Бундори - Лора Джо Роулэнд

— Вы получили описание убийцы? — перебил Янагисава.

— Нет, досточтимый канцлер, не получил. — Вынужденный вновь дать отрицательный ответ, Сано растерялся.

— Гм-м. — В тоне Янагисавы прозвучали одновременно презрение и удовлетворение.

Внезапно Сано вспомнил, каким взглядом наградил его канцлер вчера утром. Похоже, канцлер питает к нему враждебность. Сано и представить не мог, чем заслужил подобное отношение, это ставило его в крайне невыгодное положение. Но если правила приличия не позволяют ему потребовать объяснений от Янагисавы, то как же быть?

— Я выяснил, Каибара часто посещал аптекарскую улицу в районе Нихонбаси, — сказал Сано, стараясь придать голосу уверенность. — Не исключено, убийца враждовал с Каибарой и, зная о его привычках, спокойно поджидал в укромном месте.

— Возможно, — неохотно согласился Янагисава.

Цунаёси вышел из задумчивости и перевел взгляд на Сано. Тот несколько приободрился.

— Полагаю, у вас имеются улики, — сказал канцлер, — подтверждающее ваше… предположение?

«Выдумку», — уточнила интонация.

На сей раз Сано избежал проклятого отрицания:

— Завтра, когда я навещу семью Каибары…

— Вы еще не навестили семью? — Голосом канцлер выразил удивление, ухмылкой — злорадство. — Сёсакан, боюсь, ваше… предположение не подтверждено фактами.

Сано почувствовал прилив ярости. Зачем Янагисава губит его? Ему стало хуже, когда он заметил, как канцлер и сёгун опять переглянулись. «Он глуп», — сказал взгляд Янагисавы. «Думаю, вы правы», — ответил взгляд Цунаёси.

Сообразив, что должен действовать быстро, если желает вернуть расположение сёгуна, Сано выпалил:

— Я съездил в морг и обнаружил…

— В морг! — Ужас, прогремевший в восклицании Янагисавы, заставил его замолчать. — Ездить туда, где обитает смерть, напоминать о ней его превосходительству! — Он повернулся к сёгуну. — Пожалуйста, извините этого человека за невежливость. Без сомнения, не он сам, но рождение и воспитание виноваты в прискорбном отсутствии у него такта.

Искреннюю просьбу сопроводил ледяной взгляд. Янагисава дал понять: он не хочет, чтобы Сано простили, он намеренно оскорбляет семью сёсакана. Сано захлестнула бессильная ненависть к канцлеру.

— Прошу прощения, ваше превосходительство, — буквально выдавил он из пересохшего горла.

Цунаёси оживился:

— Прощаю.

Тщательно подбирая слова, Сано сказал:

— Я только хотел сообщить, Каибара является не первой жертвой охотника за бундори. Десять дней назад еще один человек был убит точно таким же образом.

У Сано отлегло от сердца, когда сёгун внимательно посмотрел на него. А у Янагисавы затрепетали ноздри, красиво очерченный рот от досады вытянулся твердой тонкой полоской.

— Ваше превосходительство, мне кажется, это убийство поможет выяснить мотивы и личность преступника, — постарался Сано удержать внимание Цунаёси.

— Далеко идущее, э-э, заключение. — Сёгун задумчиво потер подбородок.

Но триумф Сано оказался недолгим.

— Еще одно убийство. — Темные влажные глаза Янагисавы озорно блеснули. — Как же так, сёсакан Сано, разве оно не разрушает ваше предположение, будто убийца и Каибара были врагами? — Он безошибочно определил слабое звено в логической цепочке, выстроенной Сано. — Поразительно, как вам удалось всего за день запутать такое простое дело. — От презрительного смеха у Сано по спине пробежал холодок. — Правда?

— Нет! — парировал Сано. — Другое убийство по-новому освещает дело. — Он принялся излагать план действий на следующий день, но замолчал, увидев, что Цунаёси вновь уставился на дверь.

Янагисава засмеялся, чем и подвел итог: сёсакан потерпел поражение.

Сано растерялся. У аудиенции оказался странный подтекст. Совершенно ясно, канцлер не желает, чтобы он поймал охотника за бундори. Янагисава сознательно выбрал время, когда вмешаться в беседу, и привел молодого актера нарочно, с целью отвлечь внимание Цунаёси. Но почему? Сердце Сано сжалось от страха.

— Ваше превосходительство, что касается полиции…

— Вот именно. — Янагисава пожал плечами. — Странно, что, располагая такой поддержкой, вы не сумели ничего добиться. — Злобный огонек в глазах выдал, что озабоченность является наигранной. — Однако, думается, нет смысла обсуждать полицию. Я лично распорядился, чтобы ее помощь вам была и впредь эффективной.

Даже находясь в полном смятении чувств, Сано оценил хватку Янагисавы. Канцлер не дал рассказать ему о том, что полиция не получила приказ оказывать содействие расследованию и потому ничего не делает. Тем самым подтвердилось подозрение: канцлер, и никто другой, постарался нейтрализовать полицию. Ощущение безвыходности усилилось, канцлер загнал его в тупик. Нужно добиться содействия полиции, иначе преступление не раскроешь. Для этого следует вывести Янагисаву на чистую воду и попросить Цунаёси о помощи. Но кодекс бусидо запрещал и то и другое. Сано услышал голос отца: «Любая критика старшего чиновника повелителя означает критику самого повелителя — это недопустимо! И еще. Самурай не имеет права чего-либо просить у своего господина». Сано попал в тиски обещаний, данных отцу: соблюдать правила бусидо и прославиться. Он не мог выполнить второе обещание, не нарушив первого. Что делать? Как страстно Сано желал получить отеческий совет!

Победоносная улыбка на лице Янагисавы показала: канцлер прекрасно понимает, в какое затруднение поставил Сано.

— Так как у вас есть план действий, лучше не тратить больше времени на разговоры, — спокойно сказал он и повернулся к сёгуну. — Ваше превосходительство?

— Что? Ах да. — Цунаёси перевел взгляд с двери на Сано. — У меня послезавтра намечена встреча с Советом старейшин. Тогда вы и доложите нам последние результаты вашего, э-э, расследования. — Он махнул рукой. — Вы свободны.

Чувствуя себя незаслуженно обиженным, Сано отвесил прощальные поклоны. Путь к дверям показался ему началом дороги к краху. Тем не менее он выполнит оба обещания, данные отцу, даже если придется погибнуть, преодолевая препятствия, в число которых теперь входит новый и могущественный противник.

На пороге комнаты Сано услышал, как сёгун сказал Янагисаве:

— Остаток ночи я пробуду, э-э… в покоях. Проследите, чтобы меня не беспокоили до утра.