Морской шакал - Алексей Макеев

– Яд могли подсыпать в тарелку после – когда мы выпили спирт и бегали вокруг ведра с чаем, – напомнил капитан.

– Так ведь это он налил спирт, – выкрикнул Сергей. – Если бы он развел спирт нормально, разве была бы такая суета!

– Кто угодно мог это сделать в той неразберихе, – снова заступился за Олега капитан.

Кок с благодарностью посмотрел на Седова.

– Алексей что-то говорил про вкус бананов, – напомнил Титов. – На судне была отрава для крыс, как раз банановая.

О существовании такой отравы знали многие. Война с крысами на «Улиссе» продолжалась довольно долго, и в ней приняли участие, в той или иной мере, практически все моряки.

Больше всего неприятностей доставляли крысы Олегу Назарову. Кок неоднократно жаловался капитану на крыс, которые с началом весны стали чаще появляться на глаза, а летом совсем обнаглели. От них невозможно было спрятать ни единой съедобной калории. Крысы прогрызали дыры в коробках и в ящиках, из-за чего немало испорченных продуктов пришлось выбросить за борт. Во время стоянки в портах на судно несколько раз вызывали специалистов по дератизации. Женщины разбрасывали в трюме всевозможные ядовитые приманки, но результатом были лишь единичные трупы мохнатых тварей. Пробовали ловить вездесущих бестий и крысоловками, но не особенно успешно. Какие бы меры ни принимались, крыс от этого не становилось меньше, поэтому Седов был готов ухватиться за любую возможность расправиться с докучливыми грызунами.

Такая возможность не так давно представилась. Во время стоянки в Магадане коку порекомендовали стивидора, который знал, как бороться с крысами. С разрешения капитана Олег поменял у стивидора ящик тушенки на пакет с отравой, которая должна была враз расправиться с грызунами. Приманка напоминала по внешнему виду скатанные из теста шарики с запахом бананов.

Неизвестно, какой яд был в этой отраве, но уже через день после того, как Олег Назаров разбросал на судне приманку, моряки стали находить в самых разнообразных местах дохлых крыс. Несколько десятков трупов пошли на дно, после чего прожорливых грызунов словно след простыл. На всякий случай кок все же оставил в некоторых облюбованных крысами местах столь действенную отраву, однако, когда на судне появился Жулик, собрал ее и положил в укромное место на камбузе, предупредив об этом всех моряков, чтобы кто-нибудь, не дай бог, не принял отраву за пакет с восточными сладостями.

– Эту отраву кок и подложил Лехе в тарелку, – согласился с Титовым Сергей.

– На «Улиссе» сегодня были все, – напомнил капитан. – Любой мог взять яд.

– Неужели от крысиного яда можно умереть? – удивленно спросил Илья.

– От этого можно, – заметил Титов. – Сам черт не знает, что в ней.

– Но зачем кому-то было убивать одного из нас? Тем более именно Леху? – никак не мог успокоиться Илья.

Кок поднялся на ноги. Его губа сильно распухла, лицо было испачкано подсохшими кровавыми разводами.

– Видимо, Алексей все-таки кому-то рассказал про радиограмму, – предположил он. – За это его и убили.

– Слышь! Не вякай! – встрепенулся в объятиях старпома Сергей.

– Убил тот, кому он рассказал? – спросил Илья.

– Вероятно, – ответил Олег.

– А вы как думаете, Василий Терентьевич? – повернулся Илья к капитану.

– Наверное, Олег прав, – согласился Седов. – Когда мы нашли тело второго помощника и предположили, что преступник – один из нас, тому стало опасно находиться в лагере, и он мог избавиться от свидетеля, который рассказал ему про радиограмму.

– Не легче ли было сбежать? – заметил Титов.

– Мы приняли меры, чтобы он не смог этого сделать, – напомнил капитан. – Поскольку у преступника не было возможности бежать, он мог подстраховаться и избавиться от Алексея.

– Но почему Алексей не сказал нам, кому он говорил про радиограмму? – не унимался Титов. – Ведь он понимал, что тот человек мог быть убийцей.

– Не знаю, – честно признался Василий Терентьевич.

– Наверное, тот человек был его другом, – предположил кок.

– Ах ты, гнида! – вскрикнул Сергей и попытался вырваться из рук Титова, но это ему опять не удалось.

– Успокойся, Сергей, – приказал старпом. – Олег дает тебе понять, что твоя ситуация ничем не лучше, чем его. Прекрати орать. Если не перестанешь кидаться на Олега, мы тебя свяжем.

Сергей огрызнулся, но принял угрозу к сведению и вскоре успокоился.

Само собой, после того, что случилось, никто не стал возвращаться к прерванному обеду. Даже те моряки, которые не доели картошку, впоследствии утолили аппетит чаем и печеньем.

По распоряжению капитана кок вывалил остатки картошки под дерево, где на них набросился Жулик. Пес ел жадно и долго, выхватывая зубами и языком разваренные кусочки тушеного мяса, но в результате не пострадал ни от обжорства, ни от яда.

Через полчаса Дмитрий и Илья взяли лопату и отправились рыть могилу для второго механика. Алексея решили похоронить рядом со вторым помощником.

Четверо моряков остались в лагере. Они с мрачными лицами сидели на бревнах, то и дело останавливая взгляды на покойнике, лицо которого Сергей заботливо накрыл полотенцем.

– Дайте выпить, – попросил он.

Капитан подал коку разрешающий знак.

– Воды нет, чтобы развести спирт, – напомнил Олег.

– Сходите за водой. С Виктором.

Оставшись наедине с Сергеем, Василий Терентьевич попросил его держать себя в руках.

– Не веди себя как истеричка.

– Это кок, – упорствовал Сергей. Однако в его голосе уже появились неуверенные нотки.

Седов сделал вывод, что старший механик стал сомневаться, что именно кок убил его друга.

«Открыто он в этом не признается и прощения не попросит, – решил капитан, – но хоть на Олега больше кидаться не будет. Олег вроде бы незлопамятный человек, может, со временем простит пацана».

Кок был старше старшего механика на девять лет и обладал, в отличие от последнего, спокойным характером и флегматичной рассудительностью.

Василий Терентьевич вспомнил, что смерть Алексея была не первым случаем за минувшую неделю, когда Олег давал повод для недовольства и подозрений.

Неожиданно события, происшедшие несколько дней назад, предстали перед капитаном совсем в ином свете.

Доставив груз угля в Магадан, «Улисс» возвращался в Находку, следуя вдоль восточного побережья материка на юг. У них хватало топлива, воды и еды, чтобы не делать остановку в порту Ванино, в котором на этот раз для них не было работы. Седов спешил, потому что им предстояло сделать еще несколько рейсов с углем в Магадан и на Чукотку.

Однако, когда они подошли к устью Амура, случилось непредвиденное – у четырех членов команды одновременно появились ярко выраженные симптомы пищевого отравления. Состояние моряков резко ухудшалось, и капитану пришлось связаться с диспетчером и запросить стоянку в Ванино.