Цветы смерти - Ли Тонгон

Перед глазами появилась мама с ножом в животе. Она посмотрела на него, и из ее рта полилась кровь.

– Сволочь! Решил спасли Ли Ёнхвана? Ты же судья! – резко встал со стула Чан Тонхун и указал пальцем на судью. Тот быстро поспешил покинуть зал заседания. – Эй! Ты куда собрался!

Прокурор схватил судью и преследовал его, будто собирался убить. Ему на помощь поспешили младшие прокуроры и оттащили Чан Тонхуна в сторону. Он оттолкнул одного из них, но второй крепко вцепился в его одежду.

– Отвали! Иди сюда!

Какое-то время они стояли в зале. Тем временем судья куда-то исчез. Прокурор все еще был вне себя от ярости.

– Нет, черт! Он собирается спасти Ли Ёнхвана? Как он смеет! – Он ударил кулаком о стену и крепко выругался.

– Прокурор Чан, сперва, пожалуйста, успокойтесь… – пытался вразумить его младший прокурор.

– Иди к чёрту! Где этот мерзавец судья? Я ему сейчас покажу!

Прокурор сплюнул прямо в зале суда. Затем внезапно схватил голову младшего коллеги двумя руками и посмотрел ему прямо в глаза.

– Я найду всех, кто в сговоре с этим подонком-судьей. Ты понял?

– Мне кажется, вам сперва стоит успокоиться, а потом поговорим, – попытался утихомирить его младший прокурор.

Чан Тонхун отпустил коллегу, вытер руки, свое лицо и уткнулся лбом в стену. У него никогда не получалось унять свой гнев. Он снова закричал, а потом повернулся к младшему прокурору и спросил:

– Ты считаешь, Ли Ёнхван должен жить?

– Нет! Конечно, умереть. Его надо казнить. – Он сказал это не потому, что хотел успокоить старшего коллегу. Он действительно так считал.

Чан Тонхун медленно обернулся и с удивлением посмотрел на прокурора:

– Почему?

Чан Тонхун видел людей, желавших Ли Ёнхвану смерти, только по телевизору. Поэтому младший прокурор стал первым знакомым, который разделял его мысли.

– Потому что так правильно. А зачем тогда законы нужны, если отпускать каждого преступника, обладающего необыкновенными способностями? Подонки, которые убивают людей, должны почувствовать то же самое, что и их жертвы.

Младший прокурор сам не пострадал от действий Ли Ёнхвана и не пережил травматичный опыт в прошлом, как Чан Тонхун. Он просто усердно учился, чтобы стать прокурором. А убить преступника он хотел из-за чувства справедливости.

После слов коллеги Чан Тонхун успокоился. Но не успел он и рта открыть, чтобы ответить, как увидел бегущего к нему человека.

– Прокурор Чан! Твои ругательства слышны аж на первом этаже! – крикнул он ему. Это был главный прокурор Куама.

При виде его Чан Тонхун расслабился.

– Неужели Ли Ёнхван останется безнаказанным? – спросил он, подойдя к главному прокурору.

– Ты думаешь, что только мы решаем? Иди за мной, – сказал собеседник, мягко подтолкнув его в спину.

– Куда мы идем? Тебе не кажется абсурдным помиловать преступника, который убил двести двадцать три человека?

– Какое помилование? Он еще даже операцию не провел. Я же сказал, следуй за мной, – раздраженно проворчал старший прокурор и потащил его прочь. Холл опустел. И только младший прокурор продолжал стоять в одиночестве. Он чувствовал, что не стоило идти за коллегами.

Главный прокурор увел Чан Тонхуна в отдельную комнату. Там стоял стеклянный стол и три черных кожаных кресла. На одном из них сидел один из членов правительства и пил кофе. Рядом с ним расположился парламентарий Пэк.

Как только Чан Тонхун вошел, он сразу увидел знакомое лицо.

– Господин Пэк! Как же так? Разве это правильно позволять Ли Ёнхвану оперировать? – начал было он, подойдя к наставнику, но тот жестом указал ему замолчать и сесть за стол.

– Прокурор Чан! Снизьте тон, сядьте и поздоровайтесь! – сказал Пэк, указывая на сидящего рядом мужчину.

Чан Тонхун заметил напряжение в его глазах, перевел взгляд на политика и тепло поздоровался. Причина была проста – этого человека нельзя игнорировать. Чан Тонхун, которого обычно невозможно был остановить, затрепетал перед ним. Мужчина ничего не делал. Не сказал ни слова, не сделал ни жеста. Он просто сидел и пил кофе. Так выглядит сила. Невидимая сила, которая двигает этот мир.

Чан Тонхун последовал совету парламентария и сел в кресло. Внезапно старший прокурор вышел, оставив их наедине.

– Господин Пэк! Он убил двести двадцать три человека. Как это объяснить семьям жертв? Ему все сойдет с рук? – Его тон стал мягче, но злость никуда не ушла.

– Я прекрасно знаю, что вы переживаете за семьи жертв. Но мы выплатим им достойную компенсацию. Решение о проведении операции принято в правительстве. Слишком поздно что-то менять. Давайте сменим тему. Будете кофе?

– Нет! – закричал Чан Тонхун и вновь вскочил с места.

Чайная ложка, которой мешали кофе, прилетела ему в лоб и упала на пол. В комнате воцарилась тишина. И только катящаяся ложка еще какое-то время стучала о паркет.

Чан Тонхун проглотил язык от удивления. Высокопоставленный член правительства взял со стола кружку, сделал глоток и поставил ее обратно.

– Прокурор, как ты смеешь говорить с парламентарием в таком тоне? Как тебя зовут? – сказал политик. В его голосе не было ни злости, ни издевки. Он просто не воспринимал его всерьез.

– Чан Тонхун, прокурор города Куам. – Он поклонился и постарался спрятать свой гнев как можно глубже.

– Я для тебя пустое место?

– Нет. – Чан Тонхун продолжал стоять в поклоне.

– Я сижу перед тобой. Почему ты посмел повысить голос на члена парламента?

– Прошу прощения. Не должен был этого делать.

Политик вновь сделал глоток и продолжил:

– Слышал, ты думаешь о карьере политика.

– Да.

– Но почему так ведешь себя в моем присутствии?

– Прошу прощения.

– Выпрямись.

После его слов прокурор Чан Тонхун встал ровно и надел на лицо привычную маску хладнокровия.

Член правительства жестом указал ему сесть. Тот немедленно последовал приказу.

– Прокурор, ты хорошо поработал над делом. Дальше мы позаботимся о нем сами; отдохни. Мне кажется, ты хороший человек. Горячий и мужественный, ты мне понравился. И уверен, что твой имидж после суда улучшится. Знаешь же, в политике это очень важно. А вообще ты понравился мне как человек с первого взгляда.

Чан Тонхун слегка кивал и впитывал каждое его слово.

– Дай мне твою визитку, – внезапно произнес он.

Прокурор вскочил с места, достал из кармана визитку и, поклонившись, вручил ее политику двумя руками.

– В следующий раз угощу тебя выпивкой. Теперь мы будем видеться чаще, – напоследок сказал политик.

– Я вас понял. До следующей встречи.

Высокопоставленный член правительства вышел из комнаты. Странная тишина повисла между Чан Тонхуном и его наставником.

– Ничего не поделать, приказ президента… Мы должны подчиниться, –