Посмертная месть - Михаил Черненок

Пока Антон Бирюков выяснял подробности ограбления, серовато-дымчатый рассвет незаметно перешел в ясное утро. С помощью пассажиров следователь Лимакин собрал в салоне автобуса стреляные гильзы. Две из них оказались от пистолета Макарова и одиннадцать от калашниковского автомата. После этого начали осмотр кустов, за которыми, по утверждению пассажиров, была укрыта бандитская машина.

Спустившись с обочины трассы в низину, сразу наткнулись на оранжевую авоську с пустой стеклянной банкой трехлитрового объема. Пассажиры в один голос заявили, что именно с такой ношей ехал «блатнячок», спровоцировавший остановку автобуса. В неширокой полосе густых кустов просматривался узкий проход. Судя по свеженадломленным веткам, здесь налетчики напролом продирались к стоявшей машине. На притоптанной траве у места стоянки обнаружили, видимо, оброненную в спешке рубчатую гранату-лимонку. Из опасения — не подстроена ли преступниками ловушка — Бирюков попросил увязавшихся за оперативниками пассажиров отойти на безопасное расстояние. И без того напуганные люди дружно бросились в кусты. Один лишь «первый» парень не побежал.

— Я минером на флоте служил, — обратился он к Бирюкову. — Чтобы не нарваться на «киндер-сюрприз», можно, посмотрю «лимонку»?..

— Посмотрите, но осторожно, — разрешил Бирюков.

Парень присел возле гранаты на корточки, сосредоточенно пригляделся и с усмешкой сказал:

— Бутафория, как реквизированный бандитами мой «золотой» крест.

«Лимонка» на самом деле оказалась гипсовым муляжом, очень похожим на настоящую гранату. Больше у места стоянки ничего не нашли. На просторной поляне между кустами и стеной хвойного леса остались только следы автомобильных колес, примявших высокую траву. По колее было видно, что преступники заехали сюда с пологой обочины трассы, где кончались кусты, заранее развернули машину и, совершив ограбление, тем же путем скрылись с места преступления. На влажноватом от ночной росы суглинке при выезде на трассу эксперту-криминалисту Тимохиной удалось зафиксировать два слепка с отпечатками протектора импортных покрышек на колесах бандитской машины.

Вернувшийся от пасечника Слава Голубев доложил Бирюкову:

— С той дождливой среды, когда погиб Олег Люлькин, как сказал Ефим Иваныч Одинека, «никаких гостей ни с каких волостей» у него не было.

— Это я и предполагал, — ответил Бирюков. — Пасека была лишь поводом для остановки автобуса в заранее обусловленном преступниками месте.

— Но почему они выбрали именно это место?

— Потому что оно очень удобное для внезапного налета. Съезд с трассы хороший. Машину можно спрятать за кустами, а самим укрыться за тем допотопным строением, — Бирюков показал на дощатый павильончик, у которого стоял автобус. — Лучшего не подыщешь.

— Здесь же плановая остановка маршрутных «икарусов».

— Среди ночи маршрутники не ходят. А у шоферов проезжающих по трассе машин остановившийся у павильона автобус с людьми никакого подозрения не вызывает.

Судмедэксперт Борис Медников, оказавшись будто не у дел, засмотрелся на противоположную сторону трассы, где на фоне темного леса выделялся фанерный щит, установленный лесничеством много лет назад. Под изображенными масляной краской разлапистыми кедрами на белой полосе чернела крупная надпись: «БЕРЕГИТЕ ПРИРОДУ — МАТЬ ВАШУ».

— Как вам нравится вон тот обаятельный призыв? — внезапно спросил он.

Голубев не сдержал улыбки:

— Остатки ненаглядной агитации.

— Хорошее было время. Все излагалось на русском языке и очень доходчиво. Не то, что теперь: сплошная иностранщина. Смотришь на заморские буквы и не знаешь, смеяться или плакать…

— Да, Боря, доходчивее этого призыва не придумаешь.

— «Береги природу — твою мать!» — для русского мужика было бы еще доходчивей, но совершенству нет предела… — Медников, нахмурившись, вздохнул. — А вообще-то, сыщики, сегодня у меня на душе кошки скребут. Трое безвинно расстрелянных — это круто даже для нынешнего задиристого времени. Ну, допустим, шофера убили, чтобы автобус не дергался с места, начинающего «челночка» — за попытку побега. А за что лишили жизни молодого мужика, сидевшего на переднем сиденье? Вот вопрос…

— Вопросов в этом деле будет множество, — невесело проговорил Бирюков и глянул на Голубева. — Дежурному райотдела передал, чтобы вызвал опергруппу изКузнецка?

— Так точно. После еще на связь с ним выходил. Говорит, пообещали немедленно выехать.

Автотрасса с рассветом активно ожила. Первыми открыли интенсивное движение торопившиеся, по всей видимости, на вещевой рынок в Новосибирск кузнецкие владельцы легковых машин. В основном разномастные иномарки и отечественные «девятки» модных металликовых цветов, словно играя в догонялки, с шиком помчались одна за другой, приблизившись к толпе людей, сгрудившихся у автобуса, рядом, с которым стоял милицейский УАЗ, водители косили в их сторону любопытные взгляды и, не сбавляя скорости, проносились мимо.

Стремительно приближающийся микроавтобус с включенной фиолетовой мигалкой увидели издали. Из Кузнецка приехала целая следственная бригада. В составе ее был и начальник Горуправления уголовного розыска подполковник милиции Анатолий Таран, давний друг Антона Бирюкова. После общего ознакомления с обстоятельствами нападения, когда следователи приступили к официальному допросу потерпевших, Таран заговорил было с Бирюковым, но, увидев «первого» парня, подозвал его и удивленно спросил:

— Федя, ты как здесь оказался?

— Ехал с «челноками» на барахолку, Анатолий Викторович, за новой резиной для своей «Таврии», — ответил парень.

— Шофер нашего Управления Федя Жильцов, — сказал Бирюкову Таран и вновь обратился к парню: — Намного тебя нагрели?

— На четыре резины и анодированный крест с цепью.

— Который ты выдавал за золотой?

— Ну, — парень усмехнулся. — Не поверили бандиты, что я им свой в доску.

— Ты постоянно общаешься с оперативниками. Ничего характерного у налетчиков не приметил?

Жильцов пожал плечами:

— По-моему, Анатолий Викторович, это были не уголовные профи.

— А кто же?

— Или ссучившиеся спецназовцы, или бывшие спортсмены. Говорили нормальным языком, без жаргона. Меня удивило, что реакция у главаря мгновенная. Выскочившего из автобуса кубарем «челночка» срезал автоматной очередью от пояса. Так могут стрелять только опытные вояки. И выдержка у всех троих железная. Вот подельник их, который спровоцировал остановку автобуса, тот явно мелкотравчатый «баклан».

— Не из кузнецких?

— Такую гниду в городской сутолоке трудно приметить. Видок у него бомжовский.

— Под бомжа можно нарядиться…

— Может, и нарядился. Но то, что он куплен налетчиками для разового употребления, факт, по-моему, неоспоримый.