Клиника - Салли-Энн Мартин

К завтраку Дженни заказала чашечку крепкого кофе, который отпивала мелкими глоточками, обжигая язык. Не хватало терпения ждать, пока напиток хоть немного остынет.

О предстоящем вечере она старалась не думать. Мысли не самые приятные, а от завтрака все же следует получить удовольствие. При воспоминаниях о «Сосновом крае» ее сердце начинало частить как сумасшедшее. За еду уплачено пять фунтов, так что «Сосновый край» подождет.

— Еще кофе?

Дженни подняла взгляд на официантку, держащую костлявой рукой горячий кофейник. Рука-то как дрожит, кофе того и гляди прольется на стол. Женщина была облачена в розовую униформу в стиле «американский дайнер»[6], висящую на ее тощей фигуре, словно на вешалке. Работа в кафе и привычка к частым перекурам не прошла для женщины даром: лицо скукоженное, тонкие, намазанные красной помадой губы — в глубоких поперечных морщинах.

Стиль кафе придумал ресторатор Глен, ныне заделавшийся таксистом. Несколько лет назад он по работе провел три летних месяца за рулем «Кадиллака» — гонял по Шестьдесят шестому шоссе. Вернувшись, снял со стен выцветшие рекламные постеры полного английского завтрака[7] и чая с тостами, повесив вместо них тронутые ржавчиной американские автомобильные номера и плакаты с изображениями Дорис Дэй и Джона Уэйна[8]. Правда, бутылочки с американской горчицей пришлось убрать, поскольку завсегдатаи едва не объявили Глену бойкот. Взамен на столах появились емкости с английским коричневым соусом[9].

После закрытия психиатрической лечебницы бизнес сильно пострадал, почему Глен и начал подрабатывать частным извозом. Купил микроавтобус и нередко завозил ничего не подозревающих клиентов в свое кафе.

Дженни подвинула чашку к официантке и молча следила за струйкой ароматного напитка из кофейника. Хотела поблагодарить женщину, но та уже отошла, бурча себе под нос что-то насчет мозолей и натруженных ног. Снаружи было пустынно; ветер гнал по тротуару пустой пакет из-под чипсов, сердито ворковали разочарованные голуби, подумывая о перелете в более хлебные места.

Проведя пальцем по ободку тарелки, Дженни собрала остатки яичного желтка. Слизала лакомство, глянула в окно и, от неожиданности прикусив палец, вскрикнула: прямо у кафе стояла бурно жестикулирующая девушка, изо всех сил пытаясь привлечь ее внимание. Отчаявшись, незнакомка ворвалась внутрь и плюхнулась за столик. Ничего себе, Клара!.. Скинув с плеч теплое розовое пальто, сестра запихнула его в большую сумку, украшенную яркими значками. Чего там только не было — и радуги, и единороги, и прочие полудетские штучки. Дженни обвела взглядом зал: вроде бы на их встречу никто особого внимания не обратил.

— Сразу тебя узнала! — воскликнула девушка. — Выскочила в город купить ручку и бумагу, а тут…

— Клара, газетный киоск давным-давно закрылся, там теперь комиссионка.

— Я обычно хожу в торговый центр, но мама забрала машину, так что…

Дженни, уставившись в свою чашку, сжала ее в ладонях и тут же отдернула руки. Черт, горячая!

— Слушай, мне так приятно было повидать тебя! Уж извини, что мама…

— Не бери в голову, Клара, — перебила ее Дженни.

Можно устроить истерику, а смысл?

И все же напоминание о разговоре с матерью заставило Дженни полезть в карман за табакеркой. Едва она разложила на столе бумагу для самокрутки, как над Кларой коршуном нависла невесть откуда взявшаяся официантка, держа наготове блокнотик.

— Что будем заказывать?

— Слушай, я здесь первый раз. Что посоветуешь? — весело спросила Клара.

— Яичницу, запеченную в хлебе. Тебе понравится, — предложила Дженни.

— Это ведь американское блюдо? А блинчики вы не готовите? — Клара вопросительно глянула на официантку, и та угрюмо кивнула. — О, отлично! Тогда блинчики и чашку чая, пожалуйста.

Женщина скрылась за прозрачной шторкой кухонного отсека, и Клара крикнула вдогонку:

— Кленовый сироп у вас есть?

Дженни улыбнулась, наблюдая за сестрой, которая изучала висящие на стенах американские автомобильные номера.

— Почему ты осталась в Гристорпе? Почему не поступила в какой-нибудь столичный колледж или университет?

— После смерти отца поняла, что уехать пока просто не могу. Мама расстроится и… Прости, наверное, тебе неприятно, что я об этом заговорила?

— Все нормально. — Дженни поднесла огонек зажигалки к кончику сигареты. — Чем же ты сейчас занимаешься?

— Учусь в колледже в Беттлборо, на курсах писательского мастерства. Может, потом поступлю в университет Йорка на журналиста.

— Тогда тебе точно придется переезжать, здесь для нормального репортажа ни черта не найдешь, — заметила Дженни, стряхнув пепел.

— А ты где продаешь свои произведения?

Официантка плюхнула на стол тарелочку худосочных английских блинчиков и пиалу с клубничным джемом. За ними последовала чашка чая с медленно оседающими чаинками. Клара хотела было вслух оценить блюдо, однако промолчала.

Дженни затянулась, посматривая на сестру; та аккуратно разрезала блинчик, сдобрив его тонким слоем джема.

— Знаешь, я пока не считаю себя настоящим художником. Так, продаю карикатуры за сущие гроши, иногда получается сбыть картину на второсортных выставках.

— Что же тут ненастоящего? — пробубнила Клара, уминая блинчик.

— Ну, художники бывают разные. Слушай, приятно было тебя повидать, но… — Дженни начала собирать свои причиндалы.

— Постой, не уходи! Давай еще поболтаем. Все же мы сестры, я хочу узнать о тебе как можно больше…

— Сестры, говоришь? — Дженни, повернувшись к витрине, выдохнула клуб дыма и раскрыла кошелек.

— Я заплачу, — предложила Клара.

— Не суетись. Я не совсем пропащая, что бы там ни говорила наша мать.

— Извини, я не это имела в виду…

— Клара, я шучу. Все нормально. Ну, вроде как нормально.

— Ладно, ладно. Хотела кое-что спросить… — Клара замялась.

— Что именно?

— Дело в том… В общем, я пишу курсовую на тему исторического наследия, так что… — Она заерзала на стуле.

— Давай, договаривай.

— Вот, хотела написать о старой лечебнице и…

— О нет! — Дженни удивленно покачала головой. — Нет, нет. Некоторые истории лучше оставить в прошлом, Клара. Уж поверь. Эта тема точно не для тебя.

— Но, Дженни…

— Я сказала — нет.

Бросив на стол пятерку, она закрыла сумку и со скрипом отодвинула стул.

— Доставь себе удовольствие, напиши о чем-нибудь приятном. Не знаю… Мода, отпуск в Катманду. Сделай статью в формате вопросов-ответов. Материала предостаточно, целый год можно кропать.

Дженни развернулась к выходу, не желая смотреть на разочарованную сестру. Слишком поздно, сестринских отношений уже не получится. И все же ей не хотелось обижать девочку. Родителей ведь не выбирают.

Она толкнула тяжелую дверь, впустив в кафе поток холодного воздуха. Листочки меню слетели со столов на пол, и Дженни обернулась на пороге.

— Увидимся, Клара.

Дверь захлопнулась за ее спиной.

16

Одри запнулась на полуслове, и в комнате воцарилась тишина. Женщины обернулись к Эми, смущенно проскользнувшей в