Жертва - Роберт Ллойд Фиш

— Честное слово, это очень трудно объяснить, — медленно произнес Кленси. — Сегодня утром, в полусне, я видел себя в такси с Блаунтом; он бросал в окно машины деньги. Когда я проснулся, то эта картина не выходила у меня из головы, и я в конце концов понял. — Он замолчал, стараясь яснее сформулировать свою мысль. Инспектор Клайтон, хорошо знавший его, терпеливо ждал. — Грубо говоря, это следующее: побег, как и всякое дело в этом низменном мире, стоит денег. Никто из четверых сбежавших не имел концерна или богатого дядюшки. Это одинокие люди, не связанные друг с другом. Я спрашивал себя, кто же финансировал этот побег? Ведь надо было подкупить охранника, нанять машину, нужно было оружие и минимум денег на поездку и еду, не говоря уже о соответствующей одежде, которую они нашли в грузовике. Все это — деньги. Кто их дал? У Серверы не было ни цента, у его семьи и подружки тоже. Вчерашнее приключение в Олбани тоже свидетельствует о том, что Блаунт был пуст. Остаются Вилльямс и Маркус…

— Вы хотите, чтобы занялись ими? — спросил Клайтон.

— Кто-нибудь должен немедленно этим заняться. Мне нужен ответ во второй половине дня, без этого мы не можем продвинуться в нашем деле ни на шаг.

— Знаете, Кленси, — заметил инспектор Клайтон, — может быть, охранник ничего и не получил. Ему могли пообещать деньги, а потом, в качестве платы, всадить в него две пули, убив при этом сразу двух зайцев, — не расплачиваться и убрать важного свидетеля.

— Возможно, — сказал Кленси, — но это все равно не даст ответа на вопрос, кто же заплатил за остальное. Впрочем, я плохо представляю себе охранника, который стал бы рисковать без платы вперед. Он ведь определенно знал, с кем имеет дело.

Клайтон вздохнул.

— Я с вами совершенно согласен, Кленси. Будем надеяться, что нам помогут сведения о Вилльямсе и Маркусе. Но не забывайте, что сам по себе побег нас не касается. Наше дело — это поймать Серверу, пока он не убил еще кого-нибудь.

Кленси удержал готовую сорваться с его губ резкую реплику. Он знал, что инспектору прекрасно известны все его трудности.

— Мы постараемся, инспектор.

— Я полностью доверяю вам, Кленси. Только прошу держать меня в курсе дел.

— Хорошо, сэр.

Кленси положил трубку, снова взял в руки карандаш и принялся за составление рапорта. Он уже заканчивал преамбулу, когда снова зазвонил телефон. Он поднял глаза к небу и снял трубку.

— Вы интересуетесь лошадьми, лейтенант? — удивленно спросил дежурный сержант.

— Что? Лошадьми? Я? — гаркнул в трубку Кленси. — С чего вы это взяли?

— Я так и думал, — сказал сержант жалобным голосом. — Но этот тип говорил, что вы накажете меня, если я не передам вам его поручение.

— И какое это поручение?

— Я вынужден был его записать, настолько оно было бессмысленным. «Томатный сок и черный кофе бегут к югу. Анджело на сто процентов из ста принесет и на вашем месте опустит в окошечко, как только его откроют».

Кленси улыбнулся. Не было необходимости в использовании кода между Порки и им. Единственное, чего требовал Порки и в чем ему шли навстречу, чтобы его обращения к Кленси не проходили через дежурного сержанта. Они иногда употребляли код, так, ради шутки.

— Это говорит вам что-нибудь, лейтенант? — спросил сержант после минутного колебания.

— Абсолютно ничего, — твердо сказал Кленси. — Это, наверное, какой-нибудь ненормальный.

Он положил трубку, посмотрел на часы и встал. Неоконченный рапорт, как упрек, лежал на столе.

Кленси перевернул первую страницу, надел пальто и вышел из кабинета. Тут же из соседней двери показался Капровский.

— Алло, лейтенант! Не так быстро, подождите меня! Я ведь должен сопровождать вас согласно приказу капитана.

— Я иду только завтракать, — сказал Кленси. Он улыбнулся. — Ах, в конце концов, пойдемте! Вы будете вести машину.

Они вышли из комиссариата и сели в машину Кленси.

— Куда поедем? — спросил Капровский.

— К Анджело, в тот бар, где мы были сегодня утром. Потом поедим. — Он почему-то пристально посмотрел на Капровского. — Вы отвезете меня к Анджело и подождете в машине, понятно? И не спорьте!

— А я еще ничего и не сказал, — обиженным тоном ответил Капровский.

Четверг, полдень

Они остановились у Анджелос-бара в том же месте, что и утром, и тот же запах пива встретил Кленси при входе в бар. Поверх голов посетителей, устроившихся у стойки, он бросил взгляд на бармена.

— Пиво, — коротко бросил он, направляясь в глубину зала.

Порки сидел в последнем боксе перед большой порцией виски с водой. Он весело улыбнулся Кленси.

— Привет, мистер К. Слава богу, пришел час выпить. Я ненавижу пить раньше полудня. Правда, это со мной иногда случается, но мне это глубоко противно. А для вас, сэр, что заказать, томатный сок?

Подошел бармен, поставил на стол бутылку пива и стакан и вернулся к стойке.

— Пиво? — удивился Порки. — Алкоголь во время службы? Вы поражаете меня, мистер К.!

— Перед возвращением в комиссариат я пожую резинку, — сказал Кленси. Он наполнил свой стакан и медленно его выпил. — Так ты все для меня узнал? Каким же образом так быстро?

— Я все уже знал через пятнадцать минут после того, как мы с вами расстались, — с гордостью сказал Порки. — Прежде чем пойти спать, я захотел кое-что позондировать. А оказалось, что сведения валяются прямо под ногами, мне надо было только нагнуться и поднять их.

— Почему же ты не позвонил мне сразу же?

— По многим причинам, сэр. Во-первых, я хотел спать. Во-вторых, то, что я нашел, не годилось вам в таком виде. Тогда я подумал, что можно еще немного подождать. И, в-третьих, когда все идет слишком быстро, вы не цените работу. Вы думаете, что это делается как бы само собой. Заметьте, — чистосердечно добавил он, — что в этом случае все шло так быстро, что стыдно было брать у вас гонорар.

— Никто тебя и не обязывает, — заметил Кленси, снова взяв свой стакан. — Так что же ты узнал?

— Они оба были без денег. На краю пропасти. Маркус, как говорят, должен был делать деньги, но он умел их только тратить. Что бы там ни было, я узнал сегодня утром, что в тот момент, когда Маркус сбежал, он должен был две тысячи долларов Биг Бенни. Я сомневаюсь, чтобы он когда-нибудь возместил этот долг, получая по двадцать центов в день в тюрьме! Хорошо еще, что он должен Биг Бенни, а не мне, а это могло бы случиться!

Кленси покрутил головой.

— Так. А Холли Вилльямс?