Небо на двоих - Ирина Мельникова

– Где мы? – с тревогой спросила я, разглядев двух людей в плащ-палатках и с автоматами на груди, направлявшихся к нашей машине.

– Здесь блокпост, – абсолютно спокойно ответил Давид. – В этот район и днем въезд по пропускам, а ночью – особенно.

Но я не увидела, чтобы он что-то вытащил из кармана. Он даже не вышел из автомобиля.

Я на всякий случай поставила автомат между колен, приготовившись затолкать его под сиденье. Хотя при досмотре машины его вмиг обнаружат. Спина у меня покрылась холодным потом. Почему Давид поступил так опрометчиво? Зачем прихватил с собой автомат? Неужто не знал, что будем проезжать блокпост?

Это слово слишком хорошо знакомо каждому россиянину по телевизионным новостям и кинофильмам. И почти всегда связано с кровавыми событиями: кого-то подорвали, расстреляли, захватили в заложники… Даже дома, сидя на мягком диване, я ощущала холодок между лопаток, когда слышала его, а тут блокпост наяву. Естественно, мне стало не по себе. Впрочем, «не по себе» еще слабо сказано. Я перетрусила чуть не до нервного срыва, с трудом сдерживаясь, чтобы не стучать зубами.

Тем временем военные подошли к «Ниве» со стороны Давида. Я увидела: русские. Судя по зеленым фуражкам, видневшимся под капюшонами дождевиков, – пограничники. Сейчас, сейчас… Губы у меня тряслись от страха. Сейчас нас выволокут из машины, бросят лицом в грязь, заломят нам руки за спину. … Сколько раз я видела в криминальных хрониках, как задерживают людей с незаконным оружием. И приготовилась к худшему. Хотела перекреститься, но бросила взгляд на Давида. Тот сидел с невозмутимым видом. Тогда я решила не поддаваться панике, а автомат незаметно спустила себе под ноги.

– Кого везешь? – добродушно спросил один из пограничников.

Второй осветил кабину фонариком. Давид включил свет.

– Девушку везу, – ответил он, широко улыбаясь, – невесту Вадика. Смотри, какая красавица. Только глаза сильно не раскрывай, а то порвешь.

– Ого! – присвистнул пограничник. – Вадим надумал жениться? С чего вдруг?

– Ты у Вадика спроси, – посоветовал Давид. – Он тебе расскажет. А мое дело: отвези-привези.

– Таких невест, как твоя дамочка, и я бы возил, – кивнул в мою сторону боец. – А то стой тут, как проклятый, под дождем… С ума сойдешь, за сутки – первая машина. Давай! – крикнул он что было мочи и махнул рукой кому-то возле шлагбаума, тот со скрипом стал подниматься. Пограничник повернулся к нам. – Проезжай! А Вадиму скажи: не позовет на свадьбу, ваши машины перестану пропускать.

Я молчала, переваривая услышанное. Что за шутки? Дамочка… И что значит, невеста? С какой стати?

Об этом я не преминула спросить Давида, лишь только вагончики блокпоста исчезли в темноте за нашей спиной.

– Чего сердишься? – пожал плечами Давид. – Как сказал Вадим, так я пограничникам и передал.

– Не мог он такое сказать! Вы только что сами придумали! – разозлилась я еще больше. – Я Вадима в глаза не видела, кроме как на вашем буклете. Еду отдыхать по совету подруги.

– У нас в горах теперь редко кто отдыхает. – Давида, похоже, не слишком расстроила новость, что я не невеста Вадима. – У нас на море отдыхают. Только я подумал: зачем тебе море, если жених рядом? Ты можешь ничего не говорить, если тебе стыдно. Но чего стыдиться, если замуж идешь? Вадик – хороший человек. Правильный. Наши законы уважает. Людям помогает.

Я поняла: убедить спутника в обратном – нелегкий труд. И решила промолчать. Зачем мне разуверять Давида, если утром я спрошу с Вадима по полной? Какого рожна он произвел меня в свои невесты? Или Любава опять что-то придумала? Я замолчала, но тут вспомнила слова пограничника о первой за сутки машине и снова подала голос:

– Послушайте, я не поняла… Пограничник сказал, что по этой дороге сутки никто не проезжал. А как же велосипедисты?

Давид покосился на меня и рассмеялся.

– Все еще боишься, что я тебя украл? У меня дети такие, как ты, зачем мне кого-то красть… А велосипедистов я как раз накануне бури в Сухум отвез. Они у моего брата гостили. Уже оттуда на границу поехали. Успокоилась? – Водитель коснулся моей руки. – А зачем автомат под ноги спрятала? Пограничники меня знают, машину не проверяют. И про оружие тоже знают. Пока Грузия нас не любит, с оружием нельзя расставаться.

– Но это ж опасно! – возразила я и снова водрузила автомат на колени. – Перестреляете друг друга к чертовой бабушке на радость грузинам!

– Это в России только дай людям оружие в руки, начинают палить по головам, как по мишеням, – усмехнулся Давид. – У нас даже дети знают, что с оружием нельзя баловать. Оно для защиты, а не для пустого убийства.

Я пожала плечами. Оружие оно и есть оружие. А пьяный дурак он и в Абхазии дурак.

– Держись! – перебил мои мысли Давид. – Сейчас самое трудное начнется. К реке будем съезжать. А затем через реку… Вроде воды мало. Слышишь? Не гудит вроде?

Но я ничего не слышала за шумом ветра и лишь снова схватилась за поручень.