Цветы смерти - Ли Тонгон

– Ли Ёнхван – человек, который не может умереть. Он как бог. Невероятный человек, который спасет мою дочь от смерти и сделает нашу семью снова счастливой. – Пак Чечжун закрыл глаза и повторял эту фразу как молитву.

Внезапно раздался стук в дверь. Кто-то настойчиво хотел зайти к нему в комнату. Но он не заказывал ни еду, ни уборку.

Стук повторился. Человек с той стороны выругался.

Пак Чечжун встал с кровати и осторожно, стараясь не создавать шума, направился к входу. Если бы кто-то и узнал адрес гостиницы, он бы наверняка пришел, чтобы предложить помощь. Кто в здравом уме попробует тронуть юриста? Но почему-то Пак Чечжун не чувствовал себя в безопасности.

Он вплотную подошел к двери и прислушался. Снаружи определенно кто-то стоял. Адвокат слегка приоткрыл ее и увидел мужчину лет пятидесяти, одетого в потертый серый джемпер и изношенные хлопковые штаны.

– Господин адвокат, я могу войти? Мне… мне нужно кое-что вам сказать, – произнес он.

Мужчина выглядел потерянным и заплаканным, а его голос был полон равнодушия. У адвоката сложилось ощущение, что тот недавно стал вдовцом.

Пак Чечжун не знал, зачем этот человек пришел к нему. Он не собирался ни помогать, ни навредить. К тому же он не собирался бездумно ломиться к нему в номер.

– Нет, давайте поговорим здесь, – холодно и твердо ответил адвокат. Он держался рукой за ручку двери, чтобы в случае чего немедленно захлопнуть ее.

Мужчина кивнул в знак согласия. Такой вариант его устраивал.

– Господин юрист, я… у моей матери деменция. Несколько лет назад она ушла из дома. Но в этом году я нашел ее. Она стала жертвой Ли Ёнхвана… А у меня нашли фиброз легких, врач говорит, что мне недолго осталось… Как же так… – Внезапно мужчина заплакал, но его слова все еще можно было разобрать.

– И что же вы от меня хотите? – нахмурился Пак Чечжун. Ситуация начинала его раздражать.

– Тот, кто убил мою мать, единственный, кто может спасти меня прямо сейчас. Как я могу просить этого мерзавца вылечить меня? Но я слишком хочу жить. – Мужчина зарыдал и упал на колени. – Врачи говорят, что меня спасет пересадка легких, но у меня нет денег… Господин адвокат, дайте мне денег…

Пак Чечжун напрягся, его дыхание участилось. Раздражение медленно начало перерастать в гнев.

– Вы не первый, кто приходит с подобной историей. Поэтому просто уходите, – понизил он голос.

– А как же… Помогите… – Внезапно мужчина толкнул дверь, которую держал Пак Чечжун, и попытался заползти внутрь.

Глаза адвоката заполнил гнев. Стиснув зубы, он ударил мужчину по лицу. Тот упал навзничь, стеная от боли. Пак Чечжун на этом не остановился и продолжил пинать мужчину до тех пор, пока он не выкатился в общий коридор.

– Убирайся отсюда! Как ты смеешь просить у меня что-либо? Ли Ёнхван должен жить, а твоя жизнь ничто по сравнению с жизнью моей дочери, – завопил Пак Чечжун, со стуком захлопнув дверь. Он слышал, как мужчина плакал и выл.

Постепенно его гнев сошел на нет. Он ударил человека… Он не должен был этого делать, но потерял контроль над собой.

Сперва Пак Чечжун отошел от двери и вытащил из холодильника бутылку воды. В последнее время он чувствовал, что не в силах контролировать свою злость. Это казалось своего рода болезнью. Конечно, он часто выходил из себя, но не до такой степени. Он думал, что это происходило из-за Ли Ёнхвана. В голове адвоката крутились разные мысли.

Мир сходил с ума. Его дочь умирала, люди боролись друг с другом, чтобы убить или пощадить преступника. А он сам ударил человека.

Ли Ёнхван ставил опыты на еще не родившихся детях, стер пожилого человека в порошок, чтобы понять специфику генетических заболеваний, а еще пришивал части тела одного человека другому.

В памяти Пак Чечжуна одна за другой всплывали фотографии жертв. Мысли заполонили его голову, а эмоции размягчили тело. Казалось, еще немного, и он сойдет с ума. Внезапно зазвонил телефон и вернул адвоката в реальность.

Пак Чечжун поставил бутылку на холодильник и взял с кровати мобильный. Звонила жена. В это время они обычно общались с дочкой. Они созванивались и вчера вечером, и сегодня утром. Но в этот раз Пак Чечжун чувствовал, что что-то не так. Ему сообщили, что дочь впала в кому.

Он немедленно выехал в Сеул. Адвокат гнал по шоссе, не обращая внимания на спидометр. Если он попадет в аварию, то от него не останется и мокрого места. Несмотря на позднее время, на дороге было много машин. Но Пак Чечжун не снижал скорость и лавировал между ними, игнорируя все правила движения.

Он приехал к больнице, бросил машину и побежал в реанимацию. Звук сирен «скорой помощи» мягко отражался в ночном небе. Когда он добежал до места, за его спиной закричали:

– С дороги!

Пак Чечжун оглянулся. Врачи с каталкой бежали к реанимации. На ней лежала женщина в крови. Когда они пронеслись мимо него, он заметил, что ее лицо было покрыто песком вперемешку с кровью, правая рука сломана, кости раздроблены, а из живота торчали металлические прутья.

Пак Чечжун отвлекся на женщину, представил на ее месте свою дочь, но быстро привел себя в чувство и последовал за ними в реанимацию.

Внутри все было в движении. Отовсюду слышались стоны, на кроватях лежали пациенты, увешанные приборами. И его дочь…

– Остановка сердца! – закричал врач.

Непонятно, откуда кричали, но все доктора и медсестры сразу сорвались с места. Халат одного из них был в крови. Пак Чечжун снова остановился и погрузился в мысли, но через мгновение встряхнул головой, чтобы прийти в себя. Он двинулся туда, откуда исходил крик. С каждым шагом тревога усиливалась.

Он прошел мимо мужчины, находившегося без сознания после аварии, женщины, выпавшей из окна, студента, пытавшегося свести счеты с жизнью, и наконец увидел дочь. Во рту и в носу у нее торчали трубки. Рядом сидела его жена и плакала. Пак Чечжун остановился и часто заморгал, будто ему что-то попало в глаз.

– Здравствуйте… Вы, наверное, отец девочки? Ее состояние сейчас… – Доктор, стоявший у кровати, зашептал ему что-то на ухо.

Адвокат не понимал, что ему говорил врач. И не хотел понимать. Разум помутнел, ноги затряслись. Ему было нечем дышать, казалось, сердце сейчас разорвется на части.

Пак Чечжун едва держался на ногах. Еще сегодня утром он разговаривал с дочкой по телефону, а сейчас она лежала без сознания. Он понимал, что