На краю таланта - Марина Серова

— Ну а чего он хочет-то? — все еще не понимала я.

— Ему нужно повторно ее допросить, потому что Артур проспался, но все еще твердит, что не прикасался к отцу, а нашел его в коридоре с раной в груди.

— Вот упертый, — вырвалось у меня.

— И не говори, — согласилась Аня. — Ведь, считай, попался, но все равно делает всех идиотами. А следователь-то упорный. Воистину решил докопаться до правды.

— Хочешь сказать, что он тоже не верит в виновность Артура?

— Не знаю, во что он там верит, — раздраженно ответила подруга. — Только Машку я будить не стану. Мы под утро уснули, она после твоего ухода по дому как призрак бродила. Еле успокоилась.

— Ты хоть немного поспала?

— Совсем немного. А потом этот Северский начал телефон обрывать. А ты что делаешь?

— Друга из Америки встречала в аэропорту, — ответила я. — Сейчас пойдем заселяться. Устрою его и поеду домой, потому что еще даже не ложилась.

— Ох, е, — посочувствовала Аня. — Ну ладно, занимайся своими делами. На связи.

— Да. Ты звони, если что. Не смотри на время. Чем смогу, как говорится.

— Хорошо.

Я убрала телефон в тот самый момент, когда Саймон отошел от стойки ресепшен.

— Ключ, — показал он пластиковую карточку. — Дороговато вышло, но обещали исключительно положительные эмоции. Проводишь меня?

Номер располагался на седьмом этаже и, конечно, стоил своих денег. Он был спроектирован по типу просторной студии, разделенной на две зоны. В одной Саймон мог сидеть на диване и смотреть телевизор или любоваться панорамой города через высоченные окна, а другая служила спальней. Она тоже была немаленькой, и широченная кровать занимала добрую половину пространства. Также в номере имелся уютный закуток с мини-кухней и довольно просторный санузел с ванной и душевой кабиной.

Мы обессиленно упали на диван.

— Это так замечательно, — сказал Саймон.

— Самое оно, — подтвердила я.

Если бы он предложил остаться, я бы сразу согласилась, но только с одной целью — выспаться. Отношения между мной и Саймоном не имели никакой романтической окраски, и я бы совершенно спокойно устроилась либо на диване, либо в спальне, не боясь, что от меня захотят каких-то интимных услуг. Но также я прекрасно понимала, что наша дружба пока еще не на том уровне, когда все делается запросто. Мы все еще напрягали друг друга своим присутствием, и я просто мечтала добраться до дома.

— Ну что? — повернулась я к нему. — Доволен?

— Очень. Спасибо тебе.

— Тогда я пойду.

Как я и предполагала, он не стал меня останавливать. Проводил до двери и поддерживал под руку, пока я обувалась.

— Ой, я ж забыла!

Я достала из сумки коробку с игрушечным медведем.

— Купила тебе, а потом из головы вылетело.

— Он очень классный, Жень!

— Будешь спать с ним в обнимку.

Саймон кивнул и бросил игрушку на диван.

— Вечером созвонимся, — напомнил он.

— Обязательно, — с облегчением ответила я и, поцеловав его в щеку, вышла в коридор.

До дома я добиралась на автобусе. Изо всех сил стараясь не клевать носом, бездумно глазела в окно, прокручивая в памяти прошедший день. День рождения, большой Саймон, соленые орешки для Ани, расстроенная Катя, салат оливье, синие мигалки на крыше «Скорой» — все смешалось в голове. Но мысли неуклонно возвращались к Маше. Не к той, которую я впервые увидела на кухне ее квартиры, а к той, которая в растерянности стояла возле подъезда собственного дома и смотрела вслед машинам, развозящим членов ее семьи по разным углам. Ведь в тот момент земля практически разверзлась у нее под ногами. Или это произошло чуть раньше, когда она вышла из своей комнаты и увидела брата, склонившегося над окровавленным телом отца?

Странно, что Артур до сих пор не признался в содеянном. Он наверняка протрезвел и, может быть, даже немного поспал в следственном изоляторе. Я запомнила его высокомерным и хамоватым мальчишкой, который почему-то решил, что ему можно абсолютно все. Маша описывала его таким же. Но я увидела его и другим. Он стоял на коленях, а на его руках были наручники. Он кричал, что-то пытался сказать, но ему не дали этого сделать. Если бы он на самом деле был виноват, то разве стал бы так сопротивляться? Что-то мне подсказывало, что нет. В чем же тогда дело? Может, был слишком пьян? Да не похоже. Пьяные на ногах стоят плохо, а его хоть и колбасило, но по другой причине — он был измучен, если можно так сказать. Устал доказывать. Не сумел докричаться. От того и обессилел.

Автобус доставил меня до нужной остановки. По пути домой я купила в магазине большую бутылку минеральной воды. То, что нужно после полутора суток без сна.

Тети Милы дома не было. В квартире стояла тишина, а на кухонном столе лежала записка, в которой тетушка сообщала, что ушла в поликлинику, потом ей нужно в парикмахерскую, а после по магазинам. Спасибо, теть Мил.

Добравшись до постели, я села на край кровати и опустила голову на руки. Неужели все позади? И Саймона встретила, и с Аней связалась. Как же хорошо, когда совесть чиста!

Последнее, о чем я вспомнила перед сном, был игрушечный рыжий медведь.

— Да кто там опять? — взорвалась я и схватила мобильник.

За окнами было темно, но на время я даже не посмотрела.

— Это следователь, — сказали на том конце провода. — Виталий Андреевич Северский беспокоит. Евгения?

— Ну а кто же еще? — не удержалась я и, приняв вертикальное положение, попыталась убрать с лица волосы.

— Кажется, я вас разбудил.

— Нет, вам не кажется.

— У меня вопрос относительно Артура Замберга. Точнее, его сестры. Не могу до нее дозвониться.

Ах вот оно что! Аня жестко держит оборону и всяко оберегает Машу от полиции, поэтому следователь решил пойти в обход?

— И чем я могу вам помочь? — спросила я, спуская ноги с кровати.

— Если я правильно понял, Мария Дмитриевна не в состоянии со мной побеседовать. А вы?

— Что «я»?

— Сможете сейчас приехать в отдел? У меня к вам вопросы.

— Ко мне?

Прижав трубку к уху плечом, я влезла в джинсы.

— К вам, да. Когда вы будете?

— А который час?

— Половина восьмого. Ну так что, приедете?

Я с шумом выдохнула воздух, все еще не понимая, зачем следствию понадобилось вызвать именно меня? Какой такой интерес именно к моей персоне? Я же четко объяснила красавчику следователю, что с семьей Забмергов практически не знакома и оказалась у них дома по чистой случайности, а потом заехала за забытым мобильным телефоном