Детская площадка - Джейн Шемилт

Мартин – весь внимание. Он пристально наблюдает за скрытым за словами безмолвным диалогом мужа и жены: тон Эрика, его взгляд, реакция Евы. Возможно, он собирается использовать это в своем романе. Он мог наблюдать и за ней с Полом. Мелисса закрывает глаза, ей надо хорошенько все обдумать. Иззи очень обрадуется каникулам в компании других детей. Пол будет проводить время с Эриком, и она наконец сможет отдохнуть, позагорать, поплавать в море, в кои-то веки выспаться. Южное солнце исцеляет. С ней будут подруги, с которыми можно поговорить: Ева, а может, и Грейс. Заманчивое предложение покачивается перед ней, как спасательный круг. За столом все молчат. Ева тянется за Эшем и пересаживает его к себе на колени. Ямочка на ее щеке исчезла. Спасательный круг проплывает мимо, скоро он исчезнет навсегда.

– Это просто замечательно, – слышит Мелисса свой глухой от волнения голос. – Иззи была бы рада, да и я тоже.

Не отрывая глаз от Евы, она скорее чувствует, чем видит, как выпрямляется спина Пола, и сознает, что приняла приглашение, не обсудив его сначала с мужем.

– Весьма заманчивое предложение, – улыбается Мартин Еве. – Чарли и Блейк не простят, если мы откажемся. – Он переводит взгляд на Грейс. – Конечно, нам надо все взвесить.

– Ты поезжай. А я, наверное, не смогу, – недрогнувшим голосом отвечает Грейс. – Мне не дадут отпуск вне графика.

– У меня накопилась куча авиамиль, – быстро вставляет Ева. – Я помогу с билетами на самолет.

– Все это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. – Мартин с грустной усмешкой поворачивается к Еве. – Признаться, я соблазнился перспективой писать под сенью оливковых ветвей.

Мелисса осмеливается искоса взглянуть на Пола. Тот сидит с невозмутимым лицом, и это значит, что он лихорадочно соображает. Он видел Иззи с друзьями и должен понимать, что в отпуске ему придется делиться с ними ее обществом.

– Если вы позволите мне внести свою лепту, мы с радостью примем приглашение. – Он говорит чуть заплетающимся языком, но вполне искренне.

– Спасибо, договорились, – кивает Эрик.

– Осталось только уговорить Грейс. – Глаза Евы победно сверкают.

Мелисса бросает взгляд на Грейс, но та снова смотрит в сторону сада. Если она чувствует себя несчастной, то не показывает вида. Скрывать истинные чувства легко – Мелисса и сама постоянно этим занимается. Возможно, Грейс пытается разглядеть своих детей. Пляшущие фигурки исчезли. Костер почти погас, поднимается легкий ветерок. Эрик огибает стол и встает позади Евы, кладет ей руку на плечо, но смотрит на Грейс.

– Вы обязательно должны поехать, если получится поменяться отпусками. Надеюсь, еще не поздно?

– Да-да, постарайтесь, пожалуйста, – вторит ему Ева. – Вам очень там понравится.

– Вопрос не в том, понравится или нет. – От воинственного вида Грейс не осталось и следа, голос звучит устало. Невысказанная правда повисает в воздухе, суровая и простая, – она зарабатывает деньги, кому-то надо оплачивать счета.

– Будем надеяться, что у вас получится выкроить несколько свободных деньков.

Ева тянется через стол, чтобы коснуться руки Грейс, но в этот момент налетает ветерок, свечи трепещут и гаснут. На секунду все исчезает. Каждый будто остался один на один с темнотой. Эрик заходит в дом и щелкает выключателем. На стене загораются фонари. Стол загроможден грязными тарелками и кусками подсыхающего хлеба. На земле – батарея пустых бутылок. На решетке барбекю – подгоревшие остатки мяса. Мелисса прикладывает ладонь к урчащему животу. Не есть этим вечером оказалось очень легко: занятая другими гостями, Ева ничего не заметила. Но требуется усилие, чтобы не схватить ломоть хлеба и не запихнуть его в рот. В этот момент один за другим появляются дети. Сначала еле волочащая ноги Соррель с припухшими глазами и без юбки. Бледная Поппи идет вслед за ней, молчит и изредка икает. Сестры прижимаются к Эрику.

– Господи, девочки, – удивляется Ева. – Вы такие измученные. Что случилось с твоей юбкой, Соррель?

Соррель глядит себе под ноги и сосет большой палец.

– Наверное, так набегалась, что лопнула резинка. – Ева обнимает дочь. – Ничего, мы тебе новую купим.

Соррель приникает к матери и закрывает глаза.

Чарли встает рядом с Грейс, Блейк оглядывается на деревья. В темноте сад кажется огромным и диким заповедным пространством.

– А где Иззи? – спрашивает Мелисса, стараясь скрыть тревогу.

– Скоро придет, не волнуйся. – Пол, откинувшись на спинку стула, выливает в свой бокал остатки вина из бутылки. – Я хорошо знаю свою девочку. Она обожает эффектные появления.

Мелисса поднимается с места, подходит к краю веранды и кладет руки на шершавые перила. Сегодня она уже наговорила лишнего. Если проронит еще хоть слово, муж не подаст виду, но припомнит потом.

– Нам пора домой, – встает Грейс. – Спасибо, Ева, спасибо, Эрик. Прекрасный ужин. – Она берет Чарли за руку. – Надеюсь, Эшу понравился праздник.

Она кивком прощается с Мелиссой и остальными и направляется к машине, Блейк плетется позади.

– Отличный вечер, – бормочет Мартин и спешит догнать свое семейство.

Ева усаживает Эша на диванчик у двери и вместе с Эриком принимается убирать со стола. Вскоре появляется Иззи. Ее стройная фигурка стремительно проносится по лужайке и взлетает по ступенькам веранды. В отличие от остальных детей Иззи не выглядит усталой.

– А я что говорил? – торжествующе вопрошает Пол. – Пора домой, моя маленькая леди. Уже поздно.

Словно не слыша отца, Иззи подходит к Эшу.

– Осторожно, милая. – Мелисса протягивает руку, пытаясь ее остановить. – Он только что заснул.

Но волноваться не стоило: дочь лишь нагибается над спящим малышом и легонько целует его. Новая Иззи нежная и внимательная. Ева права, она взрослеет. По дороге домой Пол обсуждает праздник, Иззи слушает со счастливым лицом. Мелисса не вмешивается в их разговор. Она очень устала. Пол, похоже, доволен, все прошло хорошо. В темноте Мелисса скрещивает пальцы, чтобы не сглазить.

Соррель сосет большой палец. В доме тихо, потому что все спят, но она все еще слышит громкий треск костра. Она натянула на голову одеяло, но в темноте горит пламя, красное, как разинутая звериная пасть.

– Огонь – это зверь, которого нужно кормить! – кричала Иззи. – Он достанет вас, если вы не убежите.

Иззи велела бежать изо всех сил, и они неслись, пока не стали задыхаться. Остальные мчались слишком быстро, Соррель не могла их догнать. У нее разболелись ноги. Резинка на юбке лопнула, Соррель запуталась и со всего маху грохнулась на землю – бац! Юбка упала рядом. Иззи остановилась, подхватила юбку и швырнула ее в огонь – жертвоприношение зверю. «Он хочет есть», – сказала Иззи, ее глаза