Новые гладиаторы - Сергей Зверев

– Где его так?

– Лавина, – повторяет Петросян.

Ему явно хочется снять стресс, рассказать, как именно гражданин начальник попал под это природное явление, но усилием воли он сдерживается. Ну, еще бы. Болтун – находка для шпиона. Я ведь все-таки стою по другую сторону рва, разделяющего зрительный зал с ареной для боев.

– Давай всех в кабинет по очереди. Начнем с пациентов средней тяжести. Легкие подождут, а таким, как Виталий Петрович, помощь уже не понадобится.

– Нет, начнем с него! – твердо говорит Петросян.

Я пожимаю плечами, мол, хозяин-барин. Раз у тебя пушка на поясе – командуй.

– Тогда тащите его в лазарет.

В кабинете, несмотря на кафельные стены, теплей, чем в бильярдной, но все-таки довольно холодно. Наверное, лавина снесла котельную.

Пока охранники разрезают одежду и обмывают раздробленные конечности, я достаю инструментарий. Полковник по-прежнему кричит с периодичностью и силой аварийной сирены. При ближайшем рассмотрении выясняется, что его левая нога просто висит на кожаном лоскуте ниже колена.

Я формирую кожу под культю и ампутирую то, что не доделано природным катаклизмом. Правую ногу еще можно спасти. Я шинирую ее по кругу киями. Нормальных шин здесь нет.

Оно и понятно. Все это гнездо разврата настроено лишь на вкушение плотских удовольствий. Вот ежели триппер кто словит – дело другое. Угодить под лавину далеко не столь приятно.

Бойцы уносят полковника из кабинета.

Я начинаю прием других пациентов. Мой спортивный костюм из-за отсутствия халата постепенно покрывается кровавыми пятнами. Одежку жалко, привык я к ней. Людей – как-то не очень. Хотя тетки из обслуги явно не виноваты в моем заключении и, скорее всего, про Колизей не знают. Загородная усадьба с зоопарком – делов-то. У богатых свои причуды.

Из обрывков возбужденных разговоров, звучащих вокруг, постепенно складывается цельная картина происшедшего. Со склона сошла лавина и закупорила выезд из базы в ущелье. Казарма охраны, гараж и ряд подсобных помещений погребены под горой снега с камнями, снесены линии электропередачи и вышка сотовой связи. Наземные постройки зверинца и котельную снесло воздушной волной, хотя лавина не докатилась дотуда метров на десять.

Сохранился лишь центральный комплекс – двухэтажная гостиница с бассейном, зимним садом, рестораном и прочими излишествами, пищеблок и коттеджи, стоящие выше по ущелью. Пока работает резервный генератор, но запаса топлива хватит всего на пару суток. Потом на сорокаградусном сибирском морозе всем настанет каюк.

Как добираться до жилья – тоже непонятно. Большинство машин раздавлено лавиной, а те, что остались, просто не смогут выехать из-за отсутствия дороги.

Интересно, успели мои хозяева вызвать подмогу? У них тут наверняка есть спутниковый телефон. Остается надеяться, что он погребен под завалами казармы.

Диспозиция ясна. Надо быстро вылезать из-под земли, иначе есть риск остаться там навсегда. Если электричество кончится, то никакого кино уже не будет. Ликвидацию ненужных свидетелей легко удастся списать на форс-мажор.

Основная часть охранников во время лавины смотрела в казарме футбол. Поэтому в живых осталось едва ли больше двух десятков парней, дежурящих на точках, не пораженных катастрофой. Будь я верующим, обязательно вспомнил бы про Господню кару.

Самое время поднять восстание Спартака, пока они в шоке и без руководства. «Финал Краба» – в детстве я читал такую книжку про бандитов. Пожалуй, пора начинать финал, тем более что свой Краб у нас в наличии имеется. Да и бандиты тоже. Пришло время для большой драки.

Следствие по делу о драке шло почти четыре месяца.

– Чем ты его так? Кастетом? – допытывался следователь.

– Нет, рукой. – Тимофей пожал плечами.

– Будет тебе свистеть. – Следак поморщился. – Небось, кастетом, а потом его выбросил. Да я понимаю, ты не хотел. Само получилось. Скажи, где кастет скинул, а тебе за сотрудничество со следствием на суде послабление выйдет. А будешь упрямиться – оформлю тебя по сто второй. Там до высшей меры. Ну а пятнашку-то ты обязательно огребешь.

Тимофей лишь пожал плечами. Не вызывающе, а как бы в горьком недоумении.

– Да не было никакого кастета. Честное слово, бил рукой. Кто хотите подтвердить может. Вон свидетелей сколько.

– Ты меня еще поучи! – проворчал следователь.

На него давили сверху. В пьяной драке убит чемпион Союза, известный спортсмен! Виновников надо примерно наказать. Но тут-то и выяснилось, что преступники на самом деле являлись дружинниками. Они дежурили по общежитию и, в отличие от остальных участников драки, были трезвы как стекло. А ведь генсек недвусмысленно обозначил приоритеты в этом направлении.

Дело принимало совсем другой оборот. Плюс Дронова обратилась в райком ВЛКСМ, и оттуда прислали все ходатайства и характеристики, необходимые в таких случаях. Короче говоря, в дело вмешалась большая политика. Юристам приходилось работать с оглядкой на большой серый дом, который находился на площади Ленина.

Благодаря этому Пашка с Геком из разряда обвиняемых перешли в потерпевшие. К сожалению, Тимофей в пресловутой дружине по охране порядка не состоял, прибыл на место происшествия чисто за компанию.

К тому же в драке погиб человек, так что выйти сухим из воды не получалось. Оставалось надеяться, что дело теперь будет квалифицироваться не по статье 102. Убийство с отягчающими обстоятельствами – в данном случае из хулиганских побуждений – исчезнет. Причиной трагедии станет неосторожность. Но и в этом случае Тимофею светило три года зоны.

Пашка с Геком наняли самого дорогого в городе адвоката. Тот сразу развил кипучую деятельность.

После следственного эксперимента, в ходе которого Тимофей без напряга разбил кирпич ребром ладони, следователь заявил:

– Научили пацанов голыми руками стены прошибать. Если они так порядок охраняют, что будет, когда эти каратисты сами станут его нарушать? Но уж три годика я ему обязательно обеспечу. Пусть этими вот руками в Коми лес валит. Может, поменьше станет их распускать там, где не следует?

– Это суд решит, – заявил адвокат и чуть обозначил улыбку. – Кстати, мой подзащитный вовсе не занимается карате. Он является тренером по армейскому рукопашному бою. Ребят для Советской армии готовит.

Дело было квалифицировано согласно статье 106 УК РСФСР – убийство по неосторожности. Судья приговорил по минимуму – два года «химии».

Кроме Тимофея дали год «химии» и Монгушу-младшему за неосторожное причинение менее тяжких телесных повреждений. Оказалось, это он швырнул в Гену палкой. Хотя, по справедливости говоря, какое уж там неосторожное?

Можно подумать, дубину младший братец кинул просто так, чтобы посмотреть, куда она упадет. А палка – вот незадача! – угодила в Гека и поломала ему акромиальный конец ключицы. Да так, что потом пришлось оперативным путем фиксировать отломки.