Убийства в Солтмарше - Глэйдис Митчелл

— А я думала, вашей жене этот дом не нравится.

— Никоим образом. Так где ваша петиция? — И он улыбнулся. Да, вылитый волк, ничего не скажешь. Меня вдруг осенило:

— Скажите, а не вы были на крыше Бунгало в ту ночь?

Гэтти смутился, но не замедлил ответить:

— Я, мистер Уэллс.

— Ну и ну — вот все, что я могу сказать.

— Что-что вы можете сказать? — переспросила миссис Брэдли, одаривая меня не слишком сердечным взглядом, который я смело встретил. Она меня как будто хотела запугать!

— Я имел в виду — он мог кого-нибудь убить, — пролепетал я. Мне хотелось как-то умилостивить спутницу, ибо смотрела она уже свирепо. А еще очень хотелось — просто не терпелось — выяснить, чего ради Гэтти швырялся черепицей.

— Так в чем же дело? — сурово спросил я.

Гэтти вдруг как-то сник, словно ростом меньше стал. У меня-то рост пять футов и одиннадцать дюймов — без обуви.

— Это Берт виноват, — вымолвил он, слегка покраснев. — Не нужно было меня запирать. Я и думать не думал, что он сыграет со мной такую шутку.

Я едва не вскрикнул от удивления, но тут миссис Брэдли нечаянно выбила из рук Гэтти ручку, и все мы нагнулись и стали ее искать. Прошло немало времени (подозреваю, что ручка была у миссис Брэдли, поскольку она в конце концов и передала ее хозяину). Затем она протянула ему лист, на котором уже стояло несколько подписей, и он вписал свое имя. Мы помахали на прощание миссис Гэтти и вышли на дорогу.

— Когда-нибудь, — задумчиво молвила миссис Брэдли, — нужно будет заняться изучением лжи как таковой. Интересно, почему лжет миссис Гэтти? Из страха, ради спокойствия или же просто развлекается?

— А она лжет?

— Несомненно. И кстати, молодой человек, если вы и вправду желаете помочь, не задавайте вопросов людям, с которыми я беседую. Так вы мне все испортите. Расскажите-ка подробнее о происшествии в Бунгало.

— Про Гэтти? — уточнил я.

— Про Гэтти. Приятно знать, что это был не разбойник. И поподробнее, пожалуйста.

Я рассказал ей все от начала до конца.

— Мне нужно вернуться в Моут-Хаус, — заявила она. — Следует уточнить кое-какие детали. А вы, мой мальчик, побудьте здесь.

— Я — с вами.

Миссис Брэдли казалась такой хрупкой, а этот Гэтти с волчьей улыбкой доверия у меня не вызывал.

Теперь супруги поменялись местами: он подстригал газон, а она занималась розами.

— О, крокодил и козлик опять пришли! — сообщила миссис Гэтти мужу. Он оставил газонокосилку и подошел.

Я невольно восхитился манерой миссис Брэдли вести беседу. Она без предисловий спросила:

— Так как, говорите, вы попали в часовню?

— Меня затащили туда Берт и его слуга.

Я едва не поперхнулся. Раньше он говорил, что заключил пари! Видно, уже позабыл. Выходит, перед нами сразу два лжеца!

— А почему? — поинтересовалась миссис Брэдли. — Вы ему чем-то досадили?

— Не думаю. Наверное, у него есть какой-то секрет, и я его случайно чуть не раскрыл. В тот вечер у меня на выезде из Уаймута сломалась машина, и я шел домой мимо бухты и каменоломен. Пробирался в темноте, и тут они на меня набросились и потащили в церковь. Не знаю, почему нас никто не видел. Когда вы меня выпустили, я решил пойти к Берту и устроить что-нибудь в отместку. Ведь — подумать только! — я просидел в этой жуткой часовне почти тридцать шесть часов! Я влез на крышу Бунгало — сначала, конечно, отдохнул и перекусил — и заглянул в окно мансарды, но уже стемнело, и я ничего не разглядел. Пока я там ползал, нечаянно расшатал пару черепиц. Они упали, как раз когда мистер Уэллс и юный Куттс вышли из дому. Я ужасно перепугался — думал, ушиб их. Я прятался от Бертова револьвера за трубой, и плитки выскользнули у меня из рук. У Берта наверняка есть какие-то тайные делишки, и я намерен все выяснить.

— Замечательно! — сердечно сказала миссис Брэдли. — Удачи вам в подстригании газона.

Мистер Гэтти посмотрел на нее как на сумасшедшую, вздохнул и взялся за газонокосилку. Миссис Брэдли повернулась к стоявшей рядом миссис Гэтти.

— Дорогая моя, — начала та, — зачем крокодилу разговаривать с волком?

— Милый мой страус, а кто сообщил вам, что волк заперт в часовне?

— Никто не говорил. — Глаза миссис Гэтти ласково смотрели из-под золотых очков — обычная, нормальная женщина средних лет. — Я сама его там нашла. Ой нет! Мне мистер Берт сказал. Наверное, думал, что мне нужно пойти и выпустить волка. — И она захихикала.

— А вы его не пытались выпустить? — спросил я, и миссис Брэдли ткнула меня в ребро. Я успел позабыть о ее инструкциях и теперь стал лепетать какие-то извинения. Однако сказанного не воротишь. Миссис Гэтти тут же сделалась серьезной.

— Нет, не пыталась. Очень уж хорошо получилось, правильно. Я на него только посмотрела, а он меня не видел и не слышал, и вернулась домой, и все думала, а потом, когда решила, что он уснул, пошла поговорить.

Я многозначительно взглянул на миссис Брэдли. Она со свойственной женщинам проницательностью верно поняла мой взгляд и чуть заметно кивнула. Осмелев, я спросил у миссис Гэтти, что же она говорила мужу, пока он спал в часовне.

— Я сказала: «Бука! Бука идет!» — торжественно ответила она. Я расхохотался. Миссис Брэдли расхохоталась. И миссис Гэтти расхохоталась, и ее муж подошел узнать, в чем дело. Трясущейся рукой я махнул в сторону его жены и едва пробормотал:

— Она сказала: «Бука! Бука идет!» — и опять впал в буйное веселье. Потом овладел собой, вытер глаза.

Лицо у Гэтти сделалось задумчивое.

— До чего же это все интересно, — промолвила миссис Брэдли, когда мы окончательно ушли от дома Гэтти. — Мальчик мой, опять собирается дождь. Вот незадача! Быть может, приютите меня пока в доме викария?

Просьба меня удивила, учитывая, что путь к дому викария лежал мимо ворот Манор-Хауса.

— С удовольствием, — сказал я, хотя сердце у меня упало. Стоит им с супругой викария начать судачить, их не остановить. По-моему, эта дама хочет описать чету Куттс в книге. Когда ей удается навести миссис Куттс на любезную той тему, выражение лица у нее становится хищное — только что губы не облизывает. У меня от такого зрелища кровь стынет. Не женщина, а вампир.

Любимая тема миссис Куттс, нечего и говорить, — распущенность. После страшной гибели Мэг Тосстик и отъезда ненавистной Коры Маккенли эта тема подразумевает меня и Дафни. На следующую ночь после убийства Мэг миссис Куттс увидала меня у племянницы и мгновенно рассвирепела. Я объяснил, что всего лишь спросил у Дафни, все ли в порядке и не страшно ли ей, но дамочке везде мерещилось самое скверное. На следующую ночь она, нечего и говорить, застала меня уже в комнате! Да, я не позволю собой командовать личности с такими жуткими понятиями, пусть она и приходится Дафни тетей.