, что нашел превосходное решение.

Я долго размышлял, но, когда додумался, сам был удивлен, почему это сразу не пришло мне в голову.

– Я собираюсь спустить штаны, – сообщаю я Джесс.

Марк покатывается со смеху, и на секунду мне кажется, может, я недооценил его.

– Джейкоб, – говорит Джесс, – ты не будешь спускать штаны.

– Это прекрасно иллюстрирует закон Ньютона…

– Мне плевать, даже если это объясняет смысл жизни! Подумай о том, как это неприлично. Ты не только разозлишь учителя – над тобой станут смеяться одноклассники.

– Я не уверен, Джесс… ты же знаешь, что говорят о парнях с ЗПР… – произносит Марк.

– Ну у тебя же нет ЗПР, – с улыбкой отвечает ему Джесс. – Так что это чистая теория.

– Ты знаешь это, детка.

Я понятия не имею, о чем они говорят.

Когда Джесс станет моей девушкой, мы будем каждое воскресенье есть пиццу без грибов. Я покажу ей, как усилить контраст отпечатков пальцев на скотче, и дам почитать мои блокноты с записями о «Борцах с преступностью». Она признается, что у нее тоже есть свои слабые места вроде спрятанного в джинсах хвоста.

Ну ладно, может быть, не хвоста. Кому охота и в самом деле иметь хвостатую подружку.

– Я хочу поговорить кое о чем… – начинаю я, и сердце у меня колотится, а ладони становятся влажными. Анализирую эти симптомы так же, как доктор Генри Ли проанализировал бы любую другую улику, и приберегаю свои выводы на будущее: приглашение девушки на свидание может вызвать изменения в сердечно-сосудистой системе. – Мне хотелось бы знать, Джесс, согласишься ли ты пойти со мной в кино в эту пятницу?

– О, Джейкоб, молодец! Мы не практиковались в этом целый месяц!

– В четверг я узнаю, что показывают. Могу посмотреть на сайте. – Я складываю салфетку в маленький квадратик. – Могу пойти в субботу, если тебе так удобнее.

По телевизору будут крутить «Борцов с преступностью» – много серий подряд, но я готов пожертвовать ими. И тем докажу, насколько серьезно я хочу начать эти отношения.

– Вот это да! – с улыбкой произносит Марк. Я чувствую на себе его взгляд. (Вот еще одна вещь, характерная для глаз: они могут жечь как лазеры, и откуда вам знать, в какой момент их включат на полную мощность? Лучше не рисковать и избегать зрительного контакта.) – Он не просто демонстрирует тебе навыки общения, Джесс. Этот недоумок приглашает тебя на свидание.

– Марк! Ради бога, не называй его…

– У меня с головой все в порядке, – обрываю ее я.

– Ты ошибаешься, – говорит Марку Джесс. – Джейкоб знает, что мы с ним просто друзья.

– Тебе, блин, деньги платят за дружбу с ним! – фыркает Марк.

Я резко встаю:

– Это правда?

Наверное, я об этом никогда не задумывался. Мама устроила мои встречи с Джесс. Я считал, что Джесс сама хочет встречаться со мной, так как: а) она пишет диплом и б) ей приятно мое общество. Но сейчас я представляю, как мать вырывает из чековой книжки очередной листок и жалуется, что нам вечно не хватает денег на все расходы. Воображаю, как Джесс вскрывает конверт в своей комнате в общежитии и сует этот чек в карман джинсов.