Последнее японское предупреждение - Марина Крамер

– А дальше я ничего сказать не могу, хотя информация есть.

– Не понял.

– Я попросила Савву и Ольгу – ты ведь помнишь Олю Паршинцеву? – Муж нетерпеливо кивнул. – Ну, вот. Я их попросила сходить сегодня в музей и расспросить ту старушку, которая своими глазами видела пропажу клинка, как все было.

– То есть клинок все-таки пропадал? – уточнил Акела, делая какие-то наброски на листе бумаги.

– Там история какая-то темная. Вот слушай. Смотрительница замечает пропажу клинка со стенда, бежит, чтобы вызвать полицию, но когда те приезжают – оп-па, клинок висит себе на прежнем месте. Понимаешь?

– А не могло бабуле померещиться?

– Могло, – вздохнула я, – вот потому я и попросила Ольгу с Саввой все разузнать. И Ольга что-то узнала, но встретиться с ней сегодня я, по понятным причинам, не смогла, – не удержалась я и слегка уколола мужа.

Акела стремительно поднялся, захлопнул книги и скомандовал:

– Собирайся, мы едем к Паршинцевой.

– А… папа и Соня?

– Ничего, не маленькие, приедут и без нас поужинают. Хотя, зная Бесо, не думаю, что им это будет нужно.

Да уж. От гостеприимного и хлебосольного грузина еще никто никогда не выходил с прицелом на домашний ужин, это точно.

Я побежала к себе, наскоро оделась и позвонила Ольге:

– Ты дома?

– Да, где мне быть-то? – удивилась она.

– Мы к тебе приедем минут через сорок, спустишься, чтобы маму твою не пугать, хорошо?

– Спущусь, не проблема. Только… ты с кем приедешь?

– С Сашкой. Мне нужно, чтобы он услышал все, что ты расскажешь.

– Хорошо, я вас жду.

Когда я вышла во двор, Сашкин старый «Прадо» уже стоял у ворот, а сам Акела сидел за рулем. Я забралась на сиденье рядом с ним и пристегнула ремень – в состоянии такого возбуждения Акела запросто может вдавить педаль газа в коврик, а мне не хотелось выйти через лобовое стекло.

– Как ты додумалась до всего этого? – спросил Сашка, не отрывая взгляда от дороги.

– Да не додумывалась я. Просто проанализировала. Кстати, я вообще не уверена в том, что клинок подлинный. Думаю, что ты тоже, потому и рылся в справочниках.

– Ты права. Но непонятно тогда, с чего автор статьи решил, что в банке есть какой-то клинок? У нас и хранилищ такого размера нет, это ведь не коробочка с бриллиантами, даже если его разобрать, все равно лезвие в ячейку не войдет.

– Саша, надо все проверить и в банке, понимаешь? Это неспроста. И клинок – тоже неспроста. Тот, кто сделал ставку именно на это, прекрасно осведомлен о твоем увлечении.

– Это не секрет, – отозвался муж, – о моем увлечении в городе любая собака знает.

– Так тем более это было сделано с умыслом. Например, скомпрометировать тебя в папиных глазах, – вдруг сказала я. Эта мысль пришла мне в голову уже давно, но озвучить я ее решилась только что. Ведь действительно – чего проще? Рассорь отца с Акелой и дальше спокойно веди атаку на моего родителя, потерявшего поддержку.

Дядя Моня и Бесо уже не особенно идут в расчет. Конечно, они не бросят, но такой маневренности, как у Акелы, у них уже нет, один старый авторитет, а на нем далеко в нынешней ситуации не уедешь.

– Я не совсем понимаю.

– Это, конечно, в порядке бреда, но подумай… Клинок мог оказаться у тебя – ну, тот же похититель принес, продал, отдал – что угодно… А ты в обход папы…

– Аля, это настолько глупо, что я и слушать не хочу, – перебил Акела. – Ты просто представь, какая нужна подготовительная работа для такой операции. Кто будет возиться? Все можно решить проще и быстрее, если пришла охота меня убрать.

– А тебя никто не хочет убрать физически. Тебя хотят убрать из нашей семьи, понимаешь? – не отступалась я, хотя в словах мужа, на мой взгляд, было больше логики, чем в моих.

Мы проехали пост ГИБДД, на парковочной площадке которого почему-то оказалось много фур с прицепами, въехали в город и направились в противоположный его конец, там и жила Ольга.

– Может, мы в кафе посидим? – предложила я, но Сашка отрицательно покачал головой:

– Давай втягивать в это дело как можно меньше народа, хорошо? И так уже и эта девочка в курсе, и Никитин брат. Зачем нам лишние уши в кафе? Мало ли кто окажется по соседству, а ты иной раз плохо держишь себя в руках и говоришь громко совершенно недопустимые вещи.

Я отметила про себя, что никогда не говорила мужу о наличии у Никиты брата-близнеца, а Акела это откуда-то знает. Хотя чему я удивляюсь? Человек всю жизнь добывает информацию для других, особенно такую, которую не всякому под силу, так почему не добыть ее для себя лично?

– Я попросила Ольгу спуститься, у нее мама больна, к чему волновать женщину?!

– Молодец. В машине и поговорим.

Район, в котором жила Ольга, довольно плохо освещался, и это производило неприятное, даже гнетущее впечатление. Серые однотипные дома-коробки высились по обе стороны от трассы, а под крышей одной из автобусных остановок, сохранившейся, видимо, еще с советских времен, я с удивлением увидела стайку «девушек-потаскух легкого поведения», как говаривал дядя Моня.

– Надо же, я думала, что на трассе уже сто лет никто не работает, – пробормотала я, но Акела услышал:

– Откуда тебе это знать? В таком районе, как этот, такой товар стоит копейки, да и контингент соответствующий – им не до «салонов» и «кабинетов массажа».

– Оно и видно, – буркнула я.

– Осуждаешь?

– Ты научил меня не судить людей за их выбор, помнишь? Вот я и не сужу. Наверное, они иначе не могли.

Акела невесело усмехнулся, но больше никак не прокомментировал.

– Ты знаешь, кому принадлежит «Фараон»? – кивнул он на здание торгово-развлекательного комплекса, которое мы проезжали.

– Откуда? Конечно, не знаю, а это важно?

– Как знать… а хозяин тут как раз Витя Меченый.

А вот это уже кое-что… Значит, Акела всерьез принялся «разрабатывать» версию о Меченом, которую я ему подбросила, вот и выяснил, что недавно построенный и открывшийся с большой помпой торговый центр – Витина вотчина. Непонятно только, какой смысл строить подобное заведение в рабочем районе с очень дешевым жильем. Народ тут проживал далеко не самый обеспеченный, и из всего изобилия магазинов, пожалуй, спросом пользовался только супермаркет низшей ценовой категории. А весь этот «кричащий гламур» явно мимо… Это все равно что открыть казино в пустыне Сахара, например.

Ольга уже ждала нас у подъезда – прохаживалась туда-сюда, сунув руки поглубже в рукава пуховика и надвинув отороченный мехом капюшон на самые глаза. Акела припарковал машину, и я, открыв дверку, поманила Паршинцеву:

– Забирайся скорее, замерзла ведь.