Сначала догони - Марина Третьякова

Вскрикнула, хватка усилилась, а я инстинктивно выгнулась и попыталась ударить нападавшего в пах. Промазала, но зато удалось нехило так укусить его предплечье, когда отвлекся на пинок. Заорал, долбанул о стену со свей дури, и я потерялась.

В прямом смысле как будто мозг взяли и как бочонки лото в мешке встряхнули, и у меня даже мир посыпался. Попыталась сморгнуть, но меня дернули за грудки и боль прострелила челюсть и губа запульсировала. Рухнула на бетон, понимая что вот этот точно не в бирюльки пришел играть, краем глаза заметила униформу охранника: черная спецовка с надписью на спине и груди, ремень, к которому прицеплена дубинка и пустая кобура. А его лицо. Незнакомое. Полное ярости и одновременно ледяного спокойствия лицо. Так смотрит смерть.

Вытянул руку с пистолетом и взвел курок, а я в немом оцепенении уставилась на дуло. Палец охранника скользнул на курок и я зажмурилась, но глухой удар раздался совсем рядом, а потом что-то покатилось вниз по лестнице, и меня как, измятый лист бумаги встряхнули.

— Надо было дать ему тебя убить, — Яр огрызнулся, и усадил меня к стене спиной, оглядывая лестницу чуть ниже на пролет. Там лежал тот самый охранник, который вовсе не охранник… — В другой раз думала бы башкой.

В мозгу все еще плыло, а губа пульсировала до невозможности горячо, и я провела по ней рукой, ощущение будто слюни текут. А это просто кровь.

— Спасибо, — глухо произнесла и откинулась на стену затылком чтобы хоть немного прийти в себя. — Он бы убил…

— Ты заслуживаешь, — его спокойное и ровное заявление заставило скрипнуть зубами, и челюсть тут же прострелила боль. Но раз я могу говорить, значит она просто сильно ушиблена, но не выбита.

— Не тебе решать! — сделала попытку встать, но мир покачнулся, и я осела обратно. На плечо тут же опустилась рука Яра.

— Не думай даже.

— Я не увиделась с ней, — стряхнула его руку, видимо совершенно растеряв рассудок, потому что он тот, кого следовало бы бояться, но я почему-то осмелела. — Я знаю, в какой она палате, дай мне пять минут…

— Чтобы опять сбежать? — снова опустил на плечо руку и надавил, а я поморщилась от тяжести.

— Я все равно к ней пойду! — вскинула полный непоколебимой уверенности взгляд на Яра и замерла. Он вернул мне такой же.

— Нет.

— Пойду!

— Надеешься, силой решить вопрос?

Секунду выдерживала его давящий взор, понимая что силой не вариант, и все же вздохнула, отводя глаза.

— Палата восемь, от этого входа налево третья дверь. Мне понадобится меньше минуты… — оперлась ладонью о шероховатый бетонный пол, каменные крошки впились в кожу, и я медленно поднялась, с каким-то странным оцепенением ожидая, что Яр меня остановит. Но он молчал. Молча же встал вслед за мной и упрямо поджал свои губы, как суровый старший брат, которого достали выходки сестры.

— Минута. После я за волосы выволоку тебя из больницы.

Едва не бросилась ему на шею от радости. Просияла, и тут же проведя по губе тыльной стороной ладони, шагнула к двери в коридор.

Теперь времени на раздумья и опасения не было и я прошла прямиком к нужной двери. Открыла ее, молясь, чтобы врач ушел, и выдохнула с облегчением, когда поняла, что палата почти пуста. Никого из персонала не было, Натка в совершенном одиночестве лежала на постели, и я подошла к ней и заметив в изножье кровати отсек с карточкой вынула ту и пролистала, читая заключение.

Повреждения поверхностны. Никаких внутренних кровотечений и разрывов нет. Значит будет жить!

Убрала карточку и подойдя к подруге обхватила теплую кисть и сжала, смаргивая набежавшие на глаза слезы.

— Прости меня… — наклонилась и быстро чмокнула спящую Натку в лоб и выпрямилась. А потом шагнула к изножью, оторвала уголок одного из листиков в карточке и взяв ручку начеркала на листе послание.

Смяла бумажку и сунула подруге в руку, поворачивая кисть так, чтобы со стороны никто не увидел записку.

Моя рука дрогнула, со стороны лестничной площадки раздался выстрел и я метнулась туда и миновав узкий коридор толкнула дверь на лестницу для персонала.