Муки Галилея - Кэйго Хигасино

«Он не настолько глуп, чтобы мне приходилось повторять для него очевидные соображения. Что-то здесь не так», — глядя на Юкаву, подумала Каору.

Физик поправил указательным пальцем очки на переносице:

— Где в комнате лежало тело?

— Кажется, возле окна. Пожарные так спешили вытащить его из огня, что не запомнили точного положения. Но несомненно, близко к окну.

— Близко к окну… Что погибший делал в той комнате?

— Неизвестно. Но там был жидкокристаллический телевизор и DVD-плеер.

— Телевизор обычно смотрят сидя. Наверное, у окна стоял стул или кушетка?

— Нет. У окна, похоже, вообще ничего не стояло.

Юкава выставил правый локоть на стол и подул в сжатый кулак.

— Вот представь, Уцуми. Ты сидишь в комнате. Внезапно разбивается окно. Что будешь делать? Сбежишь?

— Разумеется. Но можно и не успеть. Не исключено, что за ним погнались, догнали и уже тогда закололи.

— Но сколько-то он всё равно бы пробежал. Разве не странно, что тело лежало прямо у окна?

— Может, он оббежал комнату, и как раз там его и настигли.

Юкава нахмурил лоб:

— То есть, удирая, он нарезал круги по комнате? И ему не пришло в голову выскочить наружу?

— Согласна, это странно… Но с людьми бывает всякое. Какую только глупость не сделаешь с перепугу.

Судя по выражению лица, Юкаву её слова не убедили. Подперев ладонями щёки, он пристально рассматривал поверхность своего рабочего стола.

— Кудесник Металла… — послышалось его бормотание.

— Что?

— Да так, ничего. Это я о своём.

— Вы чем-то недовольны?

— Не в этом дело, — махнул рукой Юкава. — Просто привычка такая — во всём искать изъян. У меня ещё вопрос. Ты сказала, что вам пока некого подозревать. Это правда? У верен, полиция не могла не взять на карандаш как минимум двоих.

Каору прекрасно поняла, о ком он говорит.

— Господин Томонага и госпожа Намиэ шли первыми в списке подозреваемых. Но их сразу же оттуда исключили.

— Потому что у них алиби?

— Да. Но прежде всего, господин Томонага не в том состоянии, чтобы совершать преступления. Что до госпожи Намиэ, то, по мнению некоторых, она могла бы применить какую-нибудь хитрость.

— Это какую же?

— Зарезать погибшего раньше, а пожар подстроить для того, чтобы скрыть истинное время убийства. Но результаты вскрытия однозначно опровергают эту теорию. Предполагаемое время смерти довольно точно совпадает со временем начала пожара.

— Понятно. Рад слышать.

— Однако, — продолжила Каору, — у неё могли быть сообщники. Или даже правильней сказать, что сообщниками были они оба, а организатор преступления — кто-то третий.

— Очень любопытно. И у вас есть кандидат на эту роль?

Каору засомневалась, имеет ли она право об этом говорить, и всё же сказала:

— У госпожи Намиэ есть любовник. Его фамилия Конно. И у него нет алиби. Он сказал, что во время происшествия находился на рабочем месте, но никто не может это подтвердить. Совсем недавно он добровольно согласился на обыск в его доме. Орудие преступления там не нашли.

— Ясно. — Юкава кивнул.

— У вас есть ещё вопросы?

— Нет, уже достаточно. Ты уж прости, что оторвал от дел. Большое спасибо. — Он поклонился.

— Пустяки. Ну, я пойду. — Каору повесила сумку на плечо и направилась к двери.

— Уцуми! — долетел до неё голос Юкавы. Она обернулась. Однако же больше он ничего не сказал. Сведённые брови выражали нерешительность.

— Что такое?

— Да так… — Он отвёл глаза.

— И всё же? Скажите мне!

Юкава сделал глубокий вдох, выдохнул и лишь затем посмотрел на Каору:

— Ты не могла бы… показать мне место преступления?

— Место преступления? Вы имеете в виду обгоревший остов флигеля?

— Да. Но только… — он снова отвёл взгляд, — если это нетрудно устроить.

У Каору появилось нехорошее предчувствие. Таким уж человеком был этот физик: ему никогда не удавалось скрыть, что он догадался о чём-то важном. Вот и сейчас это было заметно. Только выражение его лица отличалось от обычного.

— Я поговорю с начальством, — сказала Каору. — И обязательно добьюсь разрешения.

Увидев, что Юкава ей кивнул, она пошла к двери.