Хитрый ход - Екатерина Вильмонт

– Ладно, сойдет, – махнул рукой Гошка и принялсямыть посуду.

У них с мамой было заведено так: если ужин готовила мама,Гошка мыл посуду, а если готовил Гошка, посуду мыла мама. Когда с домашнимиделами было покончено, Гошка закрылся у себя и достал бумажник.

Положил его на газету и не без трепета открыл. Первое, чтобросилось ему в глаза, был паспорт.

«Здорово, – подумал Гошка, – по крайней мереудастся все вернуть владельцу». Паспорт оказался на имя Горенича АнатолияВасильевича, 1962 года рождения и прописанного по адресу: ул. Берзарина, д. 7,корп. 2, кв. 163. «Где это – улица Берзарина? Что-то знакомое…» Но Гошка никакне мог вспомнить. Можно, конечно, спросить у мамы, но тогда придется что-то ейобъяснять, а этого очень не хотелось. Звонить кому-то было уже поздно, и Гошкарешил все отложить до завтра. Он вдруг ощутил какую-то странную тревогу, и емузахотелось как можно скорее вернуть бумажник владельцу. «Ну-ка, посмотрим всеже, что там еще». Кроме паспорта в бумажнике обнаружилась еще фотографиядевочки лет шести, несколько почтовых квитанций и какая-то бумажка с цифрами ибуквами, похожая больше всего на шифровку.

И еще там было пятьдесят долларов одной бумажкой и тритысячи рублей. «Вот небось мужик обрадуется, и документы, и деньги, все получитв целости и сохранности. Наверняка напился человек и посеял бумажник».

Гошка был заранее рад, воображая, как просветлеет лицоАнатолия Васильевича Горенича при виде своей пропажи.

Утром он первым делом позвонил Шмакову.

Тот удивился:

– Ты чего, Гош?

– Леха, выйди минут на десять пораньше, а?

– На фиг?

– Поговорить надо, я тут вчера кое-что нашел…

– Понял. Выхожу через пять минут.

– Жду!

Во дворе они сразу свернули за угол, чтобы по дороге в школуих не отловил кто-то из знакомых.

– Ну, чего ты там надыбал? – спросил Леха, отнетерпения даже подпрыгивая на месте.

– Бумажник!

– Брешешь!

– Очень надо!

– И где он?

– Дома, где же еще? Не попру же я его в школу.

– Светленькая мысля! И чего там?

– Паспорт, деньги, бумажки какие-то.

– Денег-то много?

– Ага! Пятьдесят гринов и три тыщи деревянными.

– Ну… а я-то думал… – разочарованно протянул Леха.

– Что ты думал?

– Думал, вдруг там тыщ десять зеленых…

– И что тогда? – поинтересовался Гошка.

– Сам, что ли, не понимаешь? Тогда бы мы с тобой…

– Нет, Леха. Мы же с тобой не воры, – твердозаявил Гошка.

– При чем тут воры? Этот мужик сам лопатник потерял, амы нашли…

– Положим, нашел его я, – восстановил истинуГошка.

– И ты бы с другом не поделился?

– Леха, знаешь, как называется то, что ты тут развел?

– Ну?

– Де-ма-го-гия! Вот если бы в бумажнике не былопаспорта, тогда другое дело.

– Слышь, Гошка, а за каким чертом ты меня вызвал? Тынашел, вот и распоряжайся по своему усмотрению!

– Я просто хотел тебе предложить смотаться туда вместесо мной. Но если ты не хочешь…

– А это где?

– Улица Берзарина, знаешь такую?

– Берзарина, говоришь? Ага, знаю, метро «Октябрьскоеполе». – – Откуда дровишки?

– У меня там родственники живут.

– Случайно не в седьмом доме?

– В седьмом!

– Корпус два?

– Не-а, корпус один.

– Так ты со мной поедешь?

– Куда ж я денусь?

После уроков они забежали к Гошке, наскоро поели супу склецками и побежали к метро.

– Слышь, Гошка, – задумчиво проговорил уже ввагоне метро Леха, – вообще-то в таких случаях вознаграждение полагается.

– Да, – кивнул Гошка, – вроде полагается.

– И ты его тоже не возьмешь?

– Посмотрим.

– Чего смотреть-то?

– Все будет зависеть от того, в какой форме этовознаграждение предложат.

– В какой еще форме?

– Ну, не знаю, посмотрим…

Гошка не знал, как объяснить Лехе насчет человеческогодостоинства в такой, можно сказать, щекотливой ситуации. Люди разные бывают,среди них немало встречается неблагодарных хамов. И надо быть ко всему готовым.Хотя получить вознаграждение было бы совсем неплохо.

С помощью Лехи они быстро добрались до места. Домофон вподъезде был сломан. Они поднялись на восьмой этаж, позвонили в железную дверь,за которой располагалось четыре квартиры. В двери был глазок. Им никто неоткрыл. Они позвонили еще раз. Но вот за дверью послышались шаркающие шаги инемолодой женский голос спросил:

– Вы к кому?

– К Гореничу Анатолию Васильевичу.

– А зачем он вам?

– Мы нашли его документы, хотели вернуть…

– Минуточку, одну минуточку!

Женщина повозилась с замком и открыла дверь. Интеллигентноговида очень пожилая женщина, в теплом халате и с сигаретой в руке. Онавыжидательно смотрела на них. Гошка вынул из сумки бумажник:

– Вот…

Женщина вдруг страшно побледнела. Протянула руку кбумажнику, но вдруг резко ее отдернула.

– Это ваше? – решил узнать Леха.

– Да, да, да… вот что, молодые люди, пройдите вквартиру.

– Хорошо, – кивнул Гошка, по-прежнему держа в рукебумажник.

Они вошли в квартиру, чисто прибранную, но пропахшуютабачным дымом.

– Ботинки снимать? – осведомился Леха.

– Нет, нет, не стоит… А куртки повесьте вот сюда.

Наконец она провела их в комнату, обставленную довольноскромно, и усадила на диван. Сама же она села за стол и от еще не потухшейсигареты прикурила новую. Глубоко затянулась и сказала:

– Откуда это у вас?

– Я нашел бумажник вчера вечером, совершенно случайно,я шел и споткнулся… ну и вот…

Женщина не спускала с Гошки глаз, словно ощупывая еговзглядом. Ему было как-то не по себе.

– И что дальше?

– Дальше я вот привез бумажник вам.

Собственно говоря, мы пойдем…

– Погоди. Где ты нашел бумажник?