Мыс Доброй Надежды - Андрей Кивинов

Юрий Антонович довольно улыбнулся. К джипу подошел Мартин:

— Патрик, вчера я разговаривал с рейнджером из «Нгуни». Он видел самку леопарда с детенышами возле Крокодильего озера — там, где вышка.

— Хорошая новость, мистер Данилов. — Патрик повернулся к пассажиру. — Мы туда и направимся. Я чувствую добрую охоту.

На самом деле они не собирались охотиться, в парке Крюгера без специальной лицензии это запрещалось. Винтовки они взяли для безопасности. Рейнджер запустил двигатель, и джип тронулся с места.

— Доброй охоты, мистер Данилов! — понеслось вслед удаляющейся машине.

Юрий Антонович помахал провожающим рукой. Улыбка не сходила с его лица.

Они неслись по едва различимой колее дороги, уходившей в глубину парка Крюгера. Данилов полной грудью вдыхал пряные запахи африканской саванны и, щурясь на солнце, рассматривал экзотических животных, то и дело попадавшихся на пути джипа. Юрия Антоновича не покидало ощущение, что он попал в настоящий рай.

Сытая львица, прилегшая в тени раскидистого эвкалипта, проводила джип ленивым взором. Жираф, пятнистая шея которого возвышалась над густыми зарослями, окинул быстрого железного зверя равнодушным взглядом маленьких глазок и, флегматично отщипнув солидный пучок зелени с ветки, мерно задвигал челюстями. На повороте прямо из-под колес машины выпрыгнул юркий долгоног, остановился на обочине, почесал трехпалой передней лапкой свое огромное ухо, что-то недовольно пропищал и исчез в густой зелени.

Впереди показалась зелено-голубая гладь Крокодильего озера, на восточном берегу которого стояла высокая деревянная вышка, предназначенная для безопасного наблюдения за дикими животными.

— Мы почти приехали, мистер Данилов! — перекрывая рычание мотора, прокричал Патрик.

Юрий Антонович кивнул в ответ и вдруг краем глаза заметил, как что-то резко сверкнуло на верхней площадке вышки.

— Ты видел, Патрик? — успел спросить рейнджера Данилов, но ответа не услышал. Неожиданно раздался громкий хлопок лопнувшего баллона, и трехтонный джип юзом сошел с дороги, подпрыгнул и, медленно перевернувшись в воздухе, сорвался с обрыва в мутно-зеленые воды озера. Когда осели брызги, озеро выплюнуло из себя несколько воздушных пузырей и снова стало гладким и недвижимым, как дно опустевшей пивной бутылки.

Бестолковые антилопы гну, пришедшие на водопой, подняли рогатые головы и настороженно посмотрели в сторону всплеска. Жажда оказалась сильнее любопытства, тем более что ничего достойного внимания животные так и не заметили.

Как всегда. Питер не радовал погодой. Игорь Плахов, подперев щеку ладонью, стоял возле кабинетного окна и равнодушно наблюдал серую картину однообразных будней Суворовского проспекта. С неба капал вредный мелкий дождик, добавляя и без того убогому зрелищу совершенно невыносимый оттенок.

Игорь вздохнул и повернул голову. За противоположным столом сидел Вася Рогов, беззвучно шевелил губами и что-то старательно писал.

— Чего пишешь? — поинтересовался Плахов безо всякого интереса.

— Ответ в прокуратуру, — ответил Рогов, почесывая затылок, — по делу о сканворде-гиганте.

Вася зашуршал огромным газетным листом, покрытым густой сеткой ячеек с маленькими цветными вставками.

— Почти весь разгадал, — гордо заявил старший лейтенант. — Пара слов осталась…

— Какие?

— Да вот… — Вася уткнулся в газету и, подвигав губами, прочитал: — Город в ЮАР… Вторая «е», предпоследняя «у».

— А сколько букв?

Вася зашевелил губами.

— Восемь.

— Понятно… — задумался Плахов и опять отвернулся к окну. Прямо посреди проспекта, под самыми окнами главка, эмоционально размахивали руками и ругались смуглые водители маршруток.

На столе Игоря зазвонил телефон. Плахов поднял трубку:

— Слушаю, Плахов.

— Добрый день, — поприветствовал Игоря густой мужской голос. — Жданович Иван Николаевич. Секретарь передала мне, что вы хотели поговорить…

— Да, здравствуйте. Мне надо у вас одну справочку взять. По нашему делу. Вы сейчас на месте?

— Да. До шести я на заводе.

— Хорошо, тогда я подъеду через час.

— Буду ждать.

Игорь положил трубку, помассировал пальцами затылок и повернулся к Рогову:

— Вась, проветриться не желаешь?

— Куда? — спросил Рогов, оторвавшись от газеты.

— На фосфатный завод, где инкассатора грохнули.

— А чего там? Это же давно было, месяца два назад… Да и раскрыли уже.

Плахов глубоко вздохнул:

— Следак справку о сумме похищенного посеял где-то, дело в суд не отправить.

— Так пускай сам и парится, — резонно предложил Вася, возвращаясь к сканворду-гиганту.

— Как же! — Плахов открыл папку, лежавшую перед ним, и достал оттуда заполненный бланк «отдельного поручения». — Проще нас припахать…

— Это же черт знает где, — проворчал Рогов. — Может, ты один сгоняешь?

— А я тебе город в ЮАР скажу…

— Я и сам знаю, — ответил Рогов, — Кейптаун!

— Ну, тогда я тебе хот-дог куплю, — нашел Плахов новый аргумент и для увесистости тихо добавил: — Двойной, Вася… И пиво.

— Угрозыск за хот-дог не купишь! — с ухмылкой ответил Рогов, но все-таки отложил газету в сторону и поднялся из-за стола. — Разве что за двойной…

В главном цехе фосфатного завода воняло какой-то едкой химией. Перед входом в цех вахтер заставил оперов надеть респираторы, без чего пускать оперативников внутрь он категорически отказался.

Чертыхаясь, Рогов и Плахов натянули на лица поролоновые намордники с пластмассовыми пятаками и, стараясь не глядеть друг на друга, вошли внутрь.

Говорить в респираторах было практически невозможно. Мало того, что поролон глушил слова, — в цеху стояло мощное гудение производственного оборудования.

— Зачем мы только сюда поперлись, — недовольно заявил Рогов. — Сидели бы в приемной и ждали…

Он увидел направленный на него вопросительный взгляд, и до него дошло, что ничего из сказанного Плахов не понял.

— Бубу-бубу-бу-бу, — эмоционально ответил Игорь, и Васе осталось только кивнуть ему в ответ.

Иван Николаевич Жданович, высокий худощавый мужчина в дорогом сером костюме, стоял в окружении коллег возле огромного агрегата и, усиленно жестикулируя, что-то обсуждал с ними. Как поняли опера, у сотрудников завода разговор в респираторах не вызывал никаких затруднений. А что тут скажешь — практика!

Плахов подошел к Ждановичу и похлопал его по плечу.

Директор обернулся, присмотрелся и узнал под образом «человека в маске» опера из убойного отдела главка.