Паук - Ларс Кеплер

В комнате наступает полная тишина. Два громких хлопка, затем шум удаляющегося двигателя. Камера остаётся на земле, глядя в асфальт.

Вскоре в кадре появляется первая крыса, за ней — ещё две. Через мгновение слышны медленные шаги, приближающиеся по двору.

— Это я. Должно быть, я их не заметил, — говорит Йона.

— Перемотайте ещё раз, — просит Сага.

Глава 14.

Йохан Йонсон отрывает уголок пачки конфет «Поп-Рокс» и высыпает их в рот. Сжатый углекислый газ в маленьких сахарных кристаллах высвобождается у него на языке, заставляя их потрескивать.

— Можно ли улучшить кадры со стрелком? — спрашивает Грета.

— Боюсь, нет, — отвечает он, откидываясь на спинку стула. — Никаких чётких контуров, просто облако пыли.

Манвир встаёт, разглаживает галстук и уходит в угол комнаты, останавливаясь лицом к стыку двух стен. Он не отводит от него взгляд.

Петтер, глядя ему в спину, открывает рот, чтобы что‑то сказать, но Грета жестом останавливает его.

— Оставьте его, — тихо говорит она.

Йохан нажимает на значок, похожий на лабиринт, и экран гаснет.

— Могу попробовать «Икс-терминал», но не уверен, что это сильно поможет…

Пока Йона изучает предварительный отчёт экспертизы со двора в Орсте, Грета сравнивает фотографии трёх жертв. Петтер рассеянно листает журнал «Полис Юнион», а Сага стоит у Йохана за спиной и хмуро смотрит на экран.

— Безрезультатно? — спрашивает она.

— Это максимум, на что картинка способна.

Манвир всё ещё неподвижно стоит в углу. Остальные собираются вокруг ноутбука. Самое чёткое изображение преступника — всего лишь серая дымка за спиной Саймона. Можно разобрать плечи и голову, но никаких отличительных черт, ни рук, ни контура одежды.

— Мы не можем хотя бы вычислить его рост? — спрашивает Грета.

— Сложно, — отвечает Йохан. — Кажется, он сгорбился или… с его позой что‑то не так.

— Послушайте, пусть данных и немного, — говорит Йона, — но мы получили первое представление. Мы видели, насколько он быстр, как он застаёт жертв врасплох.

— Как хищник, — шепчет Грета.

— И мы знаем, что он молчит. Он ничего им не говорит, — добавляет Сага.

Экран переходит в спящий режим, в комнате чуть темнеет. Радиатор перестаёт гудеть, единственный звук — тихий потрескивающий корпус ноутбука.

— Мы были близко, — говорит Грета, встречаясь взглядом с Йоной. — Мы бы взяли его, окажись удача хоть немного на нашей стороне.

— Кто знает, — отвечает Йона.

— Если бы вы приехали на пять минут раньше, или если бы Саймон не выключил рацию…

— Похоже на то, — кивает Йона на доску и снимки на стенах. — Но мы всё ещё играем по правилам убийцы. Он их придумал. Скорее всего, мы всё ещё движемся в его ритме.

— Но я думаю… Если бы мы были чуточку быстрее, чуточку умнее, — продолжает Грета. — Мы знаем, что Марго застрелили у конюшни, а нашли на старом кладбище возле Капельшера. Пока не знаем, где застрелили Северина, но его нашли на кладбище в Хальставике.

— Два кладбища, — говорит Сага. — Может оказаться закономерностью.

— А Саймона застрелили возле бара, — продолжает Грета. — Но его тело до сих пор не нашли.

— Он может быть ещё жив, — замечает Петтер.

— Знаю, — кивает Грета. — Знаю, что, вероятно, прямо сейчас он борется за свою жизнь в резиновом мешке.

— Это ужасная мысль, — тихо говорит Петтер.

— Знаю, — повторяет Грета. — Но я не могу о ней думать. Не тогда, когда надо сосредоточиться на работе.

— Я просто подумал, что должен это сказать, но… — начинает Петтер.

— Да, говори, — обрывает его она.

— Но главный вопрос в том, что нам теперь делать, — говорит Петтер, проводя ладонями по столу.

— Нам нужно его найти, — тихо произносит Грета.

— Наш убийца действует на довольно большой территории, — говорит Сага. — Конюшни на Вермдё и кладбище в Хальставике — это примерно семьдесят километров друг от друга. Если принять это за диаметр, получается круг площадью почти четыре тысячи квадратных километров.

— И нет никаких оснований полагать, что он ограничится этим кругом, — отмечает Грета.

— Какая разница? Мы не можем просто сидеть и ничего не делать — говорит Петтер и вскакивает со стула. — Верно, Манвир?

— Оставьте его, — повторяет Грета.

— Давайте удвоим диаметр и свяжемся с затрагиваемыми регионами. Пусть выставят патрули на всех кладбищах — говорит Йона.

— Я займусь этим, — откликается Петтер и уже собирается выйти, когда в дверь стучат.

Входит Рэнди в чёрных джинсах и серой куртке. Его острые брови придают в целом дружелюбному лицу лёгкий оттенок суровости.

— Я получил ответы от всех подразделений в Орсте, — говорит он, прочищая горло. — Пока ничего, к сожалению… Мы обошли квартиры, поставили блокпосты, проверили камеры контроля скорости, провели обыски.

— Передайте, чтобы они продолжали, — говорит Грета.

Рэнди на секунду пытается поймать взгляд Саги, затем шепчет:

— Хорошо, — и выходит, мягко прикрыв дверь.

Не говоря ни слова, Манвир отворачивается от угла и подходит к доске. Берёт маркер и дописывает сведения с учётом третьей жертвы:

— «Серийный убийца с девятью предполагаемыми жертвами».

— «Жертва № 1: женщина средних лет, глава управления полиции».

— «Жертва № 2: пожилой мужчина, священник церкви Марии Магдалины».

— «Жертва № 3: мужчина раннего среднего возраста, полицейский‑алкоголик».

— «Коммуникативный преступник: возможно, пытается уйти от ответственности».

— «Отсылки: Юрек Вальтер, Сага и Йона».

— «Металлические фигурки: отправлены Саге, указывают на следующую жертву».

— «Стреляет в жертв сзади, с близкого расстояния».

— «Боеприпасы: пули «Макарова» 9×18 мм, гильзы из высококачественного серебра, российские ртутные капсюли».

— «Есть транспортное средство с электрической лебёдкой».

— «Места убийств и обнаружения тел не совпадают».

— «Тела растворены в каустической соде, упакованы в резиновые мешки для трупов».

— «Отсутствие улик: говорит об осторожности и знании методов судебной экспертизы».

— «Знание материалов: литьё олова, производство чистого серебра, использование каустической соды».

— «Не перфекционист (грубое исполнение оловянных фигурок)».

— «Двигается чрезвычайно быстро, как хищное животное».

Манвир закрывает маркер, отступает и перечитывает список, затем поворачивается к остальным.

— Сага, вы говорили, что убийца в каком‑то